От Вознесенского проспекта до реки Пряжи. Краеведческие расследования по петербургским адресам - Георгий Иванович Зуев

ход и открыв артиллерийский огонь на оба борта, пошли на прорыв. «Решительному» это удалось, а «Стерегущий», заметно отстав, попал в сомкнутое кольцо вражеских кораблей. Теперь уже шесть японских миноносцев вели яростный прицельный огонь по упорно державшему прежний курс «Стерегущему». Окутанный дымом от разрывов неприятельских снарядов, героический корабль один вел свой последний бой. Потеряв управление и ход, русский миноносец представлял собой неподвижную мишень. Корабль отстреливался до последнего снаряда, и лишь когда погибли командир, все офицеры и 45 из 49 матросов, японцы прекратили огонь и осторожно приблизились к «Стерегущему», пытаясь захватить его. Поднявшимся на борт миноносца японским матросам открылась страшная картина повреждений корабля, обезображенных взрывами трупов, в мучениях умирающих моряков. Из воды подняли машинного квартирмейстера Ф. Юрьева и кочегара И. Харинского, на палубе пленили раненого кочегара А. Осинина и трюмного В. Новикова.

Японцы пытались увести корабль, но заполненный водой «Стерегущий» оборвал буксирные концы и затонул. Бой эскадренного миноносца на следующий же день стал известен во всех деталях корреспондентам зарубежных газет. Говорили, что, подняв свой флаг на крейсере «Новик», адмирал Макаров пытался оказать помощь гибнущему в неравном бою русскому кораблю. 12 марта 1904 года петербургская газета «Новое время», ссылаясь на публикации в английской газете «Таймс», сообщила, что, когда японцы взяли на буксир русский корабль, оставшиеся на «Стерегущем» два матроса заперлись в трюме и, несмотря на все уговоры, не только «не сдались врагу, но вырвали у него добычу»; открыв кингстоны, они «наполнили родной миноносец водой и погребли себя вместе с ним в морских пучинах».

Статью «Нового времени» перепечатали все российские газеты. По Империи большим тиражом разошлись репродукции картины художника Самокиш-Судковского, изобразившего во всех деталях трагический момент затопления безымянными русскими матросами эскадренного миноносца.

Скульптор К. В. Изенберг использовал именно эту композицию художника. Созданную им гипсовую модель памятника «Двум неизвестным морякам-героям» одобрил император Николай II и на основании этого 22 июня 1908 года художник заключил официальный контракт на выполнение почетного государственного заказа. Согласно условиям договора, автор памятника, с разрешения Совета министров, получал в виде гонорара со складов Морского ведомства медный лом на сумму 60 тысяч рублей.

Репродукция картины художника Н. С. Самокши-Судковского, изобразившего батальную сцену затопления русскими матросами эскадренного миноносца «Стерегущий»

Одновременно с началом работы скульптора над памятником к изучению документов, официально подтверждающих подвиг двух неизвестных нижних чинов миноносца «Стерегущий», приступила и историческая часть Морского Генерального штаба, которая в итоге пришла к заключению, что кингстоны открыли не два неизвестных матроса, а оставшийся в живых машинист Василий Новиков. В соответствии с рапортом капитана 2-го ранга А. А. Селицкого, составленного со слов трюмного машиниста миноносца В. Н. Новикова, следовало, что «видя неминуемую гибель корабля, машинист Новиков помогал раненому и умирающему сигнальщику Василию Кружкову уничтожить сигнальные книги, а затем бросился в машинное отделение и открыл клинкеты и кингстоны, чтобы имевший большую течь от массы подводных пробоин миноносец скорее затонул; затем он с двумя ранеными взял снаряды, завернул их не только в кормовые, но и в сигнальные флаги и бросил за борт… Когда миноносец заметно стал погружаться, то подошедшая к тонущему миноносцу японская шлюпка поспешила снять раненых, которым была подана медицинская помощь в самом непродолжительном времени».

