Древняя Русь на международных путях - Назаренко Александр Васильевич

Карловых реформ из подвластных франкам земель удержался только в Баварии, как о том и сообщает «Грацская глосса»). Уже в одной грамоте Фрайзингенской церкви от 816 г. читаем: «...заплатить 1 золотой солид, или 30 денариев» («...I solidum de auro solvere aut XXX denarios»: ibid., №364; аналогичную формулу см. также в документе 846 г.: ibid., №679). Следовательно, относительная стоимость баварского солида к Карлову денарию как 1:30 установилась сразу же после введения последнего. Это говорит, с одной стороны, о достоверности данных «Грацской глоссы», а с другой — объясняет, что именно имел в виду глоссатор под денежно-весовым счетом «по закону баварскому»: счет, действительно основанный на традиционных баварских денежно-весовых единицах — тяжелом солиде и сайге; скот не был частью этого древнего счета, так как в источниках VIII–IX вв. не упоминается.

Если баварский солид был равен 30, а скот — 1,5 новым денариям, то, как нетрудно подсчитать, в 1 солиде содержалось 20 скотов (характерно, что сама «Грацская глосса» этого равенства не приводит). Далее, при фунте в 409,31 г и в 240 новых денариев баварский солид составлял 1/8 фунта и имел соответствующую стоимость 409,31:8=51,16 г серебра. Становится очевидно, что мы имеем дело с той же самой денежно-весовой единицей, что и гривна «Русской правды», составлявшая 1/4 полуфунта. Более того, так же, как древнерусская гривна подразделялась на 20 ногат, баварский солид делился на 20 скотов. Значение этого факта, до сих пор ускользавшего от внимания исследователей и древнерусской, и западноевропейской денежновесовых систем, трудно переоценить. Обнаружившееся тождество носит не чисто внешний, количественный, а структурный, фундаментальный характер, давая возможность как предложить решение загадке скота, так и дать простой и естественный ответ на вопрос о происхождении гривны «Русской правды» вместе с ее фракциями ногатой и куной. Оно не только выводит оригинальный древнерусский денежно-весовой счет из досадной изоляции, но и позволяет поднять проблему происхождения последнего на уровень типологических обобщений.

Коль скоро ясно, что ни о заимствовании баварского солида на Руси, ни о переносе древнерусской гривны в Баварию не может быть и речи, то остается допустить, что обе единицы возникли независимо друг от друга в сходных условиях. Если на вопрос о происхождении гривны «Русской правды», как мы убедились, до сих пор не было дано приемлемого ответа, то применительно к тяжелому баварскому солиду такой ответ очевиден. Постоянное противопоставление легкого франкского солида как серебряного баварскому солиду как золотому заставляет думать, что последний действительно сохранял стоимость реального золотого солида, основополагающую и для франков в пору кодификации правд, но впоследствии, с переходом на монометаллизм, утраченную в пользу счетного солида в 12 денариев. Вспомним прямое указание «Codex Gudianus», что «в старину солидом называли нынешний золотой». Старинный солид-золотой — это солид в 40 дореформенных денариев, который многократно упоминается в «Салической правде» (Lex Sal. I, 1-2; II, 1-2, 7, р. 28-31 etc.) и в других памятниках и который даже после каролингских реформ некоторое время цепко удерживался на периферии Франкского государства; так, еще в 816 г. Людовик Благочестивый, настаивая на переводе всех штрафов «Салической правды» на новые солиды, вынужден был делать одно исключение: «...кроме случая, когда возникла тяжба между саксами и фризами [и франками]: для этих случаев устанавливаем, чтобы солид имел величину в 40 денариев, им-то и должен расплачиваться сакс или фриз с салическим франком, с которым у него тяжба» («...excepto ubi contentio inter Saxones et Frisiones exorta fuit: ibi volumus, ut quadraginta denariorum quantitatem solidus habeat, quern vel Saxo vel Frisio ad partem Salici Franci cum eo litigantis solvere debet»: MGH LL Capp., 1, №134, cap. 3, p. 268). В то же время легко видеть, что старый золотой солид в 40 старых денариев и пореформенный золотой солид в 30 новых денариев, отражая стоимость реальных золотых, не тождественны друг другу. Это обстоятельство крайне важно.

Старый золотой солид выражал стоимость позднеримского золотого (солида) в 1/72 римского фунта золота и составлял 240:40=1/6 часть римского фунта серебра (откуда, заметим кстати, вытекает относительная стоимость золота к серебру в Европе того времени — 12:1; этот вывод понадобится нам в дальнейшем), тогда как новый золотой солид был равен 1/8 части нового Карлова фунта, т. е. 1/8×5/4=5/32 римского фунта, что на 1/96 (римско-византийскую драхму, равную 327,45:96=3,41 г) меньше (1/6−5/32=1/96), чем стоимость в серебре дореформенного золотого солида. Если последний воспроизводил стоимость полновесного позднеримского солида, чеканившегося с эпохи Константина Великого по норме 327,45:72=4,548 г, то новый золотой солид был равен по стоимости 409,31:8=51,16 г серебра, т. е. 4,264 г золота. Соответствует ли этому новому золотому солиду какая-то реальная золотая монета того времени? Да. это стандартный арабский динар, чеканившийся по норме 1/96 багдадского фунта: 409,31:96=4,264 г (Ф. Грирсон считает теоретической нормой динара после монетной реформы халифа Абд-ал-Малика (685—705) в конце VII в. вес в 20 карат = 4,25 г: Grierson, 1960, р. 241-264, особенно р. 251-254). Этот вывод получает себе непосредственное подтверждение в грамоте Людовика Благочестивого монастырю св. Зинона в Вероне от 816 г., в которой 20 золотых монет приравнены к 50 солидам серебра («... aut manculos [вар.: mancusos] viginti aut quinquaginta solidos argenti accipere debeat pontifex»: Soetbeer, 1862, s. 360; Grierson, 1979, Addenda et corrigenda, p. 2-4; критического издания грамот Людовика пока нет), т. е. к 12×50=600 денариям, откуда получаем уже знакомый нам тяжелый солид в 30 денариев (600:20=30). Данные веронского документа показательны в двух отношениях. Во-первых, они демонстрируют, что солид в 30 Карловых денариев не был какой-то чисто баварской локальной нормой, а был принят, например, также в Северной Италии, отражая стоимость реального золотого (20 золотых монет = 20 солидам по 30 новых денариев). Во-вторых, обращает на себя внимание само название этой золотой монеты — не solidus или aureus, a manculus/mancusus, в более распространенной форме — mancus. которое уже само по себе указывает на то, что мы имеем дело с неполновесным Константиновым золотым (солидом) (← лат. mancus «неполный, ущербный»). Так в Средиземноморье именовали именно арабский динар за его относительную легковесность (например, сравнительно со столичной византийской номисмой, норма которой продолжала составлять 1/72 римского фунта-византийской литры: Grierson, 1954, р. 1059-1074; idem, 1976. s. 315). Усвоению этого веса золотого в Италии (кроме возможного, но недоказанного хождения здесь самого арабского динара) способствовало то, что примерно такой же вес имела византийская номисма в ее периферийном итальянском варианте (Schilbach, 1970а, s. 167, таблица, колонка 6).

Итак, при счетном характере тяжелого солида (30 новых денариев) он был