Дом Эльмиры - Вадим Гончаров

– Вот именно. Но я тоже пока не понимаю до конца, что же произошло, но чувствую –Радослав, как минимум, что-то знает. И с ноутбука диалоги стер именно он, чтобы не заподозрили его и сына.

– И тем самым он как раз и добился, чтобы его заподозрили…

– Не совсем. Главное – не то, что переписка исчезла, а то, что дата его посещения Эльмиры совпадает с датой ее смерти. Но как он удалил переписку?

– Видимо, знал пароль?

– Она что, не меняла его десятилетиями? Не могу поверить… Женщины…

– Во всяком случае, это тоже косвенная улика против него. Он хотя бы теоретически мог знать пароль, в отличие от Густава.

Сильван встал и прошелся по комнате:

– Зато у последнего есть серьезная причина убивать Эльмиру. А у Радослава – с очень большой натяжкой. А что, если это как раз попытка Густава подстраховаться? Он узнал, что Радослав собирается посетить бывшую жену. Он каким-то образом удаляет переписку, оставив ее на телефоне. Тем самым подозрение падает на бывшего мужа и сына. Или… это звучит так, будто я начитался детективных романов?

– Есть немного. С другой стороны, я постоянно ловлю себя на мысли, что подозреваю всех и вся. Сегодня вот думал о машине Исы, например.

– Исы? Хм… такая голубенькая… Да, вполне могла быть и она. Но тогда какого черта она сама же навела вас на размышления о таблетках?

– Есть такой психический феномен: в человеке как бы живут двое – преступник и обличитель. Возможно, преступница убила Эльмиру, например, из мести, а вторая часть теперь пытается с нашей помощью вывести ее на чистую воду.

– Видел что-то подобное в кино. Разве так бывает на самом деле? – Сильван посмотрел на Виктора скептически.

– Бывает. Случаи редки, но это не исключено. Это довольно легко объяснить с точки зрения психоанализа, да и вы сами видели Ису… она точно не совсем в себе. Я – довольно посредственный диагност, но могу допустить, что у нее шизофрения, – Виктор вдруг почувствовал, что краснеет: произнесенная вслух, версия казалась нелепой. Однако, Сильван, похоже, был другого мнения, он посмотрел на Виктора в упор и сказал:

– Тогда вам имеет смысл ночевать у меня. Мне это нравится все меньше и меньше. Еще не хватало обнаружить уже ваш труп в том же доме.

– Уф… спасибо, конечно, я подумаю. Вообще, мне страшно, это точно. Как-то до сих пор вся эта затея выглядела для меня чем-то вроде безобидного квеста. И только вчера я осознал, что отрицаю очевидное: опасность действительно есть.

Они посидели некоторое время молча.

– Слушайте, Сильван… от меня сейчас все равно никакого толку, вы меня совсем запугали, я не могу думать ни о чем, кроме вашего пистолета. Давайте его мне, и я пойду прогуляюсь.

– Этого ни в коем случае не стоит делать. Густав дома, это опасно!

– И что, они меня зарежут средь бела дня на пляже?

– А что им может помешать, Виктор? Вы много людей встречаете на пляже?

Виктор оторопело уставился на него: да, на пляже он встречал исключительно Лидию. Запоздало подумал, как легко мог погибнуть в любой из предыдущих дней.

– Хорошо, я отправлюсь в лес и буду осторожен, как полевая мышь.

Сильван угрюмо покачал головой, но ничего не возразил. Он поднялся, сходил наверх и вернулся с маленьким автоматическим пистолетом Beretta. Виктор взял его в руку и взвесил – пистолет был легким, где-то полкилограмма. Он посмотрел на Сильвана:

– Откуда он у вас?

– У меня много оружия. И разрешение на его хранение и ношение имеется. А что?

– Ничего… впервые держу в руках пистолет. И кстати… у меня-то нет разрешения.

– Ну… не ездите с ним в город. Вы хоть раз встречали здесь полицейского? В последний раз я видел полицейскую машину года три назад.

Виктор кивнул, разглядывая оружие.

– Он заряжен?

– Разумеется. Полная обойма, шесть патронов.

– А предохранитель?

– У этого пистолета нет предохранителя. Просто тянете на себя раму, тем самым взводите ударник. А дальше – нажимаете на спусковой крючок. Всё.

Виктор потянул слегка раму – она поддалась.

– А вы не боитесь, что я застрелю кого-нибудь из вашего пистолета? Как-то вы легко мне его дали, это же оружие все-таки…

– Не боюсь. Я больше боюсь, что кто-то укокошит вас. А в вашем благоразумии я не сомневаюсь, можете быть уверены. Но все же… я очень надеюсь, что мы с вами перегибаем палку в предосторожностях. В конце концов, мы же имеем дело не с гангстерами… – прозвучало так, будто Сильван пытается успокоить Виктора, но сам не очень верит в сказанное. Виктор улыбнулся слегка натянуто:

– Я оценил вашу попытку.

Виктор встал, сунул пистолет за ремень за спиной и закрыл рубашкой. Оглядел себя в зеркале – пистолет был незаметен. Они попрощались. Сильван проводил Виктора внимательным взглядом, и тот пошел прочь.

Глава 20: Неожиданность

Я вернулся в комнату, где лежало тело Элизабет, моей любимой, моей жены, еще так недавно живой, и такой дорогой, такой достойной любви.

Мэри Шелли «Франкенштейн, или Современный Прометей»

Подходя к лесу, Виктор почувствовал, что начал немного расслабляться. «Отличный выходит у меня отпуск. Вот как чувствовал, что отпуск – это не мое!» – горько усмехнулся он сам себе и двинулся вдоль края леса по уже известному маршруту. На этот раз он твердо решил пройти вдоль обрыва и найти спуск к тому уступу.

Пистолет настойчиво напоминал о себе, холодя спину. Виктор не мог не думать о том, что он вооружен, и что он – в опасности. В смертельной опасности. Даже его походка изменилась – стала какой-то более тяжелой и осторожной.

Дойдя до края леса, откуда открывался вид на море, Виктор посмотрел направо, и сердце неожиданно радостно забилось в груди: маленькая машинка оказалась на прежнем месте, рядом стоял складной стульчик, правда, женщины нигде не было видно. Он пошел вдоль обрыва, иногда заходя чуть вглубь леса, когда пройти мешали деревья, наклонившиеся прямо к морю. Минут через пятнадцать глянул вниз и обнаружил, что находится как раз над автомобилем. Женщина уже сидела на своем месте и, казалось, дремала. Он поискал глазами тропинку, ведущую вниз, – она обнаружилась чуть дальше – крутая, но вполне проходимая;