Тень в паутине - Дмитрий Викторович Распопов

также если что-то просыпется или прольётся, легче можно было всё убрать. Его внимание также привлекло, что по проходам, на равных промежутках, стояли вёдра, и в вёдрах был не мусор, как могло показаться, на первый взгляд, а куски древесного угля, и Бенедетто, нагнувшись и тронув один, понял что это и правда уголь, правда чуть влажный, чем он должен быть.

— А это зачем? — спросил он всё-таки, кивнув на вёдра с углём, скорее по привычке.

— Как стены и опилки, уголь сырость убирает, синьор Бенедетто, — ответил Лоренцо, — это всё придумки нашего компаньона. Я вам честно скажу, что половины сам не понимаю, для чего это нужно, так мне сказали сделать, я так и задал задачу строителям, которые были удивлены не меньше вашего. Как я понял, у нашего партнёра все склады так устроены.

На этих словах Бенедетто чуть не рассмеялся, но сдержался, потому он, торговец с двадцатилетним стажем, стоял посреди склада, какого не было ни у кого — ни у генуэзцев, ни у венецианцев, ни у осман, ни у самого Бенедетто, а рядом с ним стоял молодой парень, который с простодушным лицом говорил, что так делаются все их склады, и сам в это, похоже, верил.

Бенедетто хотел спросить ещё, но осёкся, поняв, что и на третий, и на десятый вопрос услышит то же самое — неизвестный компаньон, который строит так, как не строит никто. Так что здесь тратить вопросы на детали бессмысленно, потому что за всеми деталями стоял один человек, и спрашивать надо было не про детали, а про человека.

Он бы и спросил, открыл рот, чтобы это сделать, но в этот самый миг у ворот началась обычная складская работа, и Бенедетто повернулся, чтобы увидеть, как происходит забирание товара владельцем, не сильно удивившись, что и тут не обошлось без изменений.

К воротам подошёл купец, явно из мелких, если он его не знал лично, но внутрь не вошёл, поскольку его даже не подумали впускать, он остановился по ту сторону ворот, и протянул через калитку учётчику небольшую бронзовую бирку. Грек, приняв её, поглядел в книгу, которую держал в руках, потом на бирку, потом спросил у купца имя, и когда тот назвался, грек тихо спросил ещё что-то, и купец также тихо ответил, похоже всего одно слово, и только когда сошлись разом — бирка, имя и последнее слово, грек свистнул и вскоре в глубину склада, прошли скучающие до этого четверо грузчиков, и вскоре выкатили из прохода низкую плоскую тележку на четырёх небольших колёсах, на которой стоял груз этого купца, и подвезли его к воротам, давая возможность грузчикам самого купца забрать нужное на телеги. Попрощавшись с греком, купец ушёл, а Бенедетто всё это время стоял и смотрел на то, чего тоже нигде не было.

— А почему ему не дали самому зайти внутрь? — поинтересовался он, — это же его груз, его грузчики, зачем держать своих и тратить на них деньги?

— Так положено, синьор Бенедетто, — Лоренцо опять пожал плечами, — внутрь никто не заходит, поэтому и за складом следить проще, никто ничего не напутает, не подменит и, главное, чужого не унесёт. Пришёл, дал бирку, назвал имя и секретное слово, получил товар и ушёл, только так.

И снова это было сказано как самая простая вещь, и снова Лоренцо явно не видел в своих словах чего-то необычного, а вот Бенедетто видел, потому что тот, кто это придумал разбирался в складской логистике явно лучше него и всех тех купцов, которых он знал лично.

— Постойте, синьор Лоренцо, — сказал он, вспомнив, о чём ещё судачила Галата, — поэтому у вас охрана двойная только ночью? Потому что днём могут украсть только свои?

— Всё верно, синьор Бенедетто, — Лоренцо улыбнулся, — внутри только грек с женой, да грузчики, они все у меня на постоянном окладе, так что если что украдут, тут же лишаться хороших денег и стабильности, так что за всё время, как я их нанял, не было ни одного случая воровства. А вот ночью да, могут попытаться украсть чужие, тут на охране не экономим.

Услышав ответ, Бенедетто, мысленно кивнул, потому что Медичи был прав, если это работало, то смысла тратить деньги на большую круглосуточную охрану и впрямь не было.

— Что ж, — Бенедетто Деи увидел всё, что хотел, — хороший у вас склад, синьор Лоренцо, говорю от чистого сердца.

— Спасибо, синьор Бенедетто, — смущённо поклонился купцу молодой Медичи.

В голове у Бенедетто Деи промелькнула картина того, в каких условиях хранятся на его собственном складе драгоценные перец и корица, а также рулоны с тканями, которые он хотел придержать до лучшей цены весной, затем он ещё раз вздохнул сухим воздухом внутри склада и поинтересовался.

— А у вас ещё есть свободное место, синьор Лоренцо?

Тот вместо того, чтобы пойти и показать, жестом подозвал к себе грека с книгой, переадресовав тому вопрос.

Учётчик зарылся в книгу и вскоре перечислил сколько, какого объема они могут принять груз. Бенедетто Деи смотрел на это и уже не удивлялся, поскольку понял, что видит перед собой работу человека, который мыслил не так, как все.

— Я могу занять у вас десять мест второго яруса? — поинтересовался он, — сколько это будет стоить?

— В зависимости от цены самого груза, синьор Бенедетто, — ответил уже Лоренцо поблагодарив грека и отпустив его, — чем дороже цена и дольше срок хранения, тем дешевле.

Старый купец озадаченно посмотрел на подростка.

— Хотите сказать, синьор Медичи, что хранить недолго дешёвый груз у вас очень дорого? — удивился он, — все делают всегда наоборот! Дорогой товар портится, складу нужно платить постоянно неустойки, никто так не делает, как вы!

Лоренцо Медичи тяжело вздохнул, покосился на безэмоционального Радомира, который стоял, всё время молча и ответил.

— Долго хранить дешёвый груз у нас ещё дороже, синьор Бенедетто, простите, но мы работаем только так. Если не устраивает, я ничего не могу с этим поделать.

— Но вы же владелец склада! — продолжал удивляться он, — вы что не можете повышать и понижать цены?

— Могу, но они зависят от загрузки склада, — вздохнул он, — чем больше склад забит, тем выше растут цены.

Бенедетто Деи покачал головой.

— А мне хотя бы, вы сможете построить такой же? — он показал на двойные стены,