Не Альфа волчьей стаи - Ольга Сурмина

Я даже не знаю, — Марлен стиснула зубы. Она ведь собиралась разводиться с ним. И, раз так, стоит ли лезть к его родственникам? Может, всё-таки… всё-таки стоит, если на кону стоит своя безопасность, своя жизнь?

— Я думаю, надо! Эта тема с таблетками — она жуткая. Обязательно найди способ позвонить им! А то я за тебя боюсь.

— Я тоже за себя боюсь, — призналась девушка и опустила голову. — Ладно. Спасибо большое за совет, я схожу в душ и приготовлю себе что-нибудь перекусить. Есть хочется.

— Звони почаще, Марлен! И обязательно позвони, когда свяжешься с родственниками. Расскажешь, что они там сказали. Я со своей стороны тоже попытаюсь аккуратно что-нибудь узнать. И я позвоню, если узнаю!

— Спасибо, — Йорфер грустно улыбнулась. — Спасибо, Аделина. Люблю тебя.

Про мальчика, который очень хотел ту самую

Шесть с половиной лет назад

— Ну что. Жених, — седая девушка широко усмехнулась и мерзко прищурилась, когда достала голову из деревянного таза, доверху наполненного чёрной водой. — Твоя суженая живёт на Аляске. Я узнаю эти пейзажи. Где-то… где-то на окраинах Анкориджа.

Девушка. По крайней мере, выглядела она как девушка. Молодая кожа, живой, игривый взгляд, веснушки. Казалось, ей нельзя было дать больше двадцати пяти, но Нолан знал: не так давно ей стукнуло пятьдесят. Ведьмы в самом деле не старели, как и абсолютное большинство нечестивых, что рождало лёгкий конфуз. С одной стороны, молодой человек должен относиться к тётушке с почтением и уважением, а с другой… иногда на неё хотелось закатить глаза, покачать головой и сказать: «Не говори так со мной. Не говори, не смей меня подначивать, меня это раздражает».

И он говорил. Когда рядом не было дяди, чтобы тот не сверлил его тяжёлым, недовольным взглядом.

Ведьма решила провернуть экспромт-гадание прямо на своей огромной кухне, практически не сходя с места. По обеим стенам шли светлые рабочие столы с ящиками из такого же светлого дерева, а по центру стоял самый большой, квадратный, обеденный стол, накрытый льняной скатертью в мелкий цветок. За ним члены семьи и обедали, и работали, и гадания устраивали. Ящики украшали латунные ручки с завитками, на полу из берёзового паркета танцевали солнечные блики.

— Это удивительно далеко, — Нолан с такой же игривой улыбкой прищурился, затем резко пересел. Резная спинка светлого стула оказалась между ног, Бета опёрся на неё сперва руками, а потом и подбородком. — Можешь сказать чуть конкретнее? Пока что я знаю про неё лишь место жительства и её… пол. Это, мягко говоря, негусто. Сколько ей лет?

— Не знаю! — Ведьма с перекошенной улыбкой пожала плечами.

— Окей, — Бета слегка сконфузился. — Как она выглядит? Цвет волос, хотя бы, ты видела?

— Тоже нет! — Казалось, с каждым новым озвученным пробелом девушка становилась всё счастливее, то ли от неловкости, то ли нарочно.

— Даже так, — рот уплыл куда-то в сторону. Нолан широко усмехнулся и покачал головой. — Ты — такая себе ведьма, Хель, ты в курсе? Я надеюсь, ты правда гадаешь, а не делаешь вид и не придумываешь всё на ходу. Если так оно и есть — лучше сознайся сейчас. Чтобы я не тратил время и не мотался без толку на другой конец страны.

— Но-но-но, — она прищурилась и поджала губы. — Не забывайся. Я, собственно, не навязываю своё гадание как последнюю истину. Не хочешь — не ездий, мне-то что.

— Ладно, всё. Не обижайся, — он стеклянными глазами уставился на пол. — Она человек или волчица? Это ты можешь увидеть?

— Не-а, — Хель тяжело вздохнула, затем посмотрела в окно. Куда-то вдаль, в чащу леса. — Причины моей «слепоты» могут быть разные. Аляска кишит нечистью, не удивлюсь, если там давно образовались «нечестивые зоны», прямо как наш «ведьмин лес». Если она в той самой зоне и является человеком, её ауру может забивать собой убийственная аура её окружения. Или такой вариант, — ведьма потупила глаза. — Она — ещё ребёнок. В конце концов, истинность — это такая штука… даже я не до конца понимаю, как она работает. Вроде истинный — это тот человек, которого ты мог бы полюбить больше всего на свете. Природа «отмечает» идеально подходящего тебе субъекта твоим знаком и дарит тебе влечение к нему, чтобы ускорить вашу случку и рождение потомства. — Хель чуть сконфузилась. — Но твоя истинная должна быть половозрелой физически и морально. Иными словами, если она ещё ребёнок сейчас, то я не смогу её разглядеть. И Каин не сможет, никто не сможет.

— Ребёнок? — едва не испуганно пробормотал Кайзер, недоумённо вскинув брови. — А в каком смысле «ребёнок»? Ей шестнадцать, и я просто должен чуть-чуть подождать, или ей, мать его, два года⁈

— Чёрт знает, — ведьма сочувственно вздохнула. — А ещё… у меня для тебя плохие новости, Нолан. Если она правда ещё ребёнок, то ты вряд ли сможешь понять, что это она. Можешь строить предположения, конечно, но всегда помни, что можешь ошибиться. Иногда истинность — непредсказуемая хрень. И то, что тебе нужно, находится у неё не снаружи, а глубоко внутри.

— Я чувствую себя так, словно меня только что кинули, — Бета то ли со злостью, то ли с насмешкой вскинул брови. — А что насчёт тебя? Твой истинный по тебе торчал ещё задолго до того, как стал волком. То есть вы как-то «притянулись» заранее. Он мне сказал, что это была химия с первой встречи.

— Для него — наверное, — Хель нервно засмеялась. — Я тогда подумала, что он шиз. Но ты прими во внимание, что его отец был волком. Что-то такое… в нём всегда было. Да, он не становился зверем в полнолуние, но он был зверем в душе. Просто этот зверь получил форму, когда Самаил стал волком. Нечто подобное есть и в твоей семье. Несмотря на то, что оборотнем твой отец так и не стал. И его, по итогу, укусила его любимая вампирша. Всё равно они как истинные,