Жена злодея - Виктория Рогозина

— Теперь у нас есть реальный шанс остановить его, — сказал я тихо. — Но это требует осторожности и тонкости. Мы не можем просто броситься в бой, имея на руках такую опасную карту.

Я предложил Антарес немного расслабиться.

— Прими душ или поваляйся в ванной, — сказал я с лёгкой улыбкой. — После всего, что случилось, тебе нужно восстановить силы.

Она кивнула, её лицо осветилось благодарностью. Взяв чистое полотенце, Антарес направилась в ванную, оставив после себя неуловимый аромат магии и чего-то родного. Я услышал, как включилась вода, и представил, как она расслабляется под её горячими струями. На мгновение мне хотелось к ней присоединиться, но я удержался.

Вскоре приехала доставка, и я занялся сервировкой стола. Этот мир был чужд моему родному — здесь не было магии, таинственных лесов и заклинаний, которыми можно было оживить что угодно. Но, несмотря на это, Москва двадцать первого века очаровывала меня. В ней было что-то притягательное — это невероятное смешение культур, технологий, ритма жизни. Люди здесь жили иначе, чем в нашем мире. Они могли легко запечатлевать моменты, как это было на Красной площади, и при этом считали магию чем-то вымышленным, но при этом верили в экстрасенсов.

Разложив коробки с едой, я достал пару бокалов, налил вина и огляделся. Квартира была современной, стильной, с панорамными окнами, открывающими вид на мегаполис. В этом мире мы могли бы просто жить, забыть о войне и проклятиях прошлого, но внутри я знал, что это лишь временное укрытие. Рано или поздно реальность напомнит о себе, и нам придётся столкнуться с Кощеем.

Но пока... пока можно было позволить себе этот момент тишины.

Я включил телевизор, просто чтобы заполнить тишину. Пальцы медленно пробегали по пульту, переключая каналы, пока не остановился на одном музыкальном. Тихие аккорды современной музыки наполнили пространство, и я откинулся на спинку дивана, расслабившись в ожидании Антарес.

Через какое-то время дверь в ванную приоткрылась, и она вышла. Махровый халат, который я оставил для неё, оказался слишком большим, но это придавало ей ещё больше очарования. Волосы, ещё влажные после душа, мягкими волнами касались плеч, а глаза сияли спокойствием и теплом.

— Ты выглядишь великолепно, — сказал я, не в силах сдержать улыбку.

Антарес слегка смутилась, но улыбнулась в ответ, подходя ко мне. Она была словно воплощением всех тех сил, что мне удалось укротить, но при этом оставалась такой же близкой и родной. Я всегда восхищался её силой и нежностью одновременно.

— Спасибо за ванну, — тихо произнесла она, присаживаясь рядом. — Это было прекрасно.

— Ужин готов, — сказал я, показывая на стол. — Заказал нам что-то лёгкое, чтобы не утяжелять этот вечер.

Она слегка рассмеялась, коснувшись моей руки.

— Даже в этом мире ты обо всём позаботился, — с теплотой произнесла Антарес.

Я обнял её за плечи, притягивая ближе. Мы сидели так, наслаждаясь этой тишиной и спокойствием. Мир за окном жил своей жизнью, но для нас, здесь и сейчас, существовал лишь этот момент.

Мы с Антарес устроились на диване перед телевизором, перед нами стояли тарелки с едой, а мягкий свет лампы создавал уютную атмосферу. Момент казался почти идеальным. Я наслаждался её присутствием, её близостью, и был благодарен за эту возможность побыть вдвоём.

Мы молчали, но эта тишина не была неловкой — скорее, спокойной. Вдруг Антарес прервала её своим вопросом:

— За что ты меня любишь?

Я застыл, не ожидая такого. Вопрос был сложный. Как выразить всё то, что чувствую к ней? Любовь была не просто набором качеств или действий. Я любил её за то, что она была рядом, за её силу и нежность, за её невероятную способность сохранять баланс между этими крайностями. Но больше всего я любил то, как я себя чувствую рядом с ней — словно рядом с Антарес я становился лучше, сильнее и одновременно мягче.

Я медлил с ответом, и вдруг она тихо рассмеялась. Этот смех был таким искренним и лёгким, что я тоже не смог сдержать улыбку.

— Знаешь, Лука, при более тесном общении ты не такой страшный, как о тебе слухи ходят, — сказала она с озорным блеском в глазах.

Я усмехнулся, слегка покачав головой.

— Слухи, говоришь? — спросил я, пытаясь подавить смешок. — Что же обо мне говорят?

— О, много чего. Великий и ужасный ведьмак, жестокий, беспощадный, никому не доверяет, — ответила она, наклоняя голову и как будто изучая меня. — А тут — заказываешь еду, смотришь телевизор, да ещё и заботишься обо мне. Не то чтобы это плохо, просто... неожиданно.

Я задумался на мгновение. Конечно, слухи были частью моей репутации, которую я строил годами. Но с ней, с Антарес, всё было иначе.

— Я действительно сейчас не тот, кем был раньше, — сказал я серьёзно. — Ты изменила меня. Ты и наши общие цели. Раньше я действовал, как учил Кощей, просчитывал каждый шаг, но с тобой всё изменилось. Я стал думать не только о себе и своих планах.

Антарес задумчиво кивнула, её глаза смягчились.

— Я тоже изменилась, — призналась она. — И, наверное, именно за это я тебе благодарна.

Глава 47. Кощей Бессмертный

Глава 47. Кощей Бессмертный

Время, что днём в буре прошло, ночью в покое мир обретёт:

так и в жизни испытания пройдут, а за ними — покой и радость.

Кощей Бессмертный стоял на Болотной площади, окутанный ночным туманом. Темное небо было тускло освещено редкими огнями уличных фонарей, а вокруг царила тишина, которую лишь изредка прерывал гул повозок без лошадей, стремительно проносящихся по дорогам. Он всё ещё не мог привыкнуть к этому странному миру — миру без магии, но с неведомыми ему технологиями. Однако сейчас его мысли были сосредоточены на другом.

Кощей знал, что его заклинание достигло своей цели. Лука, его ученик, обязательно явится. Он чувствовал это всей своей сущностью, как любой мастер чувствует отголоски собственной магии.

Ночь сгущалась, воздух становился прохладнее. Временами слышался шорох листьев, подхваченных ветром, но на улице не было ни души. Только Кощей одиноко стоял на площади, ожидая. Его глаза были устремлены в темноту, и он был готов ко всему.

И вот, словно по его молчаливому зову, из тени