Нижинский. Великий русский Гений. Книга I - Элина Фаритовна Гареева

он вызвал на прошлогодних экзаменах (весной 1904 года), достигли Императорской балетной труппы. Члены экзаменационной комиссии рассказывали всем об открытии нового таланта, о том, что появился танцевальный феномен — Нижинский. Артисты начали посещать занятия Обухова, чтобы своими глазами увидеть этого юного вундеркинда-танцовщика. Обухов — превосходный артист классического балета и великий педагог, с энтузиазмом утверждал, что талант Нижинского уникален, хотя и никогда не отступал от обычных рутинных занятий в классе и не выставлял Вацлава напоказ. Как и следовало ожидать, комментарии, высказанные императорскими танцорами, многие из которых увидели в Нижинском будущего конкурента, были противоречивыми и не всегда благоприятными.

В начале марта 1905 года в Театральном Училище начались репетиции экзаменационного спектакля. Ежегодное выступление учащихся было большим событием для всей школы. В нём принимали участие все ученики, и волнение начинало нарастать задолго до самого спектакля, который проходил на сцене Мариинского театра. Для выпускников это было не только театральным опытом, но и соревнованием. От этого выступления зависела их будущая карьера артистов. Каждый год программа состояла из двух одноактных балетов и дивертисмента. В этом году Куличевская поставила «Парижский рынок» на музыку Пуни, а Михаил Фокин поставил балет на тему греческой мифологии «Ацис и Галатея» на музыку Кадлеца. Для дивертисмента Фокин и Куличевская подготовили несколько танцевальных номеров для своих выпускников, а Н. Г. Сергеев, преподаватель танцевальной нотации по системе Степанова, поставил па-де-труа из балета «Голубая георгина» на музыку Пуни.

Роль Галатеи Фокин поручил своей выпускнице Марии Горшковой, а роль Ациса — выпускнику Обухова — Фёдору Лопухову. Оба этих человека, и Горшкова, и Лопухов, в дальнейшем сыграют свою не лучшую роль в жизни Вацлава.

Для своего совершенно инновационного «Танца Фавнов», Фокин использовал двенадцать мальчиков, а солистами были Нижинский и Розай. В своих воспоминаниях «Против течения» Фокин пишет: «Фавны были похожи на зверей. Они не делали никаких балетных па и в конце танца кувыркались через головы, что было не по „классической“ школе, но очень соответствовало звериному характеру танца… Движение это применил я не ради трюка, а в целях выражения характера, в целях художественных». Одеты были фавны в коричневые трико и фуфайку, через плечо — коричневая шкура. На голове — завитой парик с рожками.

Сцена из балета «Ацис и Галатея», 20 апреля 1905, выпускной спектакль. Второй слева — Вацлав Нижинский (фавн). В центре — Фёдор Лопухов (Ацис), слева от него — Мария Горшкова (Галатея)

Для своего балета «Парижский рынок», главные роли в котором были отведены Надежде Соболевой и Фёдору Лопухову, Клавдия Михайловна Куличевская специально создала вставное па-де-де для своей выпускницы Анны Фёдоровой и её партнера — воспитанника Нижинского. Анна Фёдорова была на два года старше Вацлава и, будучи выпускницей, уже больше года занималась в классе у Павла Гердта. Хотя Вацлав и учился в классе усовершенствования, до его собственного выпуска оставалось ещё два года. Выбор такого юного ученика для исполнения па-де-де в ученическом спектакле был совершенно исключительным событием для Училища. Никому не разрешалось видеть их репетиции. Обухов хотел, чтобы первое появление Нижинского на сцене Мариинского театра стало сюрпризом. Обухов поставил вариацию для Вацлава в двойной такт, чтобы легче было немного менять темп, учитывая его исключительную элевацию, не нарушая ритма музыки. Это также давало Нижинскому возможность вносить более широкий спектр нюансов в своё исполнение.

Анна Фёдорова — первая партнёрша Вацлава Нижинского в классическом па-де-де

Наконец настал долгожданный день — 10 апреля 1905 года. В этот день на сцене Мариинского театра состоялась Генеральная репетиция спектакля учащихся в Императорском Театральном Училище. Это была полноценная Премьера. Привилегированный спектакль, на который были приглашены родители, родственники, друзья учеников, администрация Императорских театров, театральные критики. Здесь были музыканты и артисты балета, оперы и драмы, среди них — Матильда Кшесинская. Зал был переполнен.

Элеонора была страшно взволнована: она впервые увидит своего сына на сцене Мариинского театра, своего Вацлава вместе с выпускниками Училища. А ведь ему только что исполнилось всего 16 лет, он воспитанник 3 класса и до выпуска ему учиться ещё 2 года.

Бронислава тоже участвовала в этом спектакле в кордебалете, но она беспокоилась не о себе — о Вацлаве… Сможет ли он сам загримироваться? … Уложить волосы? … Как он будет выглядеть в своем костюме? …Будет ли волноваться перед своим первым выступлением в классическом па-де-де?

Занавес открылся.

Спектакль начинался с балета «Парижский рынок». Броня была на сцене с самого начала, но ничего не осознавала, пока Нижинский и Фёдорова не вышли на сцену, танцуя адажио. Вацлав не проявлял никаких признаков нервозности. Он был красив и выглядел элегантно в своем костюме, который ему очень шёл. Вацлав был великолепным партнёром. Лёгким прикосновением руки он поддерживал равновесие танцовщицы и незаметно помогал ей в пируэтах и подъёмах. При этом он продолжал вести свою танцевальную тему, он никогда не прерывал собственный танец. Фёдоровой и Нижинскому одобрительно зааплодировали после адажио.

Но вот Вацлав один на сцене.

На секунду он застывает в пятой позиции, почти незаметная подготовка, а затем потрясающий огромный прыжок гранд-эшапе (grand échappé) с плотно сомкнутыми ногами. Вацлав замирает в воздухе, и по залу проносится вздох восхищения. Он стремительно опускается на сцену во второй позиции, чтобы снова взлететь прямо вверх как мяч, с силой брошенный об пол, и снова Вацлав зависает в воздухе. Он медленно опускается, мягко касаясь сцены в пятой позиции, едва заметная подготовка на полупальцах и снова Нижинский взмывает высоко в воздух по спирали, совершая три тура в воздухе, поднимаясь всё выше и выше. После третьего тура он прекращает движение по спирали, поднимаясь всем телом ещё выше, а затем, повернувшись лицом к публике, опускается вниз. Плавно, поддерживая течение танца, он скользит в короткой глиссаде (glissade), слегка касаясь пола, а затем огромными прыжками гранд ассамбле (grand assemblé) пролетает по всей ширине сцены с антраша-диc-десять (entrechat-dix). Он отбивает антраша высоко над центром сцены и продолжает свой полёт по воздуху на другую сторону сцены. В момент, когда Нижинский замирает в воздухе на две-три секунды, прежде чем спуститься, аудитория взрывается аплодисментами. Вацлав повторяет всю танцевальную комбинацию под всё нарастающую бурю аплодисментов. Он продолжает танцевать, а зрители продолжают аплодировать.

échappé

glissade

a ssemble

e ntrechat six

Во время