Правила волшебной кухни 4 - Олег Сапфир

— Так вы уже…

— Я уже знаю о нём больше, чем ты и синьор Пелегрино вместе взятые. Поэтому у тебя и проблемы, Бардено. Ты толком не знал, с кем связываешься, — тут Карл шумно высморкался в большой клетчатый платок.

— Но поздравляю, — продолжил Карл. — Всё это теперь это не твоя забота. Твоя забота — оплата моих услуг.

— Сколько?

— Много, — ответил Карл. — Но дело не только в деньгах. Прежде, чем я приступлю к работе, мне нужно, чтобы ты достал мне одну интересную куклу.

— Куклу?

— Игрушку, — произнёс Карл по-русски, затем задумался, вспоминая как это будет по-итальянски, но потом всё-таки повторил: — Да, куклу. Ушастую. Она хранится у Маринари в ресторане. Не знаю, как ты её достанешь, но если ты хочешь, чтобы я взялся за твою проблему — достань.

— Куклу, — зажимая рот ладонью закивал Бардено. — Хранится в ресторане. Достать, — и тут к его превеликому счастью каруселька начала притормаживать.

— Свяжешься со мной ещё раз, когда кукла будет у тебя. И запомни, Бардоне, сделка УЖЕ заключена, и если ты решишь передумать, то я приду за тобой. Не завтра. Не послезавтра. А в тот самый момент, когда ты меньше всего будешь этого ожидать. Понял меня?

— Да-да, я вас понял.

— Отлично…

Как только аттракцион остановился, Карл оглянулся назад и понял, что розовый единорог уже остался без своего наездника. Вокруг шумела толпа. Кое-как спустившись с лошадки, синьор Бардено побрёл к выходу с карусели. Сердце бешено колотилось и пыталось покинуть организм через горло. Только что он заключил сделку с дьяволом, а может быть даже с кем-то похуже. Однако отступать поздно.

— Кукла, — повторил Бардено вслух. — Кукла, так кукла…

Глава 18

С Пьетро мы торговались долго и обстоятельно. В конце концов сторговались до того, что блюда из основного меню я готовить для спецназовцев не буду, ибо это дорого, а бюджет у меня не резиновый. Хотя мысль я, конечно же, завуалировал — сказал, что поедания вкуснях ресторанного уровня на постоянной основе лишит синьоров бойцов самой радости похода в ресторан в дальнейшем. Это ведь как десерт. Навернуть маленький кусочек торта — удовольствие, но питаться им на завтрак, обед и ужин — наказание, кариес и дерматит.

Сошлись на обычном бизнес-ланче — сбалансированном, но гарантированно вкусном.

Итак! Что у нас здесь? Первый бокс — основное блюдо. Кусочек свиной корейки на гриле с картофельным пюре. Солёный огурчик а-ля Петрович отдельно, чтобы он по пути не стал тёплым и противным. Мясо мариновано простенько — крупная соль, чёрный свежемолотый перец, розмарин и чеснок.

Бокс номер два — салат «витаминный». Капуста, морковка, масло, соль, сахар и пара ягодок клюквы. Хрустящая субстанция, которая в производстве стоит дешевле чем что угодно из того, что только приходит на ум первым делом. Ну… если только на ум не пришёл керамзит.

Третий бокс — дешёвый аналог финской ухи, с молоком вместо дорогущих жирных сливок. Четвёртый бокс — кусочек домашней шарлотки. Пятый — нарезанная чиабатта. Ну и всё, собственно говоря.

Итого: готовить я буду простенько, но вкусно настолько, насколько это вообще возможно. Для чего? Для того, чтобы господа из «Gruppo di Intervento Speciale» набирались сил. Почему? Потому что их работа — ловить преступников и они должны быть сильными, ха-ха.

В итоге если родители не успокоятся — а они не успокоятся — и пришлют кого-то ещё, я постараюсь сделать так, чтобы этот «кто-то ещё» попал в лапы к Пьетро и его сослуживцам. Места у них в тюрьме предостаточно, вот пускай и содержат. Я же буду платить за это содержание своей едой.

Рано или поздно у Сазоновых должны закончиться люди и у меня теперь какой-то спортивный интерес прорезался. Хочется узнать, что закончится быстрее: свободные камеры у «Gruppo di Intervento Speciale» или гвардия моих родителей?

Итак, ланч готов и термосумки собраны. Я спокойненько передал их Бартоломео, объяснил куда их нужно доставить, а затем вернулся на кухню и первым же делом услышал шум:

— Что вы делаете⁈ — кричал женский голос, полный негодования. — Это же воровство!

— Закрой свой рот! — отвечал ему другой, мужской голос. — Это не воровство!

— Нет, воровство!

— Нет, не воровство!

А дело, хочется напомнить, происходило в моём ресторане. И конечно же я поспешил на шум, чтобы понять, что вообще творится. Немного не успел — какой-то толстый мужик в мятой рубашке выскочил из «Марины», стоило мне появиться в зале.

Посетители тем временем указывали пальцами ему вслед и орали что-то типа:

— Держите вора! — вот только гнаться за ним никто не спешил.

Интересно… заказ не оплатил, что ли?

— Что украли-то? — обратился я к Конану, застывшему за баром с таким выражением лица, будто бы он только что на собственном опыте познал концепцию колоноскопии.

— Игрушку, — ответил лепрекон, не зная продолжать ему натирать бокал или уже оставить его в покое.

— Игрушку⁈ — я аж за сердце схватился.

Страшная мысль пронеслась в голове: неужели кто-то спёр мою ушастую реликвию, которую я так бережно хранил, и которая была чуть ли не единственной ниточкой, связующей меня с родиной. Или того хуже! Украли Пиноккио-космодеса! И синьор Леонардо, в услугах которого я буду ещё не раз нуждаться в дальнейшем, откажется от сотрудничества потому что… ну потому что! Что у него там в голове вообще никому непонятно!

Я уже собрался было догонять вора, но тут окинул барную стойку взглядом и понял, что все на месте. И ушастый, и розовый сидят на своих прежних местах.

— Не понял, — сказал я.

Обернулся на зал и понял, что картина Венецианки вновь изменилась. Аномальная синьора забила на все правила приличия, и схватившись за живот теперь смеялась до слёз. Тут-то до меня и дошло.

Не знаю кто, и не знаю зачем, но… факт остаётся фактом — кто-то украл у меня проклятого оборванчика. Напряжение разом ушло, сменившись волной дикого, неконтролируемого хохота. Смеялся я долго, громко и заливисто.

— Такую кражу можно и простить, — наконец сказал я.

Одной проблемой меньше у меня, и одной проблемой больше у толстого вороватого синьора. Пускай бежит на все четыре стороны. Теперь это его ноша.

— Что ж, — весьма довольный собой я вернулся к готовке.

Спустя полчасика