Скованные/Manacled - Сен Лин Ю

Ты ведь даже не участвовала в сражениях, не так ли? На поле битвы тебя я точно не встречал. Тебя не было там с Поттером и Уизли. Ты просто пряталась. Проводила все свое время в больничных палатах. Тщетно размахивая палочкой, спасая людей, которым в итоге лучше было умереть.

Она с трудом сглотнула и сжала губы в жесткую линию, выходя из душа и вытираясь полотенцем.

Девушка остановилась на мгновение и уставилась в зеркало.

Гермиона ненавидела свое отражение. Ненавидела смотреть на себя. Она старалась отводить глаза всякий раз, когда сталкивалась с зеркалом. Она с трудом узнавала человека, которого там находила.

В своих воспоминаниях Гермиона была изможденной от стресса и недоедания. Бледной от постоянного пребывания в каморке, готовя целебные и укрепляющие зелья. Ее неуправляемые волосы всегда были тщательно заплетены в тугие косы, которые она закручивала на затылке. Худая, с тонкими костлявыми конечностями. Ее глаза были большими и тёмными, с пылающим в них огнём надежды.

Сейчас же…

Ее лицо больше не было изможденным. Благодаря ежедневному питанию она набрала вес, ее щеки перестали быть впалыми. Регулярные прогулки улучшили цвет её лица, добавили легкого естественного румянца. Без гребня или каких-либо зажимов для волос Гермиона могла расчесывать их только руками. Волосы падали буйными волнами кудрей и завитков, доставая ей до локтей. Ее колени, локти, тазовые кости и ребра больше не торчали. Она нарастила мышечную массу упражнениями.

Она выглядела здоровой. Даже слишком. Нормальной. Как Гермиона из другой жизни.

Но ее глаза...

Ее глаза были мертвы. В них не осталось прежнего огня.

Искра, которую она считала самой неотъемлемой частью своей сущности, погасла.

Она была живым трупом.

Девушка отвернулась от зеркала и оделась.

Зелье плодородия повлияло на то, как теперь сидела на ней одежда. Пуговицы на ее груди натянулись, и она могла видеть свои соски сквозь ткань платья. Гермиона ссутулилась, пытаясь скрыть это, и распустила волосы по плечам.

Вернувшись в свою комнату, девушка обнаружила там приготовленный для нее обед. Она ткнула вилкой в салат из огурцов и уставилась в окно. Снег растаял. В поместье царил бесконечный серый цвет. Даже небо было серым.

Гермиона все еще смотрела в окно, когда дверь щелкнула. Девушка оглянулась и увидела, что вошел Малфой. На нем была его «охотничья» одежда. Она казалась чистой, так что, предположительно, он скорее уходил, чем возвращался.

Гермиона внимательно посмотрела на него. Без верхней мантии он выглядел заметно выше и гибче. Вся одежда была черной, но на предплечьях, груди и ногах блестело металлическое посеребренное защитное снаряжение. «Броня из чешуи украинского железнобрюхого дракона», заключила Гермиона, изучив его в мгновение. Для защиты от заклинаний и оружия, если, конечно, у него не было хобби укрощения драконов, о котором она не знала. В одной руке он сжимал пару перчаток.

Ей стало интересно, носил ли он свою броню, когда убивал Джинни, Минерву Макгонагалл, Аластора Грюма, Невилла, Дина, Симуса, профессора Стебль, мадам Помфри, профессора Флитвика и Оливера Вуда. Наверное, он всегда носил её под одеждой Пожирателя Смерти.

Чешуя железнобрюхого была очень устойчива к магии и почти непроницаема для физических атак. В поединке, если нападающий не мог попасть ему в голову или использовать смертельное проклятие, Малфоя было трудно победить. У кого-то с кандалами, блокирующими магию, не существовало вообще никаких шансов против него.

С другой стороны, когда вообще слизеринцы заботились о честной борьбе?

Его глаза встретились с ее глазами в другом конце комнаты, и он внимательно посмотрел на нее.

Она скрестила руки на груди, словно защищаясь.

— Вспомнила меня наконец? — спросил он.

— К моему глубочайшему сожалению, — сказала она, отворачиваясь от него. Он медленно приблизился.

— Я сообщил Страуд о случившемся. По-видимому, она не потрудилась проверить факторы риска совмещения зелья плодородия и сеансов легилименции, — сказал он с легкой усмешкой.

— Я сомневаюсь, что эта комбинация регулярно изучается мастерами зелий, — сухо ответила Гермиона.

Наступила пауза, Малфой вытащил из воздуха газету и протянул ей. Она с любопытством выхватила её из его пальцев.

— Ты явно извлекла пользу из чтения, — сказал он, когда она развернула газету.

«Мирные переговоры в Скандинавии!» — кричали буквы на первой полосе.

Она слегка усмехнулась про себя, просматривая статью.

— Как ты догадалась? — спросил он после минуты молчания.

Она подняла глаза от газеты.

— Насчет этого? — невинно сказала Гермиона, указывая на статью.

Он закатил глаза.

— Нет.

Уголок ее рта слегка дернулся.

— Я целительница, — сказала она, затем посмотрела на свои запястья. — Или, по крайней мере, ею была. Я специализировалась на исцелении темной магии. Я знаю признаки магической коррозии. Слишком большая концентрация использования темной магии начинает превращаться в яд в организме. Тело и собственная магия пытаются побороть это. Но как только темная магия проявляется на клеточном уровне, пути назад нет. Темная магия пожирает тело изнутри.

Она отложила газету в сторону.

— Магия, конечно, все еще очень сильна в нем. Он до сих пор является одним из самых могущественных волшебников в мире. Но физически слабеет. Даже вся эта кровь единорога, в которой он купается и которую поглощает, не может в достаточной мере справиться с симптомами. Лежать в оцепенении в змеином гнезде — попытка оттянуть неизбежное. Даже если он бессмертен, то скоро станет всего лишь тенью. Он растворится в эфире. И теперь, когда Гарри мертв, у него не будет возможности возродиться снова. Если все его крестражи будут уничтожены, он просто перестанет существовать.

Малфой резко взглянул на нее, и она встретилась с ним взглядом.

— Эти связующие предметы называются крестражами, не так ли? — спросила она.

Он медленно кивнул.

— Новое воспоминание? — сказал он.

Она кивнула.

— Во время приступа, — ответила Гермиона, откидываясь на спинку стула. — Орден охотился за ними. Это была задача Гарри и Рона.

— Что-нибудь еще? — спросил он низким и опасным голосом.

— Рон был расстроен количеством жертв. Мы умирали с голоду. Я сомневаюсь, что это та информация, которую ты не знал, — тихо сказала она. Девушка пристально посмотрела на него, ожидая, что он немедленно вторгнется в ее сознание. Для проверки. Он просто смотрел на нее.

Она отвела взгляд, а через минуту оглянулась и заколебалась.

Малфой заметил ее внимание и наклонил голову, выгнув бровь.

— Кингсли Бруствер... — медленно произнесла она. — Ханна