Монархия в XXI веке - Константин Валерьевич Малофеев

идеалу свободы. Но в конкретном осуществлении этой идеи получается нечто совсем иное. Народ, которому республиканский принцип присваивает верховенство, не представляет собою простой совокупности разных и свободных личностей. Каждый народ в действительности распадается на бедных и богатых, зависимых друг от друга; а раз в государстве нет самостоятельной, независимой власти, экономическое неравенство сказывается с полною силой и неизбежно приводит к порабощению себя владельческим классом остального населения, лишенного владения. Народное верховенство, народная власть превращается на деле во власть имущих над неимущими. Поэтому республика, представляющаяся в абстракции идеальной формой государства, в практическом своем осуществлении дает совершенное искажение нравственной идеи государства, призванного осуществлять свободу, а не устанавливать порабощение человеческой личности капиталу. Чтобы государство могло выполнить свое назначение, могло представить реализацию свободы, для этого необходима независимая от господствующего общественного класса власть, а такою может быть только власть монархическая. Чтобы в этом убедиться, стоит только выяснить себе, чем обусловливается подчинение государственной власти служению интересам господствующего класса? Конечно, тем, что носителями власти являются люди, члены общества, представители общественных классов, участники их экономических интересов, их взаимной борьбы. Поэтому и для обеспечения государственной власти самостоятельности и независимости от господствующего в обществе класса имеется лишь одно средство: поставить носителя власти выше всех общественных или, что для Л. Штейна то же самое, выше всех экономических интересов… Только в монархии государственная власть может не подчиняться господствующему в обществе владельческому классу. Таким образом, у Штейна, организация власти принимается в соображение, но только как средство для обеспечения власти должной самостоятельности. Идея монархии для него не в том, чтобы правил один, а в том, чтобы власть была независима от общества. Государство и общество – две существенно различные формы человеческого общения. В основании общества лежит человеческое неравенство, зависимость неимущих от имущих, следовательно, начало несвободы; в основе государства, напротив, нравственное начало свободы. Между государством и обществом, поэтому, существует неизбежный антагонизм. Государство, стремясь к осуществлению свободы, естественно охраняет слабого; общество стремится его подчинить владеющему. Осуществить свое призвание государство может только, если в нем имеется самостоятельная власть. Такое государство – монархия. Если же государственная власть несамостоятельна, а подчинена господствующему общественному классу, это – республика» [Коркунов 1909:107–109].

Отдельно следует сказать о репрезентативной функции монарха. Он является объединяющей фигурой и национальным символом, представляющим историческую и культурную идентичность страны, воплощением целостности и непрерывности истории своего народа [Байгулова2024]. Фридрих Великий отмечал в этой связи: «Крепость государства заключена не в обширных владениях, и не во обладании великими степями или неизмеримыми пустынями, но в богатстве и множестве жителей. Поэтому истинная выгода государя состоит в том, чтобы населить народом землю и привести ее в цветущее состояние, но никоим образом не уменьшать число жителей и тем более не опустошать эту землю» [Фридрих Великий 2021:35].

Монархия обеспечивает предсказуемость и непрерывность власти, поскольку наследование монаршего титула может гарантировать плавный переход власти без угрозы политических расколов или волнений, связанных с выборами.

Более того, монархия оказалась гибким политическим институтом, на что указывает появление таких ее форм, как дуалистическая и парламентская. В подобных режимах монарх занимает своеобразный политический нейтралитет, предоставляя гражданам самостоятельно решать многие вопросы через парламент и тем самым осознанно ограничивая свою политическую власть.

Вместе с тем наличие фигуры, имеющей юридически и фактически главным образом символические полномочия, не только отдает дань прошлому, но и является своеобразным напоминанием должностным лицам, политическим партиям и парламентариям, различного рода политическим и экономическим элитам, что именно монархия в случае необходимости

(а именно, в кризисное и трудное для страны время) и при поддержке граждан выступает легитимным институтом для консолидации общества в целях защиты национальных ценностей и интересов.

§ 2. Сословная монархия

Одной из исторических форм монархии стала монархия сословная. Сословиями называются группы людей, обладающих четко определенными обязанностями и правами, которые передаются по наследству или обретаются в зависимости от социального статуса, богатства, происхождения или особых заслуг перед государством. Так, в истории России «…все сословия были обязаны служить государству и отличались одно от другого, в первую очередь, характером возложенных на них повинностей» [Проценко 2003:5].

Сословная форма монархии появилась в Европе в XIII–XIV вв. по образцу сословного представительства средневековых городов. Эти городские советы и магистраты, избиравшиеся в городах еще со времен Римской империи, продолжили функционировать и после завоевания имперских провинций германскими варварами в V–VI веках. За несколько столетий нобилитет городов и варварская служилая аристократия слились в единое высшее сословие, которое стремилось посредством представительного органа обеспечить свои интересы на уровне всего государства так же, как это было в городах.

Так в XIII веке в Западную Европу в преображенном виде вернулся римский сенат. Во Франции органом сословного представительства стали Генеральные штаты, в Испании – кортесы, в Польше – сейм, в Англии – парламент. На Востоке Европы, в Римской империи Константинополя, сенат не прекращал своего существования со дня основания города в 330 году и вплоть до его захвата турками в 1453 году.

Отдельно следует сказать о том, что часто используемый в современной российской юридической и исторической науках термин «сословно-представительная монархия» свойственен преимущественно нынешнему отечественному дискурсу, тогда как в дореволюционной литературе, а также в зарубежных источниках употребляются термины «сословная монархия», «сословное представительство», «представительное правление» [Милль 1988; Кареев 1913; Тарле 1900]. В этой связи представляется допустимым использование всего многообразия терминов, фигурирующих в признанных научных работах.

Сословно-представительной монархией называется та форма правления, при которой власть монарха ограничена – в большей или меньшей степени – органом сословного представительства (при этом власть получает возможность обращаться через него к обществу).

Как правило, сословия формировались на базе различий в экономическом благосостоянии и уровне взаимоотношений с политической властью. В феодальной Европе основными сословиями выступали дворянство, духовенство и крестьянство, причем каждое из них имело свое особое положение и обязанности перед монархом.

Разделение на сословия позволяло монарху не только качественно повышать управление государственными делами, но и контролировать состояние дел в обществе, своевременно и полноценно мониторить общественные настроения и запросы подданных в военной, социальной, экономической, духовной и других сферах, чему способствовал специальный сословно-представительный орган, имеющий как правило совещательный, но авторитетный для монарха характер.

Н. М. Коркунов отмечал: «Сословные монархии представляют собой как бы переходную форму к современным представительным монархиям. Они относятся к эпохе, представляющей уже большую общественную дифференциацию, а именно сословную. Тут отдельные задачи государственной жизни осуществляются отдельными сословиями. Сообразно с этим и сословные сеймы, ограничивающие власть монарха, распадаются на несколько частей – чинов… Переходный характер сказывается и в порядке решения дел на сословных сеймах. Так как все население