Вечная философия - Олдос Хаксли

религии от мнения сторонников Хинаяны, будто спасение есть плод усердного самосовершенствования, до убежденности приверженцев махаяны в том, что спасения нельзя достичь без милости Изначального Будды, внутреннее сознание и «великое сострадательное сердце» которого составляют вечную Таковость мира. Что касается всех остальных, то, как мне кажется, вышеприведенные цитаты из произведений христианских и ранних даосских авторов дают вполне достаточное представление о зримых проявлениях благодати и вдохновения, а также об их связи со зримыми проявлениями свободы воли.

Глава 11

Добро и зло

Желание – исходное, задаваемое от рождения проявление нашего сознания; мы появляемся на свет с симпатиями и антипатиями, побуждениями и волениями. Сначала бессознательно, а потом осознанно мы оцениваем все подряд как хорошее или плохое. Чуть позже мы открываем для себя понятие долга. «Вот это хорошо и должно быть сделано, а это плохо и этого делать не нужно».

Далеко не все оценки одинаково верны. Природа заставляет нас оценивать явления, которые посредством наших желаний или неприязни воспринимаются как хорошие или плохие. Очень часто мы сталкиваемся с тем, что вердикт нашего внутреннего «верховного суда» отличается от быстрого и легкомысленного решения внутреннего же «суда первой инстанции». Из нашего знания о самих себе, о наших ближних и о мире в целом мы склонны допускать, что явление, поначалу как будто доброе, может в итоге (или в более широком контексте) оказаться злом; а то, что поначалу кажется злом, может оказаться добром, и мы сочтем, что просто обязаны совершить такое действие.

Когда мы говорим, что кого-то посетило пронзительное нравственное озарение, обычно имеется в виду, что этот человек выносит здравые суждения о моральных ценностях, что он способен опознать хорошее и доброе, способен предугадать благие или скверные последствия действий. Когда говорят, что человек обладает сильным в нравственном отношении характером, подразумевают, что он готов действовать в соответствии со своим озарением, пусть последнее открывает малоприятные и даже по-настоящему болезненные истины, которые расходятся с первоначальными, спонтанными оценками.

В реальной жизни нравственное озарение никогда не является сугубо личным делом. Судья, продолжая юридическую метафору, отправляет закон и руководствуется прецедентом. Иными словами, каждый человек – член общества, в котором существует нравственный кодекс, основанный на представлениях предшествующих поколений о том, что такое добро и что действительно оказалось таковым в конечном счете. Как правило, большинство членов любого сообщества подчиняется общепринятому нравственному кодексу; отдельные личности отвергают либо весь этот кодекс, либо какую-то его часть; очень немногие принимают решение жить в соответствии с другим, более строгим кодексом. В формулировках христианской фразеологии, некоторые люди упрямо идут по пути греха и антиобщественного беззакония, тогда как очень и очень многие законопослушны, руководствуются нравственными заповедями, каются, если совершили смертный грех, однако не чураются творить мелкие грешки; наконец, есть еще те, чья праведность превосходит «праведность книжников и фарисеев»[379]: они внемлют заповедям совершенства, их посещают озарения, им достает характера избегать мелких грешков и даже несовершенств.

Философы и богословы пытались вывести теоретическое основание для тех нравственных кодексов, с помощью которых мужчины и женщины судят обо всем спонтанно и дают оценки. От Моисея до Бентама[380], от Эпикура до Кальвина, от христианской и буддистской философии всеобщей любви до безумных доктрин национализма и расового превосходства – этот список учений довольно длинный и крайне разнообразный. К счастью, нам нет нужды изучать его во всей полноте. Ведь нас интересуют только Вечная Философия и система этических принципов, на которые опираются приверженцы этой философии, когда выносят суждения относительно собственных оценок и мнений других людей. Вопросы, которые мы поставим в этой главе, достаточно просты, и ответы на них тоже будут простыми. Как всегда, трудности начинаются лишь при переходе от теории к практике, от нравственного принципа к его конкретному применению.

Если признать, что основа индивидуальной души родственна или тождественна божественной Основе сущего, если принять, что эта божественная Основа есть невыразимое Божество, проявляющее себя в виде личностного Бога или даже воплощенного Логоса, то какова тогда внутренняя природа добра и зла и в чем состоит главная цель человеческой жизни?

Довольно подробные ответы на эти вопросы можно найти в трудах наиболее удивительного английского мыслителя восемнадцатого столетия Уильяма Лоу. (Не могу не отметить, сколь причудлива наша система образования! Те, кто изучает английскую словесность, вынуждены штудировать остроумные статьи Стила и Аддисона[381], от них ожидается прочтение всех малых сочинений Дефо и затейливых виньеток Мэтью Прайора[382]. При этом они могут сдать все экзамены summa cum laude[383], ни разу не заглянув в сочинения человека, который был блестящим стилистом и которого справедливо считать одним из самых интересных мыслителей своего времени, поистине святым праведником англиканской церкви!) Нынешнее его забвение служит еще одним доказательством того, что воспитатели двадцатого века перестали задаваться вопросами о постижении абсолютной истины или абсолютного смысла (разве что вспоминают о них на курсах риторики), сделались проводниками глупейшей идеи образования ради самого образования и сосредоточились исключительно на распространении бестолковой культуры, лишенной корней.

В аду горит сама душа.

Theologia Germanica

Что именно все пылает? Зрение пылает. Формы пылают. Сознание зрения пылает. Зрительное соприкосновение пылает. И все, что возникает на основе зрительного соприкосновения, переживаемое как наслаждение, боль, или ни наслаждение, ни боль, тоже пылает[384].

Из Огненной проповеди Будды[385]

Увидь сто тысяч шайтанов… О человек! Иблиса разгляди ты в змее![386]

Джалаладдин Руми

Твоя личность – се твой Каин, который убивает твоего же Авеля. Ибо каждое деяние и движение личности питается духом Антихриста и убивает божественную жизнь внутри тебя.

Уильям Лоу

Итак, два града созданы двумя родами любви: земной – любовью к себе, дошедшею до презрения к Богу; небесный – любовью к Богу, дошедшей до презрения к себе[387].

Аврелий Августин

Различие между хорошим и плохим человеком не в том, что один хочет доброго, а другой – нет, но в том только, что один подчиняется живущему внутри него воодушевляющему духу Господнему, а другой сопротивляется ему и по сей единственной причине проникается злом.

Уильям Лоу

Оставайся отрешенным от всех людей, пусть никакое восприятие не волнует тебя, освободись от всего, что может иметь чуждое воздействие на твое существо, что может привязать тебя к земному и принести тебе горе, и обращай непрестанно твою душу на целительное созерцание, в котором ты несешь Бога