Венеция. История воды и суши - Алессандро Мардзо Маньо

под названием «Звездный вестник», благодаря которому его имя стало известно всей Европе. В том же 1610 году Галилей вернулся преподавать в Пизу. В Падуе его место занял врач из Каподистрии Санторио Санторио, создавший термометр для измерения температуры тела: он стал первым врачом, который связал изменение температуры тела с состоянием здоровья пациента.

Необходимо также упомянуть о дружбе Галилея с Паоло Сарпи, еще одной важной фигурой Венеции того времени. Именно ему Галилей сообщил в письме 1604 года об открытии закона падения тел. Сарпи был теологом и юристом, именно его Светлейшая республика избрала своим богословом в споре с папой, который привел к Венецианскому интердикту 1606 года. Речь идет о периоде жесточайшего противостояния церкви и Венецианского государства, причиной которого были убежденность патрициев во враждебных намерениях папы по отношению к Венеции, а также их желание вывести республику из клещей австрийских Габсбургов (находившихся на ее альпийских границах) и Испании (контролировавшей Милан). Конфликт еще более обострился, когда в 1606 году дожем стал представитель этой группы патрициев Леонардо Донато. Одним из следствий Венецианского интердикта стала так называемая «литературная война», а именно беспрецедентная печатная кампания, в результате которой было опубликовано 155 различных работ в 321 издании как «за», так и «против» доктрины Римской церкви; их общий тираж оценивается от 300 до 600 тысяч экземпляров. Эти книги стремительно распространились не только по венецианским и папским территориям, но и по всей Европе, поскольку большая их часть была написана на латыни.

Спустя короткое время после этих событий над Венецией вновь сгустились тучи: в море был еще один большой остров, над которым развевался флаг святого Марка.

Глава 13

ГЕРОИЧЕСКИЙ ВЕК

Потеря Крита и истощение в войне с Османской империей

Крит

26 июня 1645 года на рассвете венецианцы из бастионов критской крепости Канеа (Ханья) увидели в море огромное количество кораблей. Сценарий османского вторжения на Крит (венецианцы называли Кандией и остров, и столицу Ираклион) можно прекрасно реконструировать и сегодня. Крепость Канеа до сих пор существует, вместе со своими стенами, башней и несколькими львами (возможно, убранными подальше с глаз), но называется она Фиркас — от турецкого слова, означающего казарму. В бастионе Сан-Сальваторе и сегодня сохранилась цистерна для сбора дождевой воды, чуть дальше можно увидеть большие каменные ворота, украшенные львом святого Марка; под ним указаны год — 1620-й — и имя венецианского проведитора: Альвизе Брагадин.

При входе в бухту расположен остров Айос Теодорос. Учитывая его стратегическое значение, понятно, почему османам было так важно сразу его захватить. За ним простирается новый порт, на моле располагается мечеть, сегодня превращенная в музей. Старые византийские стены были серьезно повреждены во время немецких воздушных бомбардировок в мае 1941 года, предварявших еще одно вооруженное вторжение на Крит. Дальше видна венецианская гавань, строительство которой началось в 1320 году: сохранилось около десятка крытых доков, где стояли галеры со львом святого Марка. Большой средиземноморский остров, который был венецианским с 1212 по 1669 год, имел для республики огромное значение: здесь выращивали зерновые злаки и сахарный тростник (как и на Кипре), но главное — здесь строили военные корабли и оснащали ту морскую эскадру, которую называли «сердцем нашей Армады».

Крепость Фиркас (Ханья) и венецианский маяк

Сегодня мы не можем даже представить себе стратегическое и политическое значение османского нападения на Кандию. Однако одного взгляда на карту достаточно для понимания того, что Крит представлял собой нечто вроде пробки, закупоривающей вход в воды Эгейского моря: во времена прибрежной навигации он играл ключевую роль в торговых связях Востока и Запада.

О Светлейшей республике многое напоминает и сегодня. Один из венецианских доков стал резиденцией местного парусного клуба, в другом располагается механическая мастерская. Длина этих помещений — около 50 метров, а ширина — около 10; основные черты строений не изменились с венецианских времен. Рядом можно видеть более новое здание, построенное венецианским проведитором Альвизе Гримани в 1585 году: недавно оно было отреставрировано, и внутрь можно попасть через красивый каменный портал XVI века. За стеной виднеется круглая крепостная башня со львом-крабом: ветер и соль сделали его неузнаваемым, превратив почти в сюрреалистическую скульптуру.

Венецианское присутствие ощущается и на улочках старого города, которые очень похожи на улицы самой Венеции. Достаточно заглянуть за открытые ворота домов, чтобы представить, каким был город до того, как лев святого Марка уступил место полумесяцу. Сделать это нетрудно, поскольку из трех главных городов северного побережья Ханья меньше всех перестраивалась, о чем свидетельствуют развалины мощных византийских стен. О прошлом говорят не только камни: самая красивая гостиница города называется «Серениссима», а многие заведения имеют связанные с Венецией названия: современные греки не утратили памяти о венецианской эпохе, которая закончилась почти 400 лет назад.

На следующий год после вторжения пал Ретимнон: это произошло после взрыва двух пороховых складов, унесшего жизни полутора тысяч защитников. Крепость, которая здесь также хорошо сохранилась, поражает своими размерами. На самом деле такой она была построена из-за ошибки в предварительных расчетах. В год битвы при Лепанто османы осуществили набег на Крит и разрушили Ретимнон, в 1573 году венецианцы начали возводить укрепленное сооружение, намереваясь перенести туда весь город. Однако жители не хотели оставлять свои дома, и таким образом внутри крепостных стен протяженностью более 1300 метров расположились лишь гарнизон и венецианские ректоры. Для защиты крепости потребовалось бы слишком много людей, которых не было. В центре огромной площади располагалась церковь, которую османы разрушили, чтобы возвести мечеть; сегодня она восстановлена и превращена в музей. Сохранилось немало зданий, построенных во времена Светлейшей республики, некоторые из них были перестроены османами. Прекрасный вид на открытое море совершенно точно остался неизменным.

Фонтан Морозини в Ираклионе, Крит

Осада Кандии продлилась 22 года, это одна из самых длительных осад в истории. Именно во время нее венецианцы впервые использовали саперов и землекопов: согласно подсчетам, во время самых интенсивных столкновений на стороне венецианцев сражалось 20 тысяч солдат на земле и 4 тысячи — под землей. Землекопы и саперы рыли минные и противоминные траншеи. Стены города были хорошо укреплены, бывшие ворота сегодня перестроены и расширены для проезда машин. Ираклион застроен современными безликими зданиями, но тем не менее именно здесь сохранились главные свидетельства венецианского присутствия на Крите. Прежде всего это великолепный фонтан, построенный в 1629 году венецианским губернатором Кандии Франческо Морозини. Питьевая вода была важным вопросом на этом