Долг человечества. Том 7 - Артем Сластин

меня Катя. — Илья запретил любые вылазки за периметр. Сейчас все сидят в глухой обороне. Даже ребята Агнессы, регулярно выходящие за ленточку чтобы поохотиться, сидят здесь. Полностью приток валюты встал, — заместительница звонко захлопнула свой блокнот, — отвечаю на твой вопрос. Запасов нам хватит на сутки, может на двое, если еще ужмемся. Ну а дальше начнется физический голод.

— Пока что никому кроме меня эту информацию не передавай. — Заключил я. — С ситуацией ознакомился.

Я посмотрел на Катю, затем перевел взгляд на сонных, уставших мужиков, на суетящихся у котлов женщин. Черт, укрупнившаяся фракция жрет столько ресурсов! Я понимал, конечно, что просто так ничего не будет, но почему-то вспоминал свой первый ужин здесь, когда только очутился на полигоне. Я ел сало, Варя точила орешки, Катя с Димой на пару галеты, Антон и Женя сыр с колбасой, а вот Боря, оказавшись без валюты, рисковал голодать. Тогда у нас точно так же не было продовольственного изобилия, а о горячей еде можно было только мечтать, но раз уж взяли планку, надо ее держать.

Обратившись к интерфейсу, я сверился со своими запасами. У меня было около трех тысяч после последнего распределения по офицерам на нужды подразделений, туда-сюда я тратил, но совсем немного, зато в бою с Матриархом пополнил запасы.

Короткая манипуляция в окне управления фракцией, и Катя удивленно охнула, уставившись в только ей видимое информационное окно

— Три тысячи очков достижений? Марк, откуда…

— Если я правильно понимаю наш приход-расход, то этого на три дня вперед. — Мрачно хмыкнул я. — Время есть, так что пусть пока все остается, как есть. О наших проблемах с финансами не распространяйся. И Каролине скажи, чтобы не жалела продуктов, хорошо?

— Поняла. — Просияла девушка, у нее с плеч явно свалился тяжелый груз.

— А теперь слушай мои приказы. — Перешел я в деловой режим. Жаль, что иногда все ж таки приходится управлять всем в ручную. — Стройку срубов нужно временно замедлить. Пусть треть строителей будет этим занята, с текущими темпами мы всех расселим к концу недели. Остальных, в том числе и лесорубов, что сейчас сидят без дела, нужно перебросить. Бери Микаэля и деда Семена, пускай разрабатывают план рыбацкого причала и верфи. Река широка и полноводна, и в ней водится рыба. Лизу припряги, пусть сделает сетей и снастей. Водоем временно перекроет нехватку продовольствия, а уж в том, что тетя Кара справится с тем, чтобы рыба была разнообразной и вкусной, я не сомневаюсь.

Катя быстро закивала. Я видел, как она успокаивается и расслабляется, ведь за дело взялся я лично. Снял ответственность за решения, перетащив все на себя, и в случае непредвиденных обстоятельств, конкретно она сможет ссылаться на меня, не рискуя собственной головой. Полагаю, ответственность, бесконечная, опасная, за всех этих людей, ее постепенно убивает. Оттого и не спит.

— Второе, — я продолжил, — у вас как с Борей?

— Ну… — Замялась она. — Это важно?

— Я не сваха, вопрос ваших отношений только в вашей компетенции. — Выдохнул я. — Но лучше бы вам помириться.

Недавно до меня дошли слухи, что у этих ребят произошел разлад. В ту ночь, когда я ворвался к ним в спальню, чтобы бежать спасать задницу Вячеслава, у них еще было все в порядке. Причиной размолвки стало то, что они почти не видятся, а добравшись до спальни просто вырубаются. Свечку я не держал, но за что купил — за то продал. И упомянул я Борю не из праздного любопытства и желания посудачить, а из четко практических соображений.

— Посмотрим, как он будет себя вести. — Фыркнула кинжальщица. — А то слишком много о себе мнит, а вот мою работу обесценивает.

— Это никуда не годится. — Кивнул я. — Агнесса как?

— А что она?

— Если справляется, возьми себе выходной. — Положил я ей руку на плечо. — Выберись на пляж. Кать, тебе отдохнуть нужно.

— А ты? Может, ты?.. — С надеждой попросила Катя.

— Я не смогу. Пусть Агнесса покажет себя. Сегодня спокойный день, ничего не должно случиться. Поверь мне, делай, как говорю.

— Постараюсь. — Устало улыбнулась девушка. — Так, а Боря-то чего?

— Свяжись с ним, поручи работу. Скажи, это моя инициатива. Он у нас главный по собирательству, так вот пускай этим и займется. Соберет людей и выйдет в окрестные леса, Вячеслава тоже пни, пусть рядом с собирателями будут и бойцы. И пусть пылесосят лес — собирают все, как мы делали это раньше. Вспомни, сколько времени мы тратились только на мясо, и то, иногда нетопырей жрали, а день питания обходился нам бесплатно?

— Помню, прекрасно помню. — Кивнула она. — Но как же засады? — Мне послышалось сомнение в голосе. — Да и Илья сказал…

— К черту этого вояку. Я поговорю с ним, он слишком сгущает краски. — Стиснул я зубы. — Мыслит категориями глухой обороны, наплевав на мои требования на совещании. Но ничего, я это исправлю.

— Поняла, сделаю. — Сказала Катя.

Я замолчал, гоняя следующую мысль в голове. Вчерашняя злость вновь накатила, и искала выхода. Я поправил тяжелый ремень на поясе, сложил на нем большие пальцы, и заговорил:

— А что касается засад… — Набрал я в грудь воздуха. — Все будет решено сегодня же.

— Ты знаешь, кто предатель? — Распахнула глаза Катя.

— Плевать, кто. Сегодня будут закатаны под землю руководители. Без кукловодов марионетки ничего не сделают.

Разговор с Катей меня взбодрил и помог сфокусироваться на задачах. Обозначив требования я вновь передал рутину управления в надежные руки, и вернулся в свои покои. Быстро помывшись, я погрузился в системный интерфейс, сидя на шкурах.

Броня после сражения с Матриархом обсохла — минус статья расходов. Только слегка влажной тряпочкой потереть. Нательную мантию надел из чистых, коих у меня имелся небольшой запас. Благодарить надо тех, кто занимается стиркой на такую прорву людей. Но на судьбоносный поход я не стану ее надевать. Мне неважно теперь, какой прочностью обладает сам доспех, потому как я могу сделать его почти бесконечно крепким своими магическими талантами. Хватит и кожанки, в которую я облачился полностью — с утра успел только штаны да ботинки натянуть.

В очередной раз я оставил сердце Твердыни на столе, а дверь опечатал охранной руной, и без пятнадцати девять стоял на главных воротах. Частокол люди Микаэля закончили, так что теперь наше поселение официально можно считать крепостью.

Меня ждали. Илья Муромец собственной персоной, как и договаривались. Огромный, затянутый в темную кожу, он походил больше на великана, нежели человека. Позади него, выстроившись плотнячком, замерли в ожидании еще четверо.

Я подошел ближе и поприветствовал присутствующих. Судя по всему, это мой ударный