Тайна Папы О - Сания Шавалиева

Последние слова прозвучали совсем тихо, но ударили сильнее крика.

Аннушка пошатнулась. Лидия Павловна успела подхватить её за руку.

— Доченька… милая моя… — простонала Аннушка и спрятала лицо в ладонях. — Не расстраивайся. Я уже счастлива, что ты жива. Ты не представляешь, как я счастлива. — Она снова протянула к Ка О руки. — Просто дай себя обнять.

Девочка метнулась в сторону и спряталась за спинами орлов.

Папа О расправил здоровое крыло, заслоняя её. Мама О прижала дочь к себе. Они сделали это одновременно, не сговариваясь, как делали всегда, когда ей угрожала опасность.

Кривульга долго смотрела на них.

— Что же, — наконец вздохнула она. — Похоже, у меня не получилось.

Она снова повернулась к лесу.

— Выходи! — громко позвала она. — Не заставляй меня идти за тобой. Я знаю, что ты здесь.

В чаще никто не отозвался.

Только ветер прошёлся по верхушкам елей.

— У меня не получилось её убедить, — добавила Кривульга. — Может быть, получится у тебя?

Лес зашевелился.

Сначала качнулась одна ветвь. Потом другая. Из темноты вылетела испуганная кукушка и, едва не задев крылом дракона, скрылась над крышей.

Между елями показался человек.

Тот самый, что весь вечер наблюдал за двором.

Он шёл медленно, будто каждый шаг давался ему с трудом. Длинный плащ цеплялся за кусты. Капюшон по-прежнему скрывал лицо, а под левой рукой незнакомец прижимал к груди тяжёлый свёрток.

Ка О почувствовала, как Мама О задрожала.

Папа О тоже узнал его.

— Ты… — прошептал он. — Я велел тебе не попадаться мне на глаза!

Незнакомец остановился на границе света.

— Подойди ближе, — приказала Кривульга.

Он не двинулся.

Дракон приподнял верхнюю губу, показывая клыки. В его груди зародился низкий рокот.

Человек нехотя выступил из тени.

— Хозяин⁈ — Серый Ворон сорвался с крыши и сел на плечо человека. — Как же я рад вас видеть!

Аннушка отняла ладони от лица. Несколько секунд она смотрела на незнакомца, не понимая, почему его фигура кажется ей знакомой.

Тот поднял руку и медленно откинул капюшон.

Аннушка вскрикнула.

— Не может быть…

Лицо человека было усталым и осунувшимся. Волосы поседели, на щеке тянулся тонкий шрам. Но тёмные глаза, прямой нос и упрямый изгиб бровей остались прежними.

Теперь стало ясно, на кого походила Ка О.

Девочка выглянула из-за крыла Папы О и словно увидела собственное отражение, только взрослое и печальное.

— Кто это? — едва слышно спросила она.

Мужчина посмотрел на неё. Его губы дрогнули.

— Здравствуй, Катенька.

— Не называйте меня так!

— Хорошо. — Он тяжело вздохнул. — Здравствуй, Ка О.

Аннушка сделала к нему шаг, но с трудом сдержалась, остановилась. Смотрела на него, как на призрака.

— Я не хотел, чтобы мы встретились вот так, — произнёс мужчина.

— А как ты хотел? — неожиданно резко спросила Кривульга. — Сначала забрать короны, дождаться, пока распадётся защитная магия, а потом явиться спасителем?

Папа О вскинул голову.

— Забрать короны?

Незнакомец крепче прижал свёрток к груди.

Все увидели это движение.

Дракон вытянул шею и шумно втянул воздух. В его багровых глазах отразился слабый золотой блеск.

— Покажи, — потребовал Папа О.

— Не приближайся.

Орёл шагнул вперёд.

Мужчина отступил и наступил на край собственного плаща. Он пошатнулся, попытался удержать равновесие, но свёрток выскользнул из его рук.

Ткань развернулась прямо в воздухе. На землю упали две золотые короны. Первая покатилась к ногам Папы О и остановилась, ударившись о перевёрнутую скамью. Вторая описала круг по траве и замерла перед Ка О. Ни одна из них не светилась.

— Ты украл их⁈ — с трудом с сдерживал ярость Папа О.

— Ты сам их потерял, — ответил мужчина.

Над двором вспыхнула молния.

На одно короткое мгновение всё вокруг сделалось белым: дом, деревья, дракон, испуганные лица.

Папа О поднял короны, надел на голову себе и супруге. Вроде магия вернулась. Но надолго ли?

— Я пришёл не за коронами, — Мужчина посмотрел на Ка О. — Они были нужны только для того, чтобы найти тебя.

Из леса донёсся знакомый тяжёлый удар.

Тук.

На этот раз ему ответили сразу с трёх сторон.

Тук. Тук. Тук.

Чёрное перо под крылом Серого Ворона вспыхнула багровым светом. Он закрыл глаза.

— Они здесь, — прошептал он.

И в ту же секунду среди деревьев зажглись десятки красных огней.

Глава 46. Обида или надежда?

Ка О долго не выходила из своей комнаты.

В первый день она плакала. Во второй тоже плакала, но меньше. На третий день Ка О решила, что больше плакать не станет.

Ка О сидела на подоконнике, обхватив колени руками, и пыталась понять, какие из её воспоминаний были настоящими, а какие — нет. Был ли настоящим тот день, когда Папа О впервые взял её с собой на совет? А вечер, когда они всей семьёй считали падающие звёзды? А утро, когда Мама О принесла ей горячий чай и просидела рядом до рассвета?

Разум говорил, что всё это случилось на самом деле.

Но обида шептала другое.

«Они знали. Каждый день смотрели на меня и знали. А я одна ничего не знала».

От этого Ка О делалось особенно горько. Ей казалось, что она много лет жила в доме, где за одной из стен находилась тайная комната. Все знали о двери в эту комнату, все проходили мимо неё, переглядывались и молчали. И только Ка О считала стену обыкновенной стеной.

Утром служанка приносила ей завтрак. К вечеру уносила почти нетронутым. Иногда Ка О съедала кусочек хлеба или яблоко, но только потому, что от голода начинала кружиться голова, а падать в обморок ей совершенно не хотелось. Это выглядело бы слишком по-театральному и напомнило бы об актрисе Лидии Павловне и Аннушке. Язык не поворачивался назвать Аннушку мамой. Ну какая она мама?

В дверь осторожно постучали.

— Ка О, пора заниматься. Сегодня у нас история великих перелётов.

— Не хочу. Уходите.

Сизокрылый вернулся на следующий день.

— Сегодня будет география. Мы собирались изучать Южные острова.

— Изучайте без меня.

На третий день Сизокрылый принёс шахматы.

— Я готов позволить тебе выиграть.

— Я всегда выигрываю без всяких разрешений.

— Это справедливое замечание, — вздохнул советник. — Тогда, может быть, просто поговорим?

Ка О