Политическая история Римской империи. Том II - Юлий Беркович Циркин

На следующий день Константин торжественно вошел в Город. Голова Максенция, водруженная на копье, была показана римлянам.

Первым делом после вступления в Рим Константин распустил преторианскую гвардию, столь активно поддерживавшую его соперника. Казармы конных телохранителей Максенция, до конца ему верных, были разрушены. Римлянам было объявлено, что Константин освободил Рим от тирана и одержал победу над его фикцией. Сенат, еще недавно активный сторонник Максенция, теперь торжественно приветствовал Константина, дав ему титул Величайшего (Maximus) и признав его старшим августом. Было решено рядом с форумом и Колизеем воздвигнуть триумфальную арку в честь его победы над Максенцием. Многие бывшие сподвижники последнего поспешили перейти на службу к Константину. Так, например, поступил префект Города Во-лузиан, бывший префект претория и победитель Александра.

Константина славили как спасителя свободы и восстановления мира и покоя. Христиане, видевшие, как он последовательно покровительствует им, активно его поддержали, а остальные римляне, как бы они к Константину ни относились, были вынуждены примириться со свершившимся фактом.

После победы над Максенцием никаких соперников у Константина на Западе не осталось. В то же время он еще не чувствовал себя полностью уверенным, чтобы подчинить себе и Восток, поэтому решил закрепить союз с Лицинием. В честь вступления Константина в Рим была отчеканена монета с его изображением, но на ее реверсе было отмечено вступление в столицу двух августов. Константин явно представлял победу над Максенцием как общее дело союзников и единственных законных августов. Затем был сделан следующий шаг. По обоюдной договоренности два августа в феврале 313 г. встретились в Медиолане. Там они издали совместный эдикт о веротерпимости, полностью покончивший с преследованиями христиан.[97] Однако главным для обоих в тот момент было другое. Во время этой встречи состоялась торжественная свадьба Лициния и Констанции. Этот брак должен был закрепить политический союз, целью которого был раздел Империи: Западом должен был управлять Константин, Востоком — Лициний. Практически во время свадьбы пришло известие о новом наступлении Максимина Даи. Он во главе 70-тысячной армии перешел пролив и вторгся во Фракию, намереваясь использовать отсутствие Лициния на Балканах, чтобы вытеснить его из его владений.

Армия Максимина сумела захватить два важных города — Византий и Гераклею. Лициний с молодой женой тотчас покинул Италию и выступил против соперника. В ожесточенном сражении 30 апреля 313 г. он разгромил Максимина. Потерпев полное поражение, тот бежал в Малую Азию и там в Тарсе в конце лета, не видя никакого выхода, отравился.[98] Победитель уничтожил всех оставшихся в живых родственников Максимина и многих его соратников. Победа Лициния была полной.

События 306–313 гг. означали полный крах тетрархии. Тщательно выстраиваемая Диоклецианом политическая система базировалась на трех основных принципах: 1) единая Империя, управляемая коллегией из четырех правителей, двое из которых являлись старшими императорами — августами, а двое — их помощниками — цезарями; 2) сильная императорская власть, в большой мере отделенная от персоны (персон) конкретного императора (императоров);[99] 3) ясная система престолонаследия с четко установленными сроками нахождения на троне.[100] И все эти принципы были практически разрушены в течение этого семилетия. К концу 313 г. в живых уже не осталось никого, кто был возведен в свой сан Диоклецианом. Сам он из своего дворца около Салоны мог лишь бессильно наблюдать за крушением своей системы. Он все еще считался старшим августом, но реально никак в события не вмешивался. Его пытались привлечь к оздоровлению ситуации, но, вероятно, понимая свое бессилие, он решительно отказался. После этого о Диоклециане снова вспомнят всего лишь раз — Константин и Лициний пригласят его в Медиолан на свадьбу Лициния и Констанции, но он откажется, сославшись на возраст. Точный год смерти Диоклециана неизвестен: или 313-й, или 316-й. В конце жизни он даже не смог спасти свою жену и дочь, которых преследовали сначала Максимин Дая, а потом Лициний. Умер он, забытый своими современниками, хотя довольно скоро о нем снова стали вспоминать как о великом человеке, в каком нуждалось истощенное «военной анархией» государство. Знаком признания заслуг Диоклециана стало его обожествление.

Константин и Лициний. Единодержавие Константина. В 313 г. Римская империя фактически не являлась единым государством. Она была разделена на две части, находившиеся под властью своих августов: Запад — Константина, Восток — Лициния. Каждый император выполнял свои задачи. Константин, не имея на своей территории ни реальных, ни потенциальных соперников, сосредоточился на войне с германцами. Хотя, начиная италийскую кампанию, он большую часть своего войска оставил на Рейне, отсутствие императора подвигло франков на новое вторжение, и Константину пришлось снова вести с ними войну. После их разгрома он отпраздновал свой триумф, но сделал это не в Риме, а в Августе Треверов.

Положение Лициния было несколько иным. В подчиненной ему части Империи находились люди, которые были родственниками бывших тетрархов и могли представлять серьезную опасность для его власти. И она возникла уже вскоре после победы над Максимином. Сын Севера Севериан, участвовавший в войне против Максимина, попытался было использовать смерть Максимина Даи и стать его преемником. Однако Лициний быстро справился с неожиданно возникшим соперником. Другую опасность представлял сын Галерия Кандидиан. Он был сыном Галерия, как уже говорилось, от его любовницы, но официально усыновлен женой Галерия Валерией. Ему уже было 17–18 лет, до этого он был помолвлен с дочерью Максимина Даи. Бывшие сторонники Галерия и Максимина вполне могли рассматривать его в качестве лидера и претендента на власть. Действовал Лициний решительно. Кандидиан был убит, и, боясь, что сама Валерия и ее мать Приска, жена Диоклециана, тоже смогут стать центрами притяжения его противников, Лициний приказал казнить и их. Женщины пытались бежать к Диоклециану в Салону, но на пути были застигнуты и казнены в Фессалонике.

Сначала оба правителя всячески демонстрировали свое согласие и совместное правление. Они оба объявили себя консулами в 313 г.[101] В 315 г. Константин появился снова в Риме, где праздновал 10-летие своей власти и одновременно триумф в честь победы над Максенцием. Внешне это было повторением совмещения Диоклецианом своего 20-летия и триумфа. Но Диоклециан праздновал победы во «внешних» войнах, а Константин — в гражданской. В честь этого триумфа была освящена триумфальная арка, сооружение которой началось в конце 312 г. Изображения (многие из них были сняты с ранее возведенных сооружений) и надписи прославляли победу Константина, ведомого высшим божеством. Это была, пожалуй, первая триумфальная арка в Риме, воздвигнутая в честь победы в гражданской войне. В этом