Тайна Папы О - Сания Шавалиева

— Уже добралось до пола!

— Ловите его, пока не скрылось в лесу!

Несмотря на тревогу, Николай рассмеялся. Даже Ка О улыбнулась.

Аннушка тоже хотела улыбнуться, но, взглянув на девочку, снова стала серьёзной. На этот раз в её глазах промелькнул не только страх, но и надежда — такая робкая и отчаянная, что Ка О сделалось совсем неуютно.

Она отвернулась к лесу.

Над деревьями медленно расправлял крылья облачный дракон. В глубине его тёмного тела беззвучно мерцали молнии.

Тук.

Ка О вздрогнула.

Аннушка усадила Николая на скамейку и опустилась перед ним на колени.

— Покажи ногу.

— Не надо.

— Я играю крёстную Золушки, — сказала она. — Мне полагается совершать добрые дела и перевязывать разбитые колени.

— Но у меня не колено.

— Значит, будет дополнительная репетиция.

Аннушка осторожно приподняла край штанины мальчика. Однако вместо того, чтобы смотреть на больную ногу, она опять непроизвольно взглянула на Ка О.

Девочка стояла у крыльца, обхватив себя руками.

— Откуда ты приехала? — неожиданно спросила Аннушка.

— Какая разница?

— Просто интересно.

— Вам не просто интересно.

Аннушка побледнела.

— Почему ты так решила?

Ка О хотела ответить, но в этот миг в небе загрохотало так что с ветвей посыпались листья.

Николай замер.

И тут на Аннушку навалилось что-то тяжёлое и мягкое.

Она вскрикнула.

Глава 44. Где короны?

Аннушка вскрикнула и повалилась на спину. Что-то тяжёлое и мягкое промчалось над ней, едва не придавив корзину.

Это была Зинаида.

Она бесцеремонно переступила Аннушку и стиснула Николая в объятиях.

— Сынок! Живой! Родненький мой! Что с тобой? Где болит?

— Ма… — придушенно отозвался Николай, стесняясь материнской ласки. Тискает его младенца. — Пусти…

Но Зинаида ничего не слышала. Она ощупывала его голову, заглядывала в глаза, целовала в лоб и крепко прижимала к себе боясь, что сын снова исчезнет.

— Мы тебя везде искали! Всю тайгу обшарили! Я чуть с ума не сошла! Разве можно в такую погоду на параплане? А если бы тебя унесло? А если бы ты упал? А если бы…

— Ма, всё нормально! — Николай попытался увернуться от очередного поцелуя. — Я здесь.

— Как же нормально, если тебя перевязывают?

Зинаида наконец заметила сидевшую на земле Аннушку.

— Что с ним? — требовательно спросила она. — Нога сломана? Вывих? Укус? Только не говорите, что все хорошо!

Аннушка попыталась встать. Но куда там! Зинаида прочно стояла на её юбке. Подергала за край, давая понять, чтобы уходила.

Только теперь Зинаида поняла, что только что едва не затоптала гостью. Она всплеснула руками и торопливо подала ей ладонь:

— Ой, простите! Ради всего святого, простите! Я вас не ушибла?

— Пока не знаю, — осторожно ответила Аннушка, поднимаясь и отряхивая юбку. — Но, кажется, все мои кости остались на своих местах.

— Я же не нарочно! Испугалась ужасно. Мы с Клинтом всю тайгу верх дном перевернули, всех зверей и птиц из нор и гнезд подняли. Коленька решил испытать свой параплан, а тут эта туча, ветер… Нас самих чуть со скалы не сдуло!

— Ма, не называй меня Коленькой, — буркнул Николай.

— Хорошо, Кол… сыночек можно?

Зинаида повернулась к лесу и приложила ладони ко рту:

— Клинт! Где ты там застрял? Николай дома! Ты был прав! Клинт! Ну куда ты запропастился?

Некоторое время из тайги не доносилось ни звука.

Потом между деревьями зашевелились ветви.

Клинт устало вышел из сумрака, с трудом таща двух огромных орлов. Маму О он прижимал к груди, а Папу О придерживал на плече.

Их головы безвольно свисали. Лапы покачивались при каждом шаге, растрёпанные крылья волочились почти до самой земли. На перьях темнели пятна крови и грязи.

— Папа! Мама! — Ка О сорвалась с места и помчалась к родителям. Она едва не наступила на петуха, но тот вовремя рванул в сторону. — Что с ними? — закричала девочка. — Почему они не двигаются? Они… они живы?

Она пыталась заглянуть родителям в глаза, однако веки орлов оставались плотно закрытыми. Безвольно опущенные головы пугали своим неподвижным спокойствием.

— Живы, — уверенно ответил Клинт. — Только досталось им крепко. Он бережно уложил орлов на охапку сухой соломы возле крыльца и расправил смятое крыло Папы О. — Мы нашли их возле утёса. Ещё немного, и вороны заклевали бы обоих. Хорошо, Зинаида услышала шум.

Серый Ворон на крыше возмущённо каркнул.

Игорь Модестович вздрогнул.

— Фильм ужасов какой-то? — шёпотом проговорил он Лидии Павловне.

— И не говорите.

— Почему не говорить? — удивился режиссёр.

Клинт тем временем быстро осмотрел орлов.

— Дыхание ровное. Переломов, похоже, нет. У Папы О повреждено крыло, у Мамы О рана на голове. Нужны тёплая вода, чистая ткань, бинты.

Клинт поднялся и только тогда заметил стоявших во дворе гостей.

— Ох, простите, дорогие гости! — сказал он. — Немного не получилось встретить вас как положено.

— Самую малость, — заметила Лидия Павловна.

— Еще раз простите. Вы тут пока располагайтесь. Можете сходить к родоновому источнику, Николай вас проводит…

— Клинт, что ты говоришь? — одернула мужа Зинаида.

— Да, да, конечно, простите. Сейчас у нас небольшая техническая пауза: осмотр, обработка ран, перевязка. Потом всё обязательно наладится.

— Вот это я понимаю — профессиональный подход! — восхитился Игорь Модестович. — Даже чрезвычайное происшествие объявлено как антракт.

— Чем помочь? — спросила Аннушка.

— Я тоже помогу, — сказала Лидия Павловна, закатывая рукава чёрного платья. — Командуйте.

Клинт быстро раздал распоряжения. Аннушка принесла из дома полотенца и тёплую воду. Лидия Павловна разрезала старую простыню на длинные ровные полосы. Зинаида усадила Николая поудобнее и принялась осматривать его больную ногу, несмотря на все протесты.

Ка О не отходила от родителей ни на шаг.

Она гладила их по растрёпанным перьям, вытирала кровь с клювов и тихо повторяла:

— Я здесь. Слышите? Это я. Всё хорошо. Вы только очнитесь… Пожалуйста…

Никто не заметил, что за дальними елями притаился ещё один человек.

Он стоял в глубокой тени, прижавшись спиной к стволу, и внимательно наблюдал за двором. Его лица не было видно под низко надвинутым капюшоном. Только один раз, когда над лесом вспыхнула молния, в темноте блеснули настороженные глаза.

Незнакомец видел всё.

И найденных орлов.