Черный замок - Данил Коган

— Достойный ответ достойного мужа. Иного и не ждал от тебя, Илья Николаевич. Остальные-то, ишь, не такие сговорчивые. Заплати им. Пойду, мне ещё разговоры сегодня разговаривать.

Ай да Илья, ай да финансист! Ну что, проимел плату за выход. Блин. Вот же упыри какие, не зря я с ними общаться не хотел. На ровном месте напарили.

Кирилл повернулся и торопливо зашагал куда-то в сторону таверны. Может, действительно прибухнуть решил, но, скорее, там можно было найти прочих «полевых командиров». А вот Добромир остался. Более того, он повернулся к Профу и сурово произнёс:

— Отойди, посвящённый. У меня дело личное к твоему командиру.

Проф понятливо кивнул и засеменил в сторону, а Добромир навис надо мной всей своей бородатой сукаличностью.

— Замуж за тебя не пойду. Я вообще против всех этих извращений, уважаемый.

Добромир же, будто не заметив подколки, спросил:

— Чо у тебя с Алёной «херой»?

— Ничего у меня с Алёной. Если мы об одной и той же Алёне, — ответил я, обалдев от смены темы.

— Об одной, об одной. Закрутил девке мозги. Слухи уже нехорошие поползли. То ты с демоном якшаешься на вась-вась. Но то разговор особый. А вот насчёт Алёнки…

— Да это не твоё дело, старый. Куда ты полез, блин? Ты у нас кто здесь, полиция нравов? Святая инквизиция? Я в твои дела не лезу. А ты в мои!

— Твои дела всего поселения касаются. Владыки касаются. Я пока что говорю с тобой лично. А могу и на проповеди помянуть, Илья, некоего нечестивца! Ты меня не зли. И себе корону не примеряй. Мал ты ещё со мной детородными органами меряться.

Опа. Я вспомнил, что говорил про старика Зигги. Чёт я зря, наверное, в залупу конкретную полез. Отступать не комильфо, конечно, но обострять тоже не стоит.

— Я повторю. Ничего у меня с Алёной нет и не предвидится. Я от вас свалить хочу. Домой. На Землю. А она здесь родилась. Важный член общества, — тьфу, аж самому грустно такие словеса выговаривать. — Нет у нас будущего. А значит, и настоящего нет. Я нормальный мужик, не из тех, кто поматросил и бросил. Отношения настоящие уважаю. А по поводу демона хоть тебе, хоть честному народу могу пояснить. Ишь, блин, пошли шепотки, оказывается.

Подозреваю я, кто здесь прозвезделся. И это вовсе не Морт в этот раз. Медведь козлина болтливая.

— Ну и дурак, — неожиданно ответил Добромир. — Причём по обоим пунктам дурак ты, Илья. Ты мне хари не корчи, я тебя в два раза старше. И опытней. Если девка сердцем выбрала, проверь своё. Если там её образ отпечатался, забирай. А не отговорки лепи трусливые. «Важный член», ишь ты. Это девка-то.

Я невольно хмыкнул на незамысловатую шутку старика.

— А про демона — ты зря так легкомысленно относишься. Напасть не лучше диргов. Не надо, чтобы тебя в их пособники записали. Совсем не надо. Пока Хидимба этот, да знаю я его! — видимо, у меня реально на морде бородатой всё написано, — у Ананты служил, то и спрос был с Ананты. А сейчас что? Думается, знаю я, как ты башню получил, балбеса кусок. Но то не моя печаль, понимаешь? Мне на собственность плевать с вершины храма. Сделка, Илья. Что за сделка? Спрашиваю, потому что и так и так развернуть для людей могу. Так што? Имею право?

Я упрямо сжал зубы и набычился. Но сразу посылать жреца не стал. Сначала подумал. Необычно для меня? Так и не боксёр я больше. Хоть маленький, а начальник уже. Не только за себя, но и за людей своих в ответе.

И, блин, в чём-то дед прав. А то что мне его ультимативная манера разговора не нравится, так он тоже не стольник, чтобы со всеми любезным быть.

— Башня в обмен на свободу. Такая была сделка. Но я включил условие, что он не может вредить жителям посёлка, — я поморщился. Оправдываться, что я реально до сих пор не очень понимаю, что за хрен с горы такой «демон», я не стал. Точно же не тип из наших священных писаний, бывший ангел. — Второй раз я его послал троекратно. Мутный хрен какой-то.

— Я так примерно и думал. Ну ты, конечно, дал дров. Нашёл кого выпускать, — он покачал головой. — Хорошо, умишка хватило условие поставить. Владыка присмотрит, чтобы тварь здесь не пакостничала. Добро, Илья. Я скажу людям, чтобы не трепали твоё имя почём зря, — он собрался уже уходить и через плечо кинул: — А про Алёнку подумай крепко. Не чужая она мне. Я ей имя нарекал. На руках держал. Друзья мы были с её отцом. Жаль девку.

И ушёл, нехороший человек. Наговорил кучу гадостей, голову загрузил и свалил по своим жреческим надобностям.

Вот мне только романтики не хватало здесь. Как якоря. После развода я придерживался принципа «свободных отношений», и женщины возле меня не задерживались. Да и то. Что я за муж был? Постоянно в синяках и почти без денег, по женским меркам. Им сейчас всем шейха подавай или миллионера, на худой конец. Кошелёк, а не мужика.

А Алёна… Здесь либо всерьёз, либо никак. Сердце спроси. Сердце вечно фигню всякую советует.

* * *

— Ну вот такая петрушка, ребята и зверята. Совет взывает к нашему гражданскому долгу, совести пролетарской и прочим отсутствующим у нас частям духовного устройства личности. Поэтому я говорю: никаких приказов. Хотите идти — идите. Только без героических героизмусов чтоб мне! Вот такая у меня для вас новость.

Вся команда собралась на подворье, куда я всё же дополз самостоятельно. Борзый помог мне дотащить доспехи и дебильное копьё. Артефакт, ёлки.

Ребята и зверята переглядывались, и первой, на удивление, высказалась Айвена, которую я вообще в расчёт не принимал:

— Пойти будет хорошо для репутации группы и Илии. Я пойду, если кто-то из вас тоже решится. Прикрою, глаза врагам отведу, доспехи укреплю. Да и отдохну пока от некромантии.

— Если отпускаешь, я иду. Р-раненого звер-ря надо добивать, Илья, — Шайя искоса глянула на меня, я кивнул.

— За девчонками присмотрю, брат, — коротко сказал Борзый. — Старик стрелок отменный, но к диргам и я приловчился уже.

— Я