Я шагаю по судьбе - Владимир Сергеевич Малышев

Доверенные лица Президента РФ перед совещанием в Гостином дворе

С Кареном у нас много общего: и отношение к делу, и взгляды на жизнь, сыновья окончили один и тот же институт – ВГИК. Надеюсь, они продолжат наши традиции. Когда меня избрали ректором, Шахназаров по моей просьбе, несмотря на свою занятость, набрал режиссерскую мастерскую. Из нее вышли талантливые кинематографисты.

Знаю, что могу обратиться к Карену с любой просьбой – и он постарается оказать содействие. Вызывает уважение убежденность Карена в его отношении к жизни, творчеству, оценке происходящих событий. Вот кто уж точно – не флюгер, ни перед кем не выслуживается, не прогибается! Может, поэтому Карен Шахназаров многого достиг и в творчестве, и в преобразовании «Мосфильма» в передовую современную студию, на мой взгляд, лучшую в Европе.

Дай Бог ему здоровья и успехов!

СЕРГЕЙ СОЛОВЬЕВ

Практически вся сознательная жизнь Сергея была связана с ВГИКом – здесь он учился, потом многие десятилетия преподавал. Мы были с ним знакомы лет тридцать. В киноработах и в жизни Соловьев имел свой оригинальный почерк, так же как и в педагогике…

Вспоминаются «лихие девяностые»: как-то Марк Рудинштейн затеял фестиваль в Подольске под названием «Некупленное кино» и на его открытие в местный, переделанный из какой-то конторы киноцентр пригласил известных кинематографистов, в том числе Сергея Соловьева и Александра Абдулова. Принял участие в этом мероприятии и я. В те времена фестивалей рождалось много, на них чаще всего главным было не кинотворчество, а организация различных увеселений, приемов, банкетов и так далее.

Вот и здесь открытие прошло бурно. После короткой церемонии в двухэтажном здании киноцентра, не совсем приспособленного к таким акциям, были накрыты столы. Многие из нас тогда увлекались употреблением горячительных напитков, здоровья хватало. Дошло до того, что большинство фестивальщиков расположилось, чтобы провести остаток ночи на стульях, столах, даже на полу. Оказалось, что Соловьев вместе с Абдуловым облюбовали место для ночлега под бильярдным столом. Все мы были в то время задорные, боевые, веселые. Не обросли еще статусной солидностью.

Сергею Александровичу надо было в 5 утра уезжать в аэропорт Домодедово, чтобы улететь в США на очередной фестиваль. Когда же его разбудили, и он стал одеваться, то понял, что пиджак с чужого плеча! Хоть и того же, черного, цвета. Даже пуговицы застегнуть не смог. Но самое главное, в пропавшем пиджаке были билет на самолет и загранпаспорт! Выяснилось, что пиджаки по пьяни перепутал местный замдиректора киноцентра. Срочно послали гонцов, обмен произошел вовремя!..

Это были безудержные времена. Практически объявлена вседозволенность, вдруг стало всё можно, еще в перестройку отменены были цензура и партийный контроль, и все мы наслаждались рухнувшей на нас, как водопад, свободой.

В те годы Сергей был одним из руководителей Союза кинематографистов. Но это ничуть не стесняло весьма своеобразных проявлений его творческой личности. Так, он устроил ночной банкет по поводу премьеры своего очередного фильма на овощном рынке! Причем сама премьера успешно прошла, по-моему, в гостинице «Россия». А после показа все гости, кто как мог, добрались до рынка. Там, прямо на обитых железными листами прилавках, была расставлена простецкая закуска и водка. Почти всю ночь играла музыка. Мы, одетые парадно, провозглашали тосты, беседовали, веселились… И народные артисты, и начинающие кинематографисты.

С руководителем режиссерско-актерской мастерской ВГИКа Сергеем Соловьевым всегда было о чем поговорить…

У Соловьева всегда очень своеобразные ученики, даже с вызывающей оригинальностью (а он набирал в свою мастерскую и режиссеров, и актеров). Вообще любое мое воспоминание о Сергее сопряжено с какими-то колоритными фактами… Так казахи называют Сергея Александровича отцом-основателем «новой казахской волны», потому что в свое время он набрал казахскую мастерскую, из которой вышли знаменитые национальные кинематографисты.

Именно Сергей Соловьев стал инициатором установки памятника Шукшину, Тарковскому и Шпаликову у входа во ВГИК (он их хорошо знал). Вскоре после того, как я стал ректором, Сергей Александрович сказал мне, что нашел молодого одаренного скульптора Алексея Благовестова, который разработал проект памятника этим легендарным кинематографистам, проявившим себя еще во время обучения. Чтобы новые поколения студентов ВГИКа равнялись на них. Мне идея показалась интересной.

Смущали две вещи. Так много было у нас замечательных выпускников, что не хватило бы места расставлять скульптуры по периметру здания вуза. Почему все-таки эти трое? Идея в том, что именно они отличались яркими работами уже в студенческие годы.

Вторая трудность состояла в необходимости согласования с властями города, которым тогда управлял Юрий Лужков. На это обычно уходит много лет. Тем более что скульптор молодой, неизвестный. Для начала я вынес вопрос на ученый совет, который идею поддержал. Но что делать дальше? Помог мой административный опыт.

В итоге найден был такой путь: решили ремонтировать фасад ВГИКа. Договорились с подрядной организацией, что проект будет называться «ремонт фасадов и установка на ступенях трех фигур». На это все разрешения города мы получили!

И вот в августе ремонт здания был завершен, а в ночь на 1 сентября 2009 года три эти фигуры установлены! Уже утром ВГИК торжественно отмечал свое 90-летие: пришло много наших выпускников, студентов, педагогов, друзей, прикатили СМИ, установили телекамеры, даже перекрыли улицу… Я сказал с улыбкой Соловьеву, стоявшему рядом:

– Пусть теперь попробуют лужковские ребята что-то сделать с памятником! Забастовка будет!

Скульптор вскоре получил за свою работу Золотую медаль Академии художеств. Теперь у памятника останавливаются экскурсионные автобусы, он стал достопримечательностью города! И никто уже не задается вопросом: каким образом появились здесь эти фигуры? А наши студенты, когда идут на экзамен, на удачу потирают руку Шукшина.

Сергей Александрович был тогда искренне рад установке памятника, говорил, что много лет до этого безуспешно пробивал эту идею…

ТРОЕ У ВХОДА

Кстати, Соловьев во время учебы был очень дружен с Геннадием Шпаликовым. Как-то, уже будучи педагогом-мастером, в честь его юбилея устроил оригинальное представление в своей мастерской. Принесли высокие столы, наподобие тех, что раньше стояли в пивных, на них расставили бутылки с жигулевским пивом, разложили воблу. Студенты сделали талантливую инсценировку, пели песни. Ветераны-выпускники делились воспоминаниями. Получился очень трогательный вечер…

Как-то, листая в присутствии Соловьева личные дела выпускников, в том числе Геннадия Шпаликова, я обнаружил одно его любопытнейшее сочинение. Это было описание некоего киносюжета по заданию мастера, в начале первого курса. Начиналось оно так: на двери аудитории висит листок бумаги, на котором написано «Сегодня повесился студент Шпаликов». Дальше с черным юмором описывалось, кто как в институте реагировал на это сообщение.