Иван Великий 2 - Михаил Шерр

помогающие мне одеваться уже привыкли к моим ранним подъемам и тому, что я не дожидаясь их, могу почти полностью одеться сам. Языки за зубами все держали очень хорошо, памятуя историю случившуюся во время окского похода, когда одного из моих спальников и спальницу молодой княгини, у которых оказался длинный язык, Великий Князь Василий жестоко наказал.

Молодого человека казнили, а девушка вместе со своей матерью, вдовой одного из бояр верно служивших князю Василию, после пострижения отправилась в Нижний Новгород в Зачатьевский монастырь.

Жестокость наказания за простую болтливость меня потрясла, но теперь я Великий Князь и понимаю почему отец так был суров.

Митрей несмотря на раннее утро был уже в оружейной избе и когда я его увидел, он стоял перед рядом бракованных ручниц которые были выставлены вдоль одной из стен избы.

Увидев меня, он поклонился:

— Будь здрав, государь.

Я молча кивнул и взял в руки одну из бракованных ручниц.

— Что скажешь, мастер?

— Не дело это, государь, — Митрей видимо был сильно раздосадован вчерашними результатами работы, когда целых три ствола ушло в брак, поэтому даже слегка пнул одну из бракованных ручниц.

— И что собираешься делать? — я был уверен, что Митрей что-то обязательно предложит.

— Пойдем, государь, в мою каморку, я тебе кое-что покажу.

У Митрея в избе действительно была каморка в полном смысле смысле этого слова, где он часто ночевал. Там были грубосколоченные стол и два табурета. На столе лежал лист бумаги на котором было расписаны этапы изготовления кованого ствола. Первым этапом была подготовка металла когда из руды с использованием древесного угля варят крицу, затем отковывают из неё полосы стандартной толщины. Последним, десятым, была сверловка затравки, когда сверловщик сверлит в нужном месте запальное отверстие для фитиля или искры,

Мысль Митрея пошла в правильном направлении. Если разбить единый процесс изготовления кованого ствола на эти десять отдельных операций и у всех мастеров стоящих на каждой отдельной операции будет высокая квалификация, а это дело наживное, и она будет выше настоящей, то вне всякого качество стволов через некоторое время существенно повысится. И время изготовления тоже.

Молодец Митрей. Мастеров у нас сейчас достаточно и мы можем прямо в данную минуту попробовать перестроить работу сформировав две полноценные бригады, а если перевести в мастера некоторых подмастерьев, то и три. И Митрей уже даже расписал состав этих двух бригад.

По выражению моего лица Митрей понял, что я разобрался в его предложении и оценил его. Он не сдержался и начал широко и радостно улыбаться.

— Если начать перестраивать работу прямо сейчас, то когда эти твои артели начнут работать? — ответ на этот вопрос принципиально важен. Минимально необходимое количество ручных пищалей мне необходимо как воздух сейчас для обучения стрельцов.

— Через три-четыре дня, государь, — уверенно заявил Митрей.

Крицы сваренные из руды в Москву привозят большой частью с Новгородской земли, но под Серпуховом возле села Подмоклово уже нашли болотные и озерные руды, которые залегают «гнездами» у самой поверхности или в склонах оврагов, на небольших глубинах от 2–3 до 30 метров. Это бурые железняки, руда которых высокого качества с низкое содержание фосфора. Из нее получается отличный уклад, так называют высококачественную сталь, которая очень ценится.

В знакомой мне истории через пятьдесят лет, когда Тула окончательно станет московской, такие же железняки найдут уже в тульских уездах и возникшая здесь металлургическая база станет на двести лет основой русской металлургии вместе с Устюжной, которая пока принадлежит Новгороду..

Поэтому в ближайшее время, как только земля хорошо подсохнет, в Подмоклово поедут мои люди, которые должны будут найти эту руду. А Тулу надо скорее ставить под руку Москвы.

Я еще раз внимательно прочитал написанное Митреем.

— Думаю, ты хорошо помнишь всё, что написал, — я свернул бумагу Митрея. — Я её забираю, а ты давай ступай и начинай действовать прямо сейчас.

Предложение Митрея без сомнения позволит быстро и радикально изменить положение дел с изготовлением ручных пищалей. Самым главным в них было то, что «изобретать» ничего не надо, всё уже известно. То, что решил сделать мой господин оружейник называется просто рациональной организацией труда.

Единственный узел нашего фитильного ружья который можно будет назвать новаторским, это пружинный трутовый замок. У отца есть подарочное ружьё привезенное в Москву в прошлом году сурожскими гостями. У него как раз сломался замок и отец, когда я ездил в Коломну, приказал отдать его нам.

Митрей без труда разобрался с неисправностью, отремонтировал его, вернее даже сказать усовершенствовал, так как там дело было в каком-то конструктивном недостатке шептала. Ружье прошло почти два десятка испытательных стрельб и замок ни разу не подвел. И сейчас он предложил его внедрить на наших ручных пищалях.

Это единственное по настоящему узкое место во всей новой технологической цепочке изготовления наших ручниц. Но изготовление ручниц и замков это уже даже сейчас совершенно разные производства и именно в изготовлении замков есть узкие места. Тут требуется большая точность изготовления деталей замка, которой еще фактически еще нигде нет.

Митрей и так уже фактически опередил время на несколько десятков лет, на наших ручницах стоят рычажные замки с S-образным рычагом, вращающимся на оси. На Руси его называют жагра, а в Европе серпентином.

Но пружинный замок это совсем другое. Главное в нем именно пластинчатая пружина, для её изготовления требуется самая малость очень качественный металл. И у нас его фактически еще нет. Да и ни где на самом деле, а то что отдельные мастера в редкую стежку изготавливают их, так на это ориентироваться полнейшая глупость.

А вот когда в металлургии состоятся очередной технологический прорыв и появятся мощные пружины и твердые огнива, то тут же появятся и новые замки, которыми без проблем можно будет оснастить и фитильные ружья. А сейчас Митрей предлагает усовершенствовать по максимуму именно производство этих самых ружей.

Из оружейной слободы я направился в бумажную мастерскую, меня там больше всего интересовало как идут дела у Василия Дмитриевича Ермолина, нашего строителя, который начал там начал строить водяную мельницу.

Водяная мельница сейчас это одна из вершин достижений современной техники. Их нам срочно требуется не меньше трех: одна у бумажников, вторая у Митрея и третья на будущей пороховой мастерской. Но начать я решил с бумажников по двум причинам: нё здесь построить проще всего и Богдану она нужна позарез для того чтобы быстро начать выпускать столь необходимую нам бумагу. Заодно Ермолин на практике продемонстрирует свои возможности и профессиональный уровень, после окончания её строительство надо будет сразу же предусмотреть