Матросы «Стерегущего» в японском плену. Слева направо: И. П. Хиринский, В. Н. Новиков, А. А. Осинин

В заключении исторической части Морского Генерального штаба значилось: «Всякому, кто прочел и сопоставил все собранные по делу "Стерегущего" документы и материалы, совершенно ясно, насколько велик подвиг "Стерегущего" даже без мифа!.. Миноносец "Стерегущий" после часового боя, отстрелявшись до последнего снаряда, пошел ко дну, изумляя врага доблестью своего экипажа». Миф о двух безымянных моряках, открывших кингстоны, не получил подтверждения, что не давало основания скульптору выполнить первоначальную патриотическую идею памятника, композиционный проект которого был утвержден самим императором как монумент подвигу двух неизвестных матросов.

Исполняющий обязанности начальника исторической части Морского Генерального штаба старший лейтенант Е. Н. Квашнин-Самарин в рапорте вице-адмиралу А. А. Эбергарду предложил приостановить начатые скульптором Изенбергом работы над памятником «двум неизвестным героям». «Грустно видеть, – писал он, – что в Великой России кто-то на авось пропагандирует постановку памятника несуществующим морским героям, когда вся история нашего флота… полна настоящими подвигами». В крайнем случае он настаивал на исключении из надписи, проектируемой на памятнике, хотя бы текста, рассказывающего о потоплении «Стерегущего» двумя неизвестными матросами.

К чести вице-адмирала Эбергарда, он, несмотря на то что версия о двух героях-матросах уже была доложена царю и утверждена им, сам запросил дополнительные сведения о гибели миноносца «Стерегущий», в том числе и донесение начальника 3-го отряда истребителей капитана 2-го ранга М. Цуция, командира японского миноносца «Сизанами» капитан-лейтенанта Ц. Кондо и мичмана X. Ямазами – участников боя с русским миноносцем. Все показания единодушно отрицали факт затопления русского корабля двумя неизвестными русскими матросами. Вице-адмиралу Эбергарду пришлось утвердить заключение исторической части Морского Генерального штаба и считать, что гибель двух неизвестных матросов, открывших кингстоны, «есть выдумка и как выдумка она не может быть увековечена в памятнике».

Памятник экипажу «Стерегущего» на Каменноостровском проспекте

Морской Генеральный штаб 2 апреля 1910 года обратился с докладом на высочайшее имя: «Надлежит ли считать предполагавшийся к открытию памятник сооруженным в память геройского самопожертвования двух, оставшихся неизвестными нижних чинов команды миноносца "Стерегущий", или же открыть этот монумент в память геройской гибели в бою миноносца "Стерегущий"?».

«Считать, что памятник сооружен в память геройской гибели в бою миноносца "Стерегущий"», – такова была резолюция Николая II.

На Каменноостровском проспекте Петербургской стороны 26 апреля 1911 года в торжественной обстановке открыли памятник миноносцу «Стерегущий».

На глыбе гранита иссеченное снарядами тело корабля в форме символического креста… Яростный поток морской воды, хлещущий через иллюминаторы, заливает фигуры двух матросов, открывающих кингстоны, чтобы затопить корабль, но не допустить его захвата врагами. Стилизованные буквы славянской вязи навеки запечатлели имя миноносца, погибающего в волнах Желтого моря, – так воссоздал житель дома № 19 по Офицерской улице скульптор К. В. Изенберг подвиг «Стерегущего».

Окруженный деревьями монумент лицевой стороной обращен в сторону Каменноостровского проспекта. Две боковые каменные лестницы ведут вверх, на небольшой земельный холм с круглой площадкой, на которой установлены по бокам фонари-маяки.

К сожалению, со временем памятник кораблю-герою понес тяжелые утраты: исчезли два бронзовых венка, два якоря, цепи, ограждения на фонарях-маяках.

Проведенная в 1954 году реставрация исторического монумента, которой, кстати, руководил сын скульптора – В. К. Изенберг, нарушила авторский замысел. С тыльной стороны памятника исчезли таблички, поясняющие, что работы по его отливке выполнялись петербургской художественно-кузнечной мастерской А. Н. Шустова, а литейщиком при этом был В. З. Гаврилов. Вместо них появилась массивная бронзовая