Чудо на войне. В окопах атеистов нет - Павел Алексеевич Астахов

А за спасение целой деревни, видимо, Матерь Божья не лишила его Своей милости, так что он прожил долгую жизнь. В нынешнее время его потомки иногда приезжают в Рожковку, чтобы навестить церковь и икону, которую когда-то оставил здесь Хербст в ознаменование свершившегося чуда.

* * *

На каких участках фронта приходилось тяжелее всего нашим солдатам, туда и приходила Богородица, чтобы помочь и ободрить их. Существует несколько историй, рассказанных участниками битвы на Курской дуге, которые подтверждают, что Пресвятая Богоматерь не раз являлась бойцам в ходе многодневного сражения.

Пронзительней всего, конечно, рассказ рядового 2-го Украинского фронта Полынова Петра Степановича, записанный с его слов в 1955 году Р. Ф. Васильевым. Привожу его здесь в сокращении.

«В тот памятный день, когда это случилось, бой был таким жестоким, что ничейная полоса, после того как затихло сражение, была вся покрыта телами убитых – не только врагов, но и наших бойцов.

День догорал. Солнце уже почти коснулось горизонта… Мы ясно услышали, что где-то неподалеку плачет женщина. Божков быстро надел на голову каску, взобрался на бруствер и стал внимательно смотреть туда, откуда доносился плач, а мы молча ждали, что он скажет.

– Там туман клубится, – наконец сказал Божков. – А в тумане по ничейной полосе в нашу сторону идет женщина… Она наклоняется над убитыми… Она… Господи! Она похожа на Богородицу!.. Вы лучше сами посмотрите, только не ругайтесь!

Мы последовали совету Божкова и убедились, что он сказал правду. По ничейной полосе в клубах тумана шла Женщина в темной и длинной до земли одежде, с низко опущенным на лицо покрывалом. Она наклонялась над убитыми и громко плакала. Тут кто-то из бойцов сказал:

– А немцы-то тоже на видение смотрят. Вон их каски над окопами торчат.

– Пусть смотрят. Лишь бы не стреляли, – сказал сержант Зимин, а я обернулся и посмотрел на Ивана. Земляк мой молился, а по щекам его катились крупные слезы.

– Смотри, какая Она высокая, раза в два выше человеческого роста будет…

– Господи! Как же Она плачет! Прямо в душе все переворачивается! – сказал кто-то за моей спиной…

Пока мы смотрели на видение, странный туман уже покрыл большую часть ничейной полосы, а мне вдруг подумалось: “Надо же! Будто саваном погибших укрывает”. Пройдя немного дальше того места, где мы находились, Женщина, так похожая на Богородицу, вдруг перестала плакать и, повернувшись в сторону наших окопов, поклонилась. Распрямившись, Она снова продолжала Свой скорбный путь, сопровождая его плачем. А мы все услышали, как Божков сказал:

– Богородица в нашу сторону поклонилась – победа будет за нами…»[38]

* * *

Ветеранов Великой Отечественной войны год от года остается все меньше, оттого так ценно успеть сейчас расспросить их, запомнить их слова и сказать спасибо.

О возрасте женщины говорить не принято, но в данном случае ему просто нельзя не поклониться. В декабре 2023 года Зинаиде Алексеевне Дормидонтовой исполнилось 100 лет! Она прошла всю войну, была водителем полуторки, доставляла снаряды на передовую, а обратно в кузове увозила раненых. Мы с телеканалом «СПАС» взяли у нее в 2022 году небольшое интервью, в котором она поделилась своим мнением о том, что только с Божьей помощью удалось освободить родную землю из стальных тисков вермахта.

– Мы нагружали [снаряды], у нас подъемников не было, у нас ничего не было, – вспоминает Зинаида Алексеевна. – Кладовщик, его заместитель и я. Мы старались все сделать хорошо, погрузить, закатывали по доскам и выкатывали и на себе таскали. И женщины были такие… например, я – в деревне росшая. У меня был фундамент хороший, я крепкая была, сильная. И такое, знаете, стремление было освободить нашу землю от этих фашистов.

Конечно, в те годы веру не афишировали, но перед боем почти все молились шепотом, про себя.

– Каждый, каждый, – подтверждает женщина-ветеран, – только про себя, кто мог и знает молитвы какие-то, но все время просит: «Господи Иисусе Христе». Вот слышишь по губам: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помоги, спаси, сохрани, помилуй». Другой там говорит: «Царица Небесная, Матушка, помоги, спаси, сохрани, помилуй».

Об окончании войны Зинаида Алексеевна узнала не от боевых товарищей, а по чудесному знамению. В канун Дня Победы она увидела в небе светлый силуэт, своими очертаниями напоминавший лик Христа.

– Смотрю на небо, а там облака белые, такой силуэт. Ни головы, ни глаз, ни рук, ни ног, ничего – силуэт Спасителя нашего Иисуса Христа. Говорю: «Господи, благодарю тебя, Господи».

* * *

Об удивительных свидетельствах любви, помощи и справедливости Божьей могут засвидетельствовать даже те люди, которые (не по своей воле) оказались на противоположной стороне во Второй мировой войне. Так, например, широко известна история австрийки Марии Лангталер, которая жила в деревеньке, располагавшейся неподалеку от страшного концлагеря Маутхаузен. Пятерых ее сыновей заставили служить в вермахте, и глубоко верующая Мария каждый день молилась о сохранении их жизни…

В феврале 1945 года около пятисот советских военнопленных совершили побег из концлагеря. Но в том месяце стояли суровые морозы, и многие заключенные погибли от холода, а на остальных развернулась настоящая охота, в которой участвовали не только СС, полиция, фольксштурм и гитлерюгенд, но и обычные австрийские крестьяне.

В один из дней в дверь дома Марии Лангталер постучались два беглеца, Михаил Рыбчинский и Николай Цемкало, которые сумели подглядеть, что у нее, в отличие от всех остальных жителей деревни, на стене нигде не висел портрет Гитлера. Несмотря на смертельную опасность, женщина даже не сомневалась, что должна помочь несчастным изможденным узникам, и, уговорив боящихся родных, спрятала заключенных у себя.

Вот, что рассказывала впоследствии дочка этой отважной женщины Анна Хакль:

«На следующий день (это было воскресенье) я вышла с мамой из дома. Мы успели отойти на пару километров, когда увидели большую группу эсэсовцев с овчарками: они явно охотились за беглецами из Маутхаузена. Мы обошли их, завернули за угол. Мама взяла меня за плечи и стала трясти: “Анна, скорее беги домой, предупреди всех!” А мне же всего-то тринадцать лет. Я взмолилась, заплакала: “Нет-нет, только не я, я не могу!” Но мать строго сказала: “Ты должна!” Я развернулась и пошла прямо через строй солдат СС – сбоку не обойдешь, там снег по пояс. Иду, а губы трясутся.

И тут меня останавливает высокий офицер. Я думаю: ну все, конец мне. Эсэсовец показывает на дом у дороги и говорит: “Эй, малышка, там кто-то живет?” Отвечаю: “Нет”. Он отвернулся. Я спешу, вбегаю в дом и вижу – советские офицеры сидят завтракают. Я кричу сестре: