Серый генерал - Аллен Герэн

Впрочем, когда несколько лет спустя, 21 февраля 1959 года, гамбургский еженедельник «Штерн» опубликует эти заявления, добавив: «С тех пор как существует Ведомство по охране конституции, оно практически может арестовать любого, кого ему заблагорассудится», ответом боннского правительства будет новая конфискация журнала…

Не менее примечательна и история МАД.

В период существования ведомства Бланка, когда генералу фон Герсдорфу был закрыт доступ в будущий штаб западногерманских вооруженных сил по причине его участия в событиях 20 июля, то есть потому, что он был противником Гитлера, будущая МАД… набирала кадры главным образом из нацистов и крайне правых элементов. Так, капитан Хабе, которому было специально поручено заниматься крайне правыми, проявлял особое радушие к неонацистам. Что касается левых и даже социал-демократов, то им явно не доверяют. Директива «MAD-Reg. № 1205/57» рекомендует освободиться от «сомнительных элементов». Результатом претворения в жизнь этой директивы стали увольнения одной секретарши, поскольку среди ее друзей было два активиста СДПГ; одного обер-фельдфебеля бундесвера за его принадлежность к профсоюзу и высказывания против ремилитаризации страны; одного сотрудника ведомства Бланка за то, что он был принят по рекомендации депутата от СДПГ, и т. д. Впрочем, подобная ориентация провозглашается во всеуслышание. Йозеф Зельмайр, став бригадным генералом, заявляет: «МАД считает себя передовым оперативным отрядом бундесвера в боях холодной войны»[208].

Мы обратили особое внимание на то, как Гелен осуществил захват Ведомства по охране конституции и МАД, поскольку эти две службы самые крупные. Но можно было бы упомянуть и другие, например Группу безопасности федерального ведомства по уголовным делам.

Если в Ведомстве по охране конституции преобладает разведывательный аспект, то в Группе безопасности федерального ведомства по уголовным делам главенствующую роль играют охранные функции; здесь занимаются следствием по особо важным делам и охраной высокопоставленных лиц Федеративной республики, в том число президента и канцлера. И все же, несмотря на это, Группа безопасности федерального ведомства по уголовным делам тоже не избежала влияния «геленовской машины». Бывшие эсэсовцы, такие, как Тео Зевеке, Иоахим Кайнцик и Вилли Винанд, а также бывшие гестаповцы вроде Германа Эйринга занимают в Группе безопасности федерального ведомства по уголовным делам ответственные посты, а один из отделов группы (в Висбадене) специально предназначен для сотрудничества с людьми Гелена по вопросам дипломатических и консульских представительств, аккредитованных при боннском правительстве.

В силу того что с самого начала «организация Гелена» присвоила себе, как мы уже говорили, функции, которые теоретически не входили в ее компетенцию, делая это из приверженности к антикоммунизму, «серому генералу» становится значительно легче контролировать и направлять деятельность Ведомства по охране конституции, МАД и Группы безопасности федерального ведомства по уголовным делам на выполнение задач политической полиции, действующей не только против коммунистов, но и против всех левых сил. Так, Гелен принял большое участие в составлении досье, послужившем основанием для судебного процесса в Карлсруэ, на котором было принято решение о запрещении Коммунистической партии Германии (КПГ) и объявлении ее вне закона. Агенты Ведомства по охране конституции, принимавшие участие в составлении этого документа, по существу, выполняли задание Рейнгарда Гелена. На пресс-конференции, состоявшейся 2 июня 1959 года в ГДР, бывший геленовский агент, в прошлом один из руководителей «генерального представительства Норд» Эрнст Шварцвеллер рассказал, как пуллахский центр ввел своих осведомителей в ряды КПГ и установил слежку за пацифистами и левыми деятелями, пользующимися авторитетом в стране. «Я могу назвать, — заявил Шварцвеллер, — Клару Фассбиндер и пастора Мартина Нимеллера, известных своими выступлениями против ядерного вооружения, председателя Всеобщей христианской лиги профессора Любке, ряд видных деятелей Социал-демократической партии — профессора Густава Хейнемана[209] и госпожу Хелене Вессель, таких известных церковных деятелей, как пастор Иоганнес Оберхоф из Брема и Фриц Венцель из Брауншвейга и т. д.». Подобные мероприятия, осуществляемые в Западной Германии, требуют соответствующих средств.

Подталкивать соперников к гибели, компрометировать, вести подрывную работу изнутри, вынуждать действовать в определенном политическом направлении — таковы средства, используемые «серым генералом» для обеспечения контроля над различными западногерманскими секретными и специальными службами, а также для превращения их в органы политической полиции, безгранично преданной ему. Следует сказать также, что захват названных учреждений облегчало и то превосходство, которое всегда умел сохранять Гелен, обеспечив своей службе самый многочисленный аппарат и самый высокий бюджет. Давайте сравним… Но для сравнения нужны цифры, и желательно точные. И здесь, признаюсь, я в затруднении, причем не потому, что не располагаю цифрами. Они есть. Но точные… Я уверен, что личный состав и бюджет разведывательных служб составляют самую строго охраняемую тайну и одновременно самое растяжимое понятие. Их конфиденциальный характер обеспечивается тем, что такие цифры не упоминаются, а если и упоминаются, то в виде нереальных и весьма заниженных сумм в документах, направляемых в парламент, когда обсуждается бюджет; бесконтрольностью числа и размера всякого рода «черных касс», откуда тоже черпаются средства; он обеспечивается также фиктивным служебным положением значительной части штатных сотрудников, оплачиваемых за счет других министерств, откуда эти лица впоследствии незаметно «откомандировываются»; постоянными изменениями внештатного персонала, часто даже не регистрируемого, численность которого известна только руководителям разведывательных ведомств; и наконец, распространением не соответствующих действительности «оценок» с явной целью вызвать зависть и оказать психологическое воздействие.

Сделав эти оговорки, сравним цифры, которые известны.

Численный состав сотрудников МАД? «Около 800 агентов», — писал Иоахим Йостен в 1964 году. «В 1961–1962 годах — 2500 штатных сотрудников и 22 000 осведомителей», — отмечало в июле 1963 года одно издание в ГДР.

Численный состав сотрудников Ведомства по охране конституции? «400 должностных лиц в штаб-квартире в Кёльне и 400 сотрудников, разбросанных по всей Федеративной республике», — констатировала 25 июля 1954 года гамбургская газета «Вельт ам зонтаг»; таким образом, всего 800 штатных сотрудников. «В 1962 году 2648 штатных сотрудников и около 7500 внештатных осведомителей и агентов, то есть всего 10000», — утверждалось в вышеупомянутом издании ГДР.

А «ведомство Гелена»? Возьмем цифры численного состава. «540 ответственных сотрудников, 641 служащий и 64 рабочих» («Тагесшпигель», 29 января 1957 г.). Это немного. Однако вскоре эта цифра будет удвоена. «2200 шпионов» («Озекут», 19 июля 1963 г.). Согласно оценке польской печати, эта цифра остается примерно прежней с разницей человек на 200: «Гелен: 400 сотрудников его штаба и 2000 агентов» (Люциан Воляновский в уже упоминавшейся книге «Бесшумный фронт»). Однако большинство называют цифру 4000. «Разведывательная служба Федеративной Германии имеет в своем распоряжении в общей сложности 4000 человек» (Генрих Г. Ритцель в газете «Вельт дер арбайт», 5 ноября 1965 г.). «Ее численный состав должен быть в