Машина творения: Новые организмы, редактирование генома и лабораторные гамбургеры - Эми Уэбб

Но кризис, обусловленный COVID-19, положил начало значительным изменениям в том, как и где люди зарабатывают деньги. Источники дохода на программы, поступавшего в трастовый фонд, стали иссякать, и запасы фонда, который в эпоху Клинтона был полон денег, к концу 2020-х гг. истощились. Кроме того, пенсионные обязательства десятков компаний из списка S&P 500, в том числе General Electric, IBM и General Motors, приближались к 2 трлн долларов{381}. Когда-то пенсионное обеспечение считалось одним из преимуществ долгосрочной работы в таких организациях, как Почтовая служба США и Coca-Cola, но новых сотрудников, которые делали бы взносы, было недостаточно, а управление пенсионными планами требовало все больше затрат{382}, {383}, {384}.

Ситуацию усугубил прогресс в сфере автоматизации, который коренным образом изменил целые сектора экономики. Специалисты по рынку труда изначально полагали, что первыми массово потеряют место представители рабочих профессий из-за широчайшего использования самодвижущихся автомобилей, складских роботов и служебных ботов, предназначенных для выполнения простых, рутинных задач. Но эти эксперты ошиблись. И они сами, и такие же высокооплачиваемые профессионалы в сфере юриспруденции, страхования и бухгалтерского учета также наблюдали, как их рабочие места уничтожает автоматизация.

Что же касается тех, кто все еще был востребованным, то многие американцы теперь надеялись оставаться в строю до 90 лет и даже больше. Работники из числа членов профсоюзов, в чьих трудовых договорах не оговаривался возраст обязательного выхода на пенсию, старались как можно дольше пользоваться своим правом старшинства по стажу. К середине века это привело к жесточайшей конкуренции за рабочие места и карьерный рост.

Учитывая все сказанное, а также то, что низкооплачиваемая удаленная работа и подработки стали вполне обыденным делом, представители поколения Z перестали достигать ключевых экономических целей. Будучи безработными или частично занятыми, они не могли позволить себе путешествовать, покупать дома и автомобили. Среди их детей – поколения Beta – резко снизилась доля успешно окончивших колледжи. Зумеры не находили объяснения этому факту, учитывая, что их поколение было одержимо учебой и получением дипломов элитных вузов. Но гораздо хуже было то, что образование и упорный труд, как оказалось, больше не имеют принципиального значения. Это действительно возмущало. Антивозрастная медицина и ситуация на рынке рабочей силы делали невозможным успех любых попыток продвинуться по службе или хотя бы найти достойную точку опоры, чтобы начать карьеру.

Благодаря регенеративной и омолаживающей терапии пожилые люди, работающие в сфере образования, коммунального хозяйства, строительства и занимающие посты во многих государственных учреждениях, не давали новым сотрудникам пробиться на рабочие места. Еще большие проблемы наблюдались в рядах руководящих работников. Главы частных компаний отказывались выходить на пенсию. Их коллеги из биржевых фирм тоже цепко держались за свои места; в советы директоров они принимали только знакомых, которых не волновало, когда те уйдут в отставку. Как только возраст стал считаться излечимой патологией, главы семейных предприятий забыли о планах замены персонала. Обещания повысить гендерное равенство и разнообразие среди высшего руководства американских корпораций ни к чему не привели. Старая гвардия отказывалась давать дорогу своим более молодым шестидесятилетним преемникам и все чаще возлагала выполнение оперативных функций на системы искусственного интеллекта.

Внутреннее противоречие между увеличенной продолжительностью жизни и экономическими возможностями не ограничивалось США. Япония, в которой и без того была самая большая в мире продолжительность жизни, стала прибежищем для так называемых нидзикай-нинь. По смыслу это примерно соответствует понятию «едущие с ярмарки». Нидзикай-нинь – те, кто прожил две полные жизни: дожив до 70 лет, они планировали жить и работать в течение еще такого же срока{385}. Поскольку экономическая политика стимулировала инновационный потенциал робототехники и автоматизации, что вытекало из заявленного курса на создание экосистемы, способной обеспечить уход за больными и престарелыми, выделить на рынке труда место для женщин не удалось. Работать в школах, больницах и буддийских храмах «нанимали» роботов, женщины же по-прежнему должны были сидеть дома, готовить еду, вести хозяйство и воспитывать детей. Нежелание принимать изменения привело к тому, что им пришлось делать выбор: карьера и независимость или замужество и материнство. Население Японии, которое в течение первой четверти века составляло порядка 125 млн человек, давно должно было, согласно прогнозам, сократиться более чем на 25 млн. Сейчас в Японии проживает 130 млн человек, при этом 86 % из них старше 40 лет. Детей рождается мало. В селах северного региона Тохоку опустели школы.

