Набор - Инди Видум

— У меня ключей нет, — чуть не плача, сказал клерк.

— Тогда не закрывай.

— Но как же, это же банк?

— Надеваем лыжи и быстро ногами перебираем, — прошипел я не хуже княгини Вороновой. — Выбор — либо банк, либо мы. Ключа нет, возможности закрыть тоже — какой с вас спрос?

— Нельзя ценности без присмотра оставлять. Давайте их оттуда заберем? — продолжил он настаивать. — Каждому сколько получится взять — и всё вынесем. Начальство вас непременно отблагодарит.

Ага, грамотой с красивой рамочкой, вот спасибо. Конечно, я мог бы сказать ему, чтобы он не переживал: все ценности отсюда будут вынесены до последней монетки, но боюсь, это бы его не успокоило, поскольку деньги пойдут мне, а не владельцам банка.

— Еще одно слово — и останетесь с ценностями внутри банка. Действие артефакта с приманкой заканчивается. Нам бы самим выйти.

Это оказалось убедительным доводом, и банковский клерк заткнулся, поскольку ему и его товарищи по несчастью пояснили, что каждый лишний звук привлекает тварей. И без того его выступления хватило — из города нам пришлось прорываться, поскольку на звуки пришли те твари, кто оказался равнодушен к приманке, но услышали нас. И было их не сказать чтобы мало.

Я опасался, что мы привлечем и тех тварей, что медитируют над приманкой — действие ее было уже не таким оглушающим, как в Дугарске. Похоже, разлагается потихоньку на составляющие. Неправильно наше зелье хранили у Козыревых. Посчитали, что раз оно работает на открытом воздухе, то и храниться может без стазиса.

Но его силы хватило удержать уже выведенных из города тварей на том месте, где стоял бутылек, и вскоре из города мы выбрались и рванули по своим же следам к границе зоны. Банковский клерк тормозил. Он даже в лыжах умудрялся путаться.

Через час я был солидарен с предложением Валерона плюнуть в этого типа. Похоже, не на пустом месте появилось это предложение. Двигался служащий медленно, его постоянно кто-то брал на буксир, иначе мы рисковали заночевать в зоне. Ему постоянно приходилось напоминать, что в зоне не болтают, но он постоянно про это забывал и то что-то спрашивал, то просто ныл. Преимущественно из-за того, что за оставленный открытый банк и необеспечение эвакуации ценностей начальство его убьет. И я начальство понимал. Мне этого тоже хотелось.

Если бы вдруг какая тварь прицельно вытянула этого типа и сожрала, я бы не стал ее преследовать, даже чтобы вернуть свои артефакты. Но увы, поскольку шел он в середине колонны, то нападения приходилось отбивать другим. После очередного нападения банковский служащий пришибленно молчал, но потом опять начинал страдать.

Поскольку он сильно тормозил продвижение, я предложил нанести на него руну «Легкость» и тащить по очереди. Пока рисовал на нем, сообразил, что можно и на нас — меньше будем проваливаться в снег. Но Лихачев сказал, что такие умные уже были и с нанесенной руной очень сложно противостоять тварям: и удар слабый, и отлетаешь с одного удара. Пришлось от столь перспективного варианта отказаться, как и от руны «Тишина» на банковском служащем — как опять же пояснил Лихачев, действовала она только на неживое, и заткнуть так банковского служащего не вышло бы. А жаль.

Если честно, я удивлялся терпению мужиков, которые столько дней сидели с ним в замкнутом помещении и не то что не прибили, даже не стукнули. Во всяком случае, видимых повреждений на этом типе не было. Единственное, о чем он переживал — это об оставленных в банке ценностях, хотя и тащил с собой стопку векселей. Хорошо, что Валерон об этом не узнает, а то служащий и это не дотащил бы.

Помощник же решил к нам не возвращаться, а идти чистить банки по дороге в столицу заварзинского княжества, где будет конечный пункт. Там, кроме банков, он наведается в лечебницу и заберет всё, что просила Даньшина. И только после этого присоединится к нам. Остальные банки, за столицей, он отложил на попозже, чтобы не пропустить день рождения Наташи, на котором планировал нажраться от пуза.

Из зоны мы выбрались, когда уже начинало темнеть, и обессиленно свалились на снег.

— Его нужно срочно к священнику, — сказал я, показывая на банковского клерка. — У него сильное отравление зоной.

— Мне нужно отчитаться сначала, — заявил тот. — Где ближайшее отделение нашего банка?

— Не доедете, у вас счет, возможно, на часы идет.

— А потом? — скептически спросил он.

— Начнете в тварь перерождаться. И это необратимо.

— Нужно было его еще в банке прибить, — проворчал один из спасенных магов. — Чтобы и сам не мучился, и нас не мучил.

Сил подняться со снега не было ни у кого. Как и тащить на себе банковского служащего, пришибленного перспективой. Но силы болтать нашлись — выбравшимся очень хотелось узнать, что случилось.

Хорошо, что Маренин догадался прислать сани, на которых мы отправили спасенных в Озерный Ключ, а сами потихоньку побрели в поместье. Без балласта дело пошло куда шустрее.

Глава 23

Пока мы ходили в зону, нам неожиданно провели телефон. Тащили провод издалека, поэтому подключение обошлось в круглую сумму, но оно того стоило. Первым делом я отзвонился отчиму и сообщил, что теперь со мной можно связаться и таким способом. Разумеется, ничего секретного по телефону обсуждать было нельзя — на линии грели уши телефонистки, но иносказательно можно предупредить о чем-нибудь важном или сообщить информацию, которая не секретна, но до меня пока не дошла. Для секретных переговоров идеально подошли бы переговорные артефакты, но с ними получился облом. Дело даже не в том, что цена у них была высокой — их не было в продаже и заказы не брали ни за какие деньги. Хоть заказывай Валерону спереть пару артефактов такого типа у Рувинского. Останавливала не неприглядность такого действия, а то, что столь сложные артефакты наверняка имели вплетенные метки, позволяющие их найти при утере. Пользоваться таким будет опасно. Поэтому по совету Маренина от всех сложных трофейных артефактов мы избавлялись сразу, если Валерон вдруг их притаскивал. Одно дело — болты, расходник, за которым никто особо не смотрит, и другое — дорогой редкий артефакт.

Оставалось надеяться на то, что мне попадется артефактная схема на такой случай и я сделаю переговорники сам.