После нас - Катерина Затула

— Я здесь, — хрипло отозвался он. Его ладонь скользнула под мой живот, крепче удерживая меня. — Давай, сейчас. Для меня.

Его движения стали глубже и жёстче. С каждым новым толчком напряжение внутри нарастало, пока не достигло предела. Я вскрикнула, когда меня накрыло, судорожно сжимаясь вокруг него. Никита глухо застонал. Его пальцы крепче впились в мои бёдра, движения окончательно потеряли ритм. Ещё несколько коротких толчков — и он резко вышел. Через мгновение горячие капли обожгли спину и ягодицы. Никита замер позади, тяжело дыша. Его ладонь прошлась по пояснице и ягодицам, неторопливо размазывая по разгорячённой коже горячие капли.

Я всё ещё лежала лицом в подушку, чувствуя, как гулко бьётся сердце, как дрожат ноги. Он наклонился, целуя моё плечо — мягко, почти невесомо, совсем не так, как несколько секунд назад. Он осторожно обхватил меня за талию и перевернул на спину. Затем сразу же оказался сверху, опёрся на локти и заглянул в глаза.

— Скучала, — тихо констатировал он.

В его голосе не было вопроса. Только удовлетворение и что-то ещё, непривычно тёплое. Я не стала спорить. Лишь прикрыла глаза и едва заметно улыбнулась, чувствуя, как Никита убирает с моего лица прядь волос и заправляет за ухо.

— Катя, посмотри на меня, — попросил он.

Я открыла глаза. Никита несколько секунд молча всматривался в моё лицо. Потом тепло улыбнулся и провёл большим пальцем по моей щеке.

— Моя хорошая девочка.

Я должна была возмутиться. Оттолкнуть его, напомнить, что ничья я не «его». Но вместо этого…

— Иди сюда, — прошептала я, притягивая его к себе, и поцеловала сама — медленно, мягко.

26.

Никита

Я проснулся в шесть — как всегда. Катя спала рядом, повернувшись ко мне спиной. Волосы разметались по подушке, простыня сползла до талии, открывая голую спину. Первым порывом было разбудить её проверенным способом — так, как я часто будил её два года назад. Я придвинулся к ней ближе, но вовремя остановил себя. После того как ночью я снова почти не давал ей спать, будить сейчас было бы слишком большим свинством. Даже для меня.

Я осторожно выбрался из кровати, натянул брюки, прихватил видеоняню и вышел из спальни. Коробку с мусоровозом перенёс из прихожей в гостиную, но открывать не стал. Первый мой подарок дочери хотелось вручить как следует — вместе с Катей. Из видеоняни донеслось шуршание, а затем сонное:

— Ма-ма…

В детской Алиса стояла в кроватке, прижимая к груди зайца. Тёмные кудри торчали во все стороны. Я остановился рядом и несколько секунд просто смотрел на неё. Моя дочь. Эта мысль до сих пор каждый раз отзывалась чем-то тяжёлым под рёбрами.

— Мама.

Я наклонился к кроватке и протянул к ней руки.

— Мама спит, Алиса. Пока придётся потерпеть меня.

Она несколько секунд серьёзно обдумывала предложение, а затем всё-таки позволила взять себя на руки. Почти сразу выяснилось, что ей нужно поменять подгузник. Я положил Алису на пеленальный столик, взял чистый подгузник и несколько секунд просто смотрел на него, пытаясь понять, с какой стороны вообще начинать. Я управлял многомиллиардной компанией. Заключал сделки, от которых зависели тысячи людей. Неужели не справлюсь с обычным подгузником? Как выяснилось, с компанией было значительно проще. Контракты на несколько сотен страниц обычно вызывали у меня меньше вопросов. К тому же вторая сторона переговоров категорически отказывалась сотрудничать. Стоило уложить Алису на пеленальный столик, как она вывернулась, села и попыталась подняться.

— Лежи спокойно.

Она посмотрела на меня, улыбнулась и снова начала вставать. Понятно. Мои приказы в этом доме не воспринимала всерьёз уже вторая женщина. С третьей попытки я всё-таки справился. Подгузник держался, ребёнок выглядел довольным, а Катя продолжала спать. Для первого раза вполне достойный результат.

После подгузника мне удалось даже её накормить. Экспериментировать я не стал: нашёл в холодильнике детский творожок и добавил в него размятый банан. В прошлый раз эта комбинация сработала, а в бизнесе я давно усвоил простое правило — работающие схемы не меняют. Их повторяют, пока они дают результат. Алиса несколько минут подозрительно изучала содержимое ложки, но потом всё-таки открыла рот и съела почти всю порцию. Результат вызвал у меня не меньше удовлетворения, чем успешно закрытая сделка.

Следующие тридцать минут мы провели в детской. Строили башню из кубиков, укладывали зайца и несколько раз перечитали одну и ту же книжку. Но вскоре Алисе надоело довольствоваться моей компанией. Она поднялась, прижала зайца к груди и направилась к двери.

— Ты куда?

— Мама.

— Мама спит. Давай дадим ей поспать.

Алиса даже не остановилась. Вышла из комнаты, дошла до спальни, толкнула неплотно закрытую дверь и скрылась внутри. Я пошёл следом. Она стояла возле кровати, подпрыгивала на месте и тянула Катю за край простыни.

— Ма-ма! Ма-ма!

Катя что-то невнятно пробормотала и открыла один глаз.

— Зайка…

Простыня по-прежнему оставалась в районе её талии, открывая голую спину и плечи, на коже виднелись едва заметные следы моих пальцев. Тело отреагировало. Я мысленно выругался. Очень вовремя. Катя приподнялась на локте и повернулась к нам. Простыня тут же поползла ещё ниже, обнажая грудь. Я заставил себя отвести взгляд и подхватил Алису прежде, чем мысли окончательно ушли не туда.

— Кать, иди умывайся и спокойно соберись. Я с ней побуду.

— Она хочет ко мне.

— Она увидела, что ты на месте. Теперь переживёт десять минут с отцом.

Катя сонно нахмурилась.

— Никита…

— Кать, спокойно. Я справлюсь. Иди в ванную.

Я наклонился, коротко поцеловал её в висок и покрепче перехватил Алису.

— Пойдём. У меня для тебя кое-что есть.

— Мама, — повторила она, продолжая смотреть на Катю.

— Мама сейчас придёт.

Мусоровоз произвёл именно тот эффект, на который я рассчитывал. Стоило нам выйти в гостиную, как она увидела коробку. Застыла у меня на руках, несколько секунд молча смотрела на яркую картинку, а потом повернулась ко мне и очень серьёзно произнесла:

— Биби.

— Она самая, — подтвердил я и опустил её на пол.

Алиса тут же присела возле коробки и принялась гладить изображение машины ладошкой.

— Мы ничего не открываем, — предупредил я. — Мы подождём маму.

Пока Алиса изучала коробку, я сделал Кате кофе. Через несколько минут она появилась в гостиной. Я поднялся ей навстречу, обхватил за талию и притянул к себе. Катя нахмурилась,