Магия забытых душ. Книга 3 - Людмила Валерьевна Закалюжная

— Что это? — прошипела Кежвира, прикрывая лицо рукой. — Что за мерзость?

— Подарок от дяди, — усмехнулась я. — И от мастера Дагера.

Вокруг кипел бой. Кейд и Крис бились плечом к плечу, сдерживая основную массу демонов. Кейд работал кинжалами как мясник — хладнокровно, расчетливо, отправляя демонов в небытие одного за другим. Крис крутился волчком, его клинок выписывал в воздухе серебряные восьмерки, а бумеранг, возвращаясь к хозяину, оставлял после себя груду серого пепла.

Генри и Зерх кружили в смертельном танце. Сыщик был быстрее, но демон — сильнее. Один удар — и Генри едва успел уйти в сторону. Ответный выпад кинжалом — и Зерх взревел, когда серебро полоснуло его по боку.

А я смотрела в глаза Кежвиры, в которых плескалась... Боль?

— Ты когда-то была человеком, — уверенно произнесла я.

Кежвира дернулась, словно от пощечины.

— Заткнись! — взвизгнула она, рванув ко мне, но в последний миг скользнула в сторону, пытаясь зайти с фланга. Я едва успела развернуться и встретить ее мечом.

Лезвие скрестилось с когтями демона, и я почувствовала, как по клинку побежало тепло. Оно перетекало в демоницу, проникало в нее, и Кежвира закричала. В тот миг, когда серебряное лезвие вошло в грудь Кежвиры, я увидела ее воспоминания.

Я больше не была Рози, меня звали... Анна.

Солнце. Настоящее солнце, которого нет в Хмуре. Оно золотило верхушки деревьев, играло зайчиками на воде небольшого озера, запутывалось в волосах мужчины, который сидел рядом на траве.

— Анна, — сказал он, и его голос прозвучал для эрлиты музыкой, — ты задумалась о чем-то?

Анна повернулась к нему. Ее Шон. Светлые волосы падали на его лоб, серые глаза смотрели с такой нежностью, что сердце сжималось от счастья.

— О нас, — ответила она, касаясь его щеки. — О том, как мне повезло.

Шон засмеялся, притягивая ее к себе.

— Это мне повезло. Ты лучшее, что было в моей жизни.

Анна закрыла глаза, с наслаждением вдыхая его запах — травы, дерево, чуть-чуть дыма от костра. Скоро их свадьба, и она так хотела большую семью. И знала: Шон тоже хотел. Неважно, что он не маг. Разве магия способна заменить любовь? Ее силы зельеварения хватит на двоих.

...Кошмар ворвался в ее жизнь без предупреждения.

Анна возвращалась домой с рынка, в руках корзина с овощами, на губах улыбка — она купила те специи, которые Шон так любил. Сегодня она собиралась приготовить его любимое блюдо.

Дверь была распахнута.

Корзина упала, овощи рассыпались по земле. Анна, охваченная нехорошим предчувствием, вбежала внутрь, спотыкаясь о порог, влетела в комнату и... застыла.

Шон лежал на полу.

Его глаза были открыты, а изо рта текла тонкая струйка крови. На груди зияла рваная рана, словно кто-то вырвал сердце когтями.

— Шон... — прошептала она. — Нет, пожалуйста, нет...

Анна упала рядом, трясла его за плечи, гладила по лицу, целовала холодные губы. Но любимый не двигался. Ее крик разнесся над городом, но убийцу так и не нашли.

...Дни превратились в недели, недели — в месяцы. Анна не помнила, как они проходили. Она сидела в их доме, смотрела на вещи Шона, перебирала его рубашки, вдыхала запах, который постепенно исчезал.

Анна перестала есть, спать, даже выходить на улицу. Соседи приносили еду, стучали в дверь, звали — она не отвечала. Ее мир сузился до размеров этой комнаты. До воспоминаний и боли, которая с каждым днем становилась только сильнее. Анна жаждала умереть.

...Она не знала, сколько времени прошло, когда в дом пришел гость.

Анна сидела в углу, обхватив колени руками, и смотрела в одну точку. Она уже не плакала — слезы кончились. Осталась только пустота.

— Анна.

Рокочущий голос, проникающий в самое нутро. Она подняла глаза.

Незнакомец стоял в дверях. Высокий, красивый, с алыми глазами, которые светились в полумраке. Черные волосы падали на плечи, на губах играла сочувственная улыбка.

— Ты страдаешь, — сказал мужчина. — Я могу тебе помочь.

— Кто ты? — прошептала Анна.

— Тот, кто может дать тебе то, чего ты хочешь больше всего. — Незнакомец сделал шаг вперед, и воздух вокруг него похолодел.

— Верни Шона, — выдохнула Анна, и впервые за долгое время в ее глазах появилась жизнь. — Ты можешь вернуть его?

Мужчина печально покачал головой.

— Этого не может никто. Мертвые не возвращаются, Анна. Ты должна это понять.

Она отвернулась, спрятала лицо в ладонях.

— Тогда уходи. Ты мне не нужен.

— Я могу дать тебе другое. — Голос стал мягче. — Я могу дать тебе забвение. Ты забудешь боль. Забудешь все, что причиняет тебе страдания.

— Я не хочу забывать Шона! — вскинулась Анна.

— Разве я говорю, что ты его забудешь? — успокоил гость. — Ты забудешь только боль. Воспоминания останутся, но они перестанут тебя терзать. Ты сможешь жить дальше.

— Зачем мне жить... без Шона, — горько усмехнулась Анна.

— Ты сильная, Анна. — Гость присел на корточки напротив, заглянул в глаза. — Я помогу стать еще сильнее. Настолько сильной, что никто и никогда не посмеет отнять у тебя то, что ты любишь.

— Как?

— Прими мой дар. — Незнакомец протянул руку с черными когтями. — Стань одной из нас. И ты обретешь вечность.

Анна смотрела на его ладонь.

— Я встречу там Шона? — прошептала она.

— Может быть, — улыбнулся гость. — Если захочешь.

Ложь. Она поймет это позже. Но сейчас, в этот момент отчаяния и боли, ложь прозвучала слаще правды.

Анна протянула руку и оказалась крепко прижата к груди незнакомца, а потом ощутила, как острые клыки разорвали кожу на шее... Дикая боль охватила все тело, а потом появился холод. Он проник в каждую клеточку, выморозил боль, выморозил воспоминания, выморозил все, что делало ее человеком.

После пришла сила. Она разлилась по телу, наполнила мышцы, обострила чувства. Анна слышала, как бьются сердца в соседних домах, как шелестят листья деревьев.

И тут Анна ощутила голод. Страшный всепоглощающий голод: хотелось теплой и сладкой крови.

— Что со мной? — прошептала она, глядя на свои руки. Кожа серела, на пальцах вырастали черные когти.

— Ты стала тем, кем должна была стать, — ответил гость. Теперь он стоял рядом, и в его глазах светилось удовлетворение. — Ты стала