Батя одного хулигана - Алёна Амурская

- Мам, а эта тётя страшнее директора…

Я едва не рассмеялась. Но смех застрял где-то в горле.

Коридор гудел всё громче. Дети бежали, смеялись, кто-то уже успел поссориться и толкался, звонки били по ушам. Я чувствовала, что опять начинаю теряться, как на огромном шумном вокзале.

И вот тут внутри меня что-то щёлкнуло.

Хватит.

Слишком шумная, слишком дерзкая толпа столичных детей не имеет права меня сломать. Да, я из маленького тихого городка. Да, я привыкла к скромным коридорам и тишине. Но именно здесь у меня начнётся новая жизнь.

Выпрямив спину, я приказала себе:

«Не смей пасовать. Ты уже здесь. Ты справишься ».

Затем глубоко вдохнула и посмотрела на дочку. Она доверчиво держала меня за руку, и в её глазах было всё то будущее, ради которого я сюда приехала.

- Ну что, Сашка, - сказала я вслух, - будем штурмовать эту крепость.

Она моргнула, удивленная и обрадованная уверенностью, позвучавшей в моем голосе, и собиралась что-то ответить, как вдруг мы обе услышали какой-то шум в коридоре за углом классной комнаты. Злые детские выкрики, какая-то возня…

Типичный шум школьной драки.

- Довыпендривался, Гаранин? - хохотнул кто-то. - Иди к бате своему нажалуйся, если трус!

- Отдай! - взвизгнул отчаянный мальчишеский голос.

Глава 3. Школьная драма

Глава 3. Школьная драма

- Сашка, в класс. Дверь закрой и никуда не выходи. Жди меня, - сказала я быстро и зашагала в направлении детских выкриков.

Коридор бил по ушам звонким эхом мальчишеских голосов: тонкий взвизг, глухой смешок, хаотичное шарканье кроссовок по линолеуму.

За углом я увидела картину: трое третьеклассников встали стеной и перегородили дорогу. А напротив них топтался маленький первоклассник, худенький и напряженный, как натянутая струна. И сжимал губы так сильно, что они побелели. Перед его лицом ребята издевательски помахивали старыми часами на порванном ремешке. То подносили ближе, то отдёргивали, как будто удочку перед рыбой трясли.

- Отдай! - крикнул он, делая шаг вперёд, и тут же настороженно отпрянул, потому что старшие хищно переглянулись.

Я сразу поняла этот быстрый жест. Обычно такой перегляд для хулиганов, вроде них, как сигнал: „Давай, дожмём его!“. Проверка на то, кто дрогнет первым. И первоклассник, похоже, отлично это улавливал. Чутье у него было отменное, несмотря на столь юный возраст.

Он вдруг заметил меня.

Мельком скользнул взглядом и тут же отвернулся. Наверное, решил, что я чья-то чужая мама или просто взрослая мимо иду. От таких мимопроходящих и правда помощи обычно не дождёшься. Максимум посмотрят и пойдут себе дальше, если драки нет, а только дразнят.

- Стоп, - мой громкий голос ворвался в их конфликт так резко и повелительно, что все трое малолетних агрессоров аж вздрогнули от неожиданности. - Вы трое, оставайтесь на месте.

Они обернулись, на секунду растерявшись. А я уже оказалась рядом: одной рукой перехватила запястье с часами и уверенно вытащила их, а другой мягко отодвинула первоклашку себе за спину.

- Часы я забираю. А с вами потом разберёмся. Ну-ка быстро назвали свои фамилии.

- Какие ещё фамилии? - нахмурился самый высокий.

- Те, с которыми вы домой приходите. Быстро.

Повисла пауза, в течение которой мальчишеская бравада этих задиристых недорослей упёрлась в тон моего голоса... и отступила.

- Иванов, - выдохнул высокий, отводя глаза.

- Петров, - буркнул второй, сутуля плечи.

- Сидоров, - почти неслышно сказал третий.

Я с трудом удержалась, чтобы не рассмеяться.

Ну прямо классическая троица, как в старом анекдоте, который ещё по детской передаче гулял. Я-то это прекрасно помнила, а вот эти малыши даже понятия не имели, как нелепо и забавно сейчас прозвучали. У них ведь другое время - тренды, мемы, селфи, Для них фамилии - это просто просто фамилии, а для меня - целый флешбек из детства, ещё с тех времён, когда мы с бабушкой хохотали над “Ералашем”.

Жаль, конечно, что они не знали, какой номер бы получился, если б они представились хором.

- Имена, - строго продолжила я, еле-еле подавив смех.

- Коля. Витя. Алёша, - прозвучало по очереди, и в голосах юных хулиганов прозвучала обида на то, что я забрала у них право быть главными.

- Приятно познакомиться, - кивнула я. - А теперь объясняем, что происходит.

- Чё вы до нас докопались? - вскинулся Коля Иванов, похоже, самый рьяный из недругов первоклассника. - Этот Гаранин всегда первый выёживается! Типа крутой. А он вообще подкидыш! У директора жены нет, а тут вдруг сын вылез. Какая-то тётка скинула, а он его подобрал на какой-то детдомовской помойке. Директорский фейк!

- Коля, - сказала я тихо, - Ты хоть думай немного, прежде чем всякую чушь нести.

Он дёрнул подбородком, но глаза тут же убежали в сторону. И я поняла: задело. Удобно им было до тех пор, пока рядом не оказалось взрослого, который не побоится вмешаться.

- Слушаю последнее объяснение, - повторила я ровно. - Почему у вас в руках его часы?

- Он сам выпендривался, - влез Витя Петров. - Со своими этими… - он кивнул на мою ладонь, где лежали старые часы, - развалюхами. Мы просто сказали: дай глянуть. А он нос задрал. Вот и получил..

- Всё, хватит, - перебила я. - „Вот и“… это вы друг другу рассказывайте. А со мной такой фокус не прокатит. Сейчас втроём разворачиваетесь и спокойно топаете в свой класс. Без беготни. Я позже зайду и с учительницей, и с родителями разберём, почему чужие вещи трогать нельзя и зачем язык надо держать при себе.

Они переглянулись, явно прикидывая, стоит спорить или нет..

Я посмотрела на них так, как смотрят учителя, с эдаким прямолинейным посылом: сейчас вам, ребятки, лучше подчиниться. Коля Иванов чуть оробел и дернул плечом, Витя