Космология и практика сибирского шаманизма - Елена Вадимовна Нам

Дерево жизни

По всей видимости, в мировоззренческих системах индоевропейцев, как и у сибирских народов, важное место занимала тема семантического соответствия и даже тождества «жизни» и «дерева». Процесс рождения человека, его создания богами, или первого появления, так или иначе был связан с деревьями. Нонн Панополитанский в поэме «Деяния Диониса» дает «пророческое» описание начала Вселенной, в котором содержится упоминание о возникновении человека. Ствол сосны вдруг разбивается и из него, без семени, появляется первый человек (XII, 55–58) [925]. В древнеисландском эпосе «Младшая Эдда» создателями людей выступают сыновья Тора – Один, Вили и Ве. Однажды они шли берегом моря и увидели два дерева, из которых и создали первых людей. Первый сын дал им жизнь и душу, второй – разум и движение, третий – облик, речь, слух и зрение. Мужчину они назвали Ясенем, а женщину – Ивой [926]. Мотив вскармливания ребенка деревом, отмеченный в тюркской эпической традиции, получил своеобразное преломление в Древней Греции, где он оказался связанным с космогонией и антропогенезом. Так, согласно Страбону, дуб, почитаемый в Додоне, считался древнейшим растением, плоды которого впервые послужили в пищу людям [927]. То есть в период возникновения и становления человеческого рода именно дерево дает пищу, а значит – жизнь.

Рождение богов и других мифологических персонажей также может быть связано с деревьями. Хорошо известный мотив родов богини Лето, матери Аполлона и Артемиды, перекликается с родильной обрядностью некоторых угорских и тюркских народов, где женщины рожали на коленях, держась за одно или два дерева (шеста). Лето претерпевает родовые муки, которые длились девять дней и ночей, и рожает на коленях, опираясь о ствол пальмы (III, К Аполлону, 117–118) [928] или ухватившись за финиковое и масличное деревья [929]. Удивительное рождение Адониса из дерева описано Аполлодором. Мать Адониса, дочь ассирийского царя Смирна, воспылала страстью к собственному отцу и 12 ночей разделяла с ним ложе. Когда отец узнал, что это была его собственная дочь, то в гневе хотел убить ее. Боги обратили ее в дерево, из которого через 10 месяцев родился ребенок, названный Адонисом [930]. Мотив рождения из дерева или у дерева тесно связан с возможностью зачатия от дерева, а также с представлениями о дереве как источнике плодородия. Так, в древнеиндийской мифо-ритуальной традиции, а также в сказках и преданиях можно найти достаточно частые упоминания о браке женщины и дерева [931].

Многочисленные свидетельства о тождестве человека и дерева можно встретить как в народных, так и в литературно обработанных верованиях и мифах, а также в сложных философских построениях. Нонн Панополитанский в своей поэме сравнивает человеческий род с листьями (III, 254) [932]. В «Младшей Эдде» дается объяснение построения кеннингов (разновидности метафоры в скальдической поэзии), уходящее своими истоками в глубокую архаику. Так, например, кеннинги мужа связаны с деревьями мужского рода (ясень, клен, лес и т. д.), кеннинги женщины, соответственно, с деревьями женского рода (ива, роща и т. д.). Примеры кеннингов, связанных с деревом: «воин – ясень битвы», «рука – дерево плеча или рукава, ладони или кулака», «нога – дерево подошвы, подъема, ступни» [933]. Артемидор в своем «Соннике» описывает и интерпретирует интересный сон: «Одному человеку приснилось, будто он превратился в огромное дерево с раздвоенным стволом, причем одна его половина представляла собой тополь, а другая – сосну; затем на тополь уселись самые разные птицы, а на сосну – чайки, буревестники и другие морские пернатые. У человека этого родилось двое сыновей, из которых один – на что указывал тополь – стал атлетом, много ездил по свету и общался с разными людьми, в том числе с иноземцами, а другой из крестьянского сына стал известным судовладельцем. Сам сновидец прожил долгую и счастливую жизнь и скончался в глубокой старости» [934]. Древнегреческая мифология изобилует примерами метаморфоз, когда те или иные персонажи превращаются в деревья или растения.

Эквивалентность человека и дерева утверждалась в древнеиндийской религиозно-философской традиции. В «Брихадараньяка упанишаде» читаем:

Словно дерево, повелитель леса, таков, воистину, человек.

Его волосы – листья, кожа его – кора снаружи.

Из кожи его течет кровь, [как] сок из кожи [дерева].

Поэтому она выходит из раненого, как сок из поврежденного дерева.

Мясо его – древесина, лыко – сухожилия, они крепки,

Кости – внутренность дерева, мозг создан подобным сердцевине. [935]

Дерево в древних космологиях

Присутствие образа дерева в космологических схемах, используемых для формирования картины мира сибирских народов, подтверждается на материалах индоевропейцев и имеет аналогичные структурные характеристики. Различные упоминания о Мировом дереве как вертикальной основе космического пространства содержатся в гимнах «Ригведы»:

«[В пространстве] без опоры царь Варуна со светлыми мыслями держит вершину дерева.

Вниз [спадают ветки], вверху их основание (корни)…» (I, 24, 27).

«Что за дерево, растущее посреди океана, которое обхватил сын Тугры…» (I, 182, 7).

«Из какого леса, из какого дерева смастерил Небо и Землю…?» (Х, 31, 7) [936].

В заговорах и заклинаниях «Атхарваведы» использовались растения, эквивалентные Мировому дереву. Например, в заговоре «На долгую жизнь» упоминается растение дарбха, которое не только представляет собой аналог космической оси, но одновременно с этим служит долголетию, то есть выполняет функцию жизненного начала:

…На небе твой корень, о трава,

На земле ты установлена.

С помощью тебя, тысячеколенчатой,

Мы увеличиваем срок жизни.

Ты прорвешься через три неба,

А также через эти три земли…

Та дарбха, что, рождаясь, укрепила землю,

Стала опорой воздуха и неба. [937]

Продолжением этой традиции служит упоминание в «Шветашватаре упанишаде» «пуруши» в качестве Мирового дерева: «Единый, он стоит словно древо, утвержденное в небе, этим пурушей наполнен весь этот [мир]» [938]. Ритуальным воплощением идеи Мирового дерева и одновременно древа жизни является почитание особо высоких деревьев, а также принесение жертв у деревьев или в священных рощах. В мифах деревья так или иначе связаны с космогонией, уходят в небо или растут у входа в подземный мир. Приведем лишь несколько примеров. Вариации на тему Мирового дерева можно встретить в славянской космогонии. «Среди