Золотая легенда. Святые жены - Иаков Ворагинский

За предложением Урсулы стояла подлинная мудрость: узнав о столь сложных условиях бракосочетания, король мог изменить свои намерения в отношении сына или, в противном случае, отдать всех этих девиц во главе с Урсулой Богу. Как бы то ни было, юноша с готовностью принял условия и даже настаивал, чтобы отец исполнил их все в точности. Он действительно крестился и требовал, чтобы и все остальное было выполнено как можно быстрее. Отец же Урсулы настоял, чтобы у дочери, которую он нежно любил, все-таки находились в свите мужчины, дабы в случае необходимости оказать ей и ее окружению необходимую помощь.

И вот со всех сторон стали собираться девы, а заодно и мужчины, дабы принять участие в этом деле, собралось и множество епископов, чтобы сопровождать их. Одним из них был Пантул, епископ Базеля, который повел их в Рим, а потом обратно и вместе с ними принял мученичество. Приехала и Джерасина, королева Сицилии. Она была замужем за крайне жестоким человеком, сущим волком, которого со временем превратила в овечку. Джерасина была сестрой епископа Мацириса и Дарьи, матери Урсулы. Отец Урсулы написал ей письмо, в котором сообщил о тайных целях своей дочери, и Джерасина, вдохновляемая Богом, немедленно оставила дела королевства на попечение одного из своих сыновей. Она села на корабль и приплыла в Британию, взяв с собой четырех своих дочерей — Бабиллу, Юлиану, Викторию и Аурею, а также малолетнего Адриана, который очень любил сестер и потому сам напросился в путешествие. По приглашению Джерасины туда же прибыло много девиц из разных стран. Будучи их предводительницей, она претерпела вместе с ними и мученичество.

По условиям соглашения девы были собраны, отлично оснащенные и нагруженные триремы готовы. И только тогда королева раскрыла всем собравшимся девам и нескольким своим приближенным воинам тайну их миссии. Все принесли рыцарскую клятву и стали усиленно готовиться к войне. Они занялись бегом и другими упражнениями, участвовали во всяческих соревнованиях, испытывали новые приемы и ничто не оставляли не подмеченным, время от времени устраивая импровизированные сражения. Порой они выступали посреди бела дня, порой — среди ночи. Принц и его приближенные наблюдали за этим непривычным зрелищем, и все были преисполнены радости и вдохновения. Урсула же тем временем обратила всех девиц в христианскую веру.

И вот в благоприятный для судов день они прибыли в форт Гаула[161], затем в Туела[162], а уже оттуда отправились в Кельн. В Кельне Урсуле явился Ангел Божий и предупредил ее, что все девы вернутся в этот город и в нем получат мученические венцы. Следуя указанию Ангела, они отправились в Рим, сделав остановку в Базеле и оставив там свои корабли. Дальше в Рим отправились они пешком. Папа Кириак возрадовался их прибытию, ибо сам был родом из Британии, и нашел среди девиц немало кровных родственниц. Словом, он и все римское духовенство приняли дев с величайшим почетом. В ту же ночь Папе было Божественное откровение, что и он получит венец мученика вместе с девами. Он сохранил явленное в тайне, но крестил многих из собравшихся, еще не получивших святого крещения.

Через год и одиннадцать недель правления Кириака, девятнадцатого Папы после апостола Петра, Его Святейшество понял, что время пришло, собрал двор, объявил свою волю и в присутствии всех отказался от священного сана. Все воспротивились, а особенно кардиналы, которые считали, что он не имеет права оставлять славу понтифика ради толпы глупых женщин. Тем не менее Кириак твердо стоял на своем и приказал наследовать папский трон святому человеку по имени Амет. И поскольку он оставил апостолическое служение вопреки желанию духовенства, имя его было исключено из списка Пап, а потому и святое собрание дев потеряло право быть почитаемым римской курией.

Тем временем два свирепых начальника римской армии, а именно Максим и Африкан, видя такое скопление девиц и замечая, что к ним спешат присоединиться еще много мужчин и женщин, испугались, что влияние их позволит процвести христианской религии еще более пышным цветом. Они подробно изучили маршрут девичьего воинства и немедля отправили послание своему родственнику Юлию, главе трибы Ханниш[163], призывая его идти с армией против дев, ибо они все христианки, и перерезать их по прибытии в Кельн. Благословенный Кириак покинул Рим вместе с благородными девами, за ним последовал и кардинал Винсент, а за Винсентом и Иаков, тоже родившийся в Британии, но позже перебравшийся в Антиохию, где семь лет служил архиепископом.

Иаков прибыл в Рим навестить Папу, когда тот еще занимал свой трон. Иаков уже отъехал далеко от города, когда услышал о прибытии дев, и сразу поспешил обратно, чтобы присоединиться к ним и разделить их путешествие и их мученичество. Маурисий, епископ города Левикана, дядя Бабиллы и Юлианы, равно как и Фолларий, епископ Луки, и Сульпиций, епископ Равенны, тоже находившийся тогда в Риме, — все присоединились к вышеупомянутым девам.

Этерий, принц, так настаивавший на свадьбе с Урсулой, оставался в Британии и там узнал из ангельского послания волю Господа, заключавшуюся в том, чтобы он и свою мать убедил стать христианкой. Отец его, тоже Этерий, крестился, но в течение года умер, и сын наследовал царство. Когда святые девы и вышеупомянутые епископы были на пути из Рима, Господь внушил Этерию, что он должен выехать навстречу своей богоданной супруге, чтобы вместе с ней стать мучеником в Кельне. Исполняя Божественное повеление, он крестил мать, а затем вместе с ней и младшей сестрой Флорентиной и епископом Климентом выехал встречать дев, чтобы разделить с ними их участь. По полученному видению и епископ Греции Маркул вместе с племянницей Констанцией также отправились в Рим, где присоединились к девам, чтобы быть с ними и разделить их удел. Когда-то Констанция была обручена с королевским сыном, но тот перед свадьбой умер, и она дала обет посвятить свое девство Богу.

Таким образом, все девы с вышеуказанными епископами возвратились обратно в Кельн, но обнаружили, что город осажден гуннами. Варвары увидели их, с дикими криками бросились навстречу и, как волки режут овечье стадо, перебили их всех. Затем добили епископов и, наконец, подступили к благословенной Урсуле.

Вождь их был