К 2065 г. усилились проявления враждебности между людьми, почти достигшими столетнего возраста, и «молодежью» 50‒80 лет, что привело к массовым протестным акциям и общественным беспорядкам. Поддержку таким выступлениям организовывали в форме срыва работы сетей и виртуальных сидячих забастовок, не давая конкурентам возможности выполнять удаленную работу. Ни одна отрасль не осталась неуязвимой. Энтони Риццо, которого когда-то горячо любили за то, что он помог Chicago Cubs выиграть Мировую серию, теперь повсеместно осыпали бранью за отказ выйти на пенсию{386}. Болельщики жалели о дне, некогда казавшемся им таким радостным, когда Энцо с несколькими друзьями по команде купили клуб и вернулись на поле. Университеты глубоко раскаивались в том, что заключали пожизненные контракты. Столетние профессора отказывались не только обновлять учебные программы, но и уходить на покой. Дикторы, ученые и критики не желали лишаться всеобщего внимания, а певцы и актеры – покидать сцену. Масса артистов, продолжавших выступать в маленьких клубах и театрах за пределами Бродвея, не давала возможности молодым талантам оттачивать мастерство перед публикой.

В США звучали призывы вновь ввести обязательный возраст выхода на пенсию с 75 лет. Это отменило бы Закон о дискриминации по возрастному признаку в сфере занятости, принятый конгрессом в 1986 г., в соответствии с которым принудительное увольнение по достижении предельного возраста было признано незаконным. Однако действие такого положения распространялось бы и на федеральное правительство, и на сам конгресс, так что желающих вносить изменения было немного, особенно сейчас, когда пенсионные фонды конгресса опустели. Республиканец Тед Круз – в свои 95 он выглядел более стройным и подтянутым, чем когда-либо, – уже 52-й год занимал пост старшего сенатора от Техаса, изводя либералов своим присутствием. Агентство Fox Neural News Network (Нейрональная сеть «Fox-Новости») по-прежнему предоставляло ему массу эфирного времени. По крайней мере, так было, когда у них не выступал еще более пожилой сенатор Рэнд Пол, потому что зрителям канала особенно нравилось видеть среди участников любимых передач своих столетних сверстников{387}.

В деле об обратной дискриминации, возбужденном по требованию федеральных служащих, утверждалось, что теперь молодой возраст является фактором, играющим роль в принятии решений о найме и классификации должностей. В иске было заявлено, что молодым работникам 50‒60 лет не сообщают о вновь учрежденных позициях, предполагающих карьерный рост и более высокую зарплату. Такие вакансии доставались людям 70‒80 лет, обладающим глубокими институциональными знаниями, которые становились предпочтительными кандидатами благодаря личным связям. Федеральный окружной судья постановил, что работники имеют право на защиту от дискриминации по возрастному признаку, однако апелляционный суд отменил это решение. Теперь Верховный суд США готовится выслушать аргументы, которые определят, должен ли возраст учитываться при приеме на работу. К сожалению, эксперты сомневаются, что председатель Верховного суда Джон Робертс, которому недавно исполнилось 111 лет, и 105-летняя судья Елена Каган разделят чувства истцов. Впрочем, эксперты и сами уже подходят к 90-летнему рубежу, а кое-кто даже его преодолел, так что у них тоже могут быть некоторые предубеждения.

12

Сценарий третий

«Где поесть» – 2037

Каковы супермодные кулинарные и гастрономические тенденции в величайшем городе Земли? Множество вкуснейших, восхитительных и, осмелюсь сказать, даже прогрессивных новых блюд доставляют удовольствие и поддерживают силы. Ваш бдительный ресторанный обозреватель в течение шести месяцев знакомился со смелыми вкусовыми сочетаниями, проверенными временем традиционными блюдами и со случайным кулинарным экспериментом, в котором что-то пошло не так{388}.

В Ист-Сайде, который уже давно стал средоточием ресторанов вьетнамской кухни, группа начинающих шеф-поваров готовит функциональный суп фо. В современный функциональный фо – ароматный бульон с лапшой – добавляют синтетический