От Вознесенского проспекта до реки Пряжи. Краеведческие расследования по петербургским адресам - Георгий Иванович Зуев

арок с морскими эмблемами, к казармам гвардейского экипажа». Неподалеку от дома, в конце Офицерской улицы, располагалась Ново-Адмиралтейская судоверфь. «Помню спуск броненосца "Ослябя", как чудовищная морская гусеница выползла на воду, и подъемные краны, ребра эллинга».

В 1912 году в первом этаже дома № 17 торжественно открыли ресторан «Тироль». До него, начиная с 1892 года, в здании находился известный на всю округу трактир купца Кондратьева. Интересно, что после начала Первой мировой войны хозяин ресторана «Тироль» Владимир Петрович Сеземов вынужден был срочно переименовать ресторацию в «Англию», так как все немецкое в то время вызывало у петроградцев искреннюю неприязнь и глубокое возмущение.

Здесь же, в доме № 17, располагался один из пяти цветочных магазинов знаменитой петербургской фирмы «Эйлерс», которая в своих многочисленных рекламных объявлениях предлагала «лучшие живые цветы во все времена года». При входе в магазин покупателя любезно встречали обаятельные улыбки хорошеньких продавщиц в белых кружевных фартучках и таких же изящных наколках на пышных прическах фасона начала века.

После Февральской революции в столице начался криминальный беспредел. В печати регулярно сообщалось о невероятных бандитских нападениях, взломах и крупных квартирных кражах. 20 сентября 1917 года газета «Новая Русь» возмущенно писала: «Для петроградских громил решительно нет никакого препятствия. Забравшись в пустое помещение в доме № 17 по Офицерской улице, бандиты проломили стену в мануфактурный магазин Орлова и в результате – нехватка сукна и разных материалов более чем на 10 000 рублей…».

Ламповый мастер Севастьян Китнер

Дом № 18 принадлежал преуспевающему промышленнику Севастьяну Осиповичу Китнеру. Правнук мастера, Юрий Иеронимович Китнер, инженер и искусствовед, живущий с 1917 года в Финляндии, свидетельствует, что отец знаменитого петербургского архитектора И. С. Китнера «был известным ламповым мастером и внес весомый клад в развитие декоративно-прикладного искусства». Уроженец моравского города Мериш-Шенберг, входившего в состав Австро-Венгрии, он приобрел профессиональные навыки изготовления механизмов аргандовых ламп, получивших широкое распространение в странах Западной Европы и называвшихся в обиходе «кинкетками». Китнер был также хорошо знаком с поршневыми механизмами модных в то время во Франции карсельских ламп.

Улица Декабристов, 18

Не найдя должного применения своим силам и таланту в Германии, ламповый мастер решил попытать счастья в России. В Петербург приехал в 1819 году морским путем через Любек.

В первой трети XIX века в российской столице начали переходить от свечного освещения к ламповому. Знание европейских моделей ламповых светильников и профессиональный талант позволили Китнеру одним из первых занять лидирующее место в изготовлении новых ламп. Его мастерская стала лучшей в городе.

Первые сведения о деятельности С. О. Китнера обнаруживаются уже в справочнике С. Алера за 1822 год, где он значится мастером жестяного фонарного дела немецкой ремесленной управы. Китнер жил в доме № 125 в 1-й Адмиралтейской части, а его магазин тогда находился рядом, в доме Гонаропуло (№ 123) на Большой Морской улице.

Начиная с 1820-х годов мастер уже имел крупные заказы на изготовление ламп и люстр для дворцовых парадных залов. Изящные люстры его работы являлись достойным украшением императорских дворцов и особняков петербургской знати.

В 1984 году A. M. Кучумов обнаружил в бывшей картинной галерее дворца Юсуповых на Мойке несколько жестяных люстр работы Китнера. Одними из первых известных работ С. О. Китнера стали люстры и торшеры, изготовленные по эскизам архитектора К. И. Росси для Павловского дворца. Кроме ламп из жести, сделанных под малахит и украшенных бронзой, он изготовлял прекрасные люстры и торшеры из бронзы не только по эскизам К. Росси, но и по чертежам других знаменитых зодчих Петербурга.

Владелец дома № 18 на Офицерской улице – ламповый мастер С. О. Китнер. Рис. 1840-х гг.

Известность и слава талантливого мастера стремительно росли, и уже к началу 1830-х годов в Коммерческом указателе Санкт-Петербурга значилось, что в его магазине можно приобрести «всякого сорта ламп и еще разные лакированные изделия». К концу 1830-х годов в мастерской Китнера работало, кроме него, 15 человек, причем половина из них – иностранцы (5 немцев, 2 австрийца и 1 финн).

Высокий художественный уровень изделий мастера обеспечил ему значительный объем крупных заказов Министерства Императорского двора и огромные, по тому времени, заработки. Только за выполнение одного заказа Дворцового ведомства на изготовление 1050 люстр и торшеров для отстраиваемого после пожара Зимнего дворца ему выплатили свыше 70 000 рублей. Одна из этих люстр сохранилась до наших дней и сейчас находится в экспозиции Государственного Эрмитажа. Ему также доверили ответственные работы по отделке интерьера Нового Эрмитажа в 1840–1850-е годы. Китнер изготовил орнаменты из меди для рельефных потолков в пяти залах первого этажа. Кроме того, мастер выполнил отделку фасадов здания Нового Эрмитажа, в том числе металлического перекрытия над портиком по Миллионной улице и 17 тройных окон Лоджий Рафаэля, оформленных им по фасаду карнизами из луженого железа.

В Малом и Большом Эрмитаже он установил лампы на трех этажах павильона, в конюшнях, манеже и галерее. За прекрасно выполненные работы в Эрмитаже купца 3-й гильдии С. О. Китнера 6 декабря 1850 года наградили золотой медалью на Анненской ленте.

В соответствии с условиями высочайше утвержденного 19 марта 1849 года контракта, заключенного Придворной конторой с Китнером, предусматривалось, что он в течение четырех лет будет ежегодно подготавливать шесть мальчиков из детей дворцовой прислуги для обслуживания люстр и торшеров. Мальчики находились на полном казенном содержании, жили во дворце, вблизи ламповой мастерской. Двадцать четыре казенных ламповщика носили форменные зеленые куртки с зелеными панталонами и черными фартуками.

Особую страницу в творческой биографии С. О. Китнера занимала деятельность в Императорских театрах. По заключенному контракту с театральной Конторой, ламповый мастер обязывался заправлять и содержать в исправности все осветительные приборы в театральных зданиях, а также обеспечивать освещение различных карнавальных спектаклей.

При изготовлении осветительных приборов для театров Петербурга и Москвы мастер тесно сотрудничал с архитектором К. И. Росси. Именно по эскизам этого великого зодчего Китнером выполнены заказы для Каменноостровского, Александринского и Большого каменного театра столицы.

Дирекция Императорских Санкт-Петербургских театров при возобновлении контрактов с мастером «без торгов» объясняла это доверие «испытанной благонадежностью и той ответственностью», с которой он относился к работе.

В середине 1850-х годов С. О. Китнер стал поставщиком ламп и фонарей для Санкт-Петербургско-Московской железной дороги. Он сконструировал и изготовил оригинальные локомотивные и буферные фонари для паровозов, а так же осветительные приборы для мостов Николаевской железной дороги.

Заказы на изготовление осветительных приборов для нужд железнодорожного транспорта санкционировались решением управляющего путями сообщения России графом П. А. Клейнмихелем.

Своими трудами мастер создал себе огромное состояние и стал богатым предпринимателем. Почти все свои деньги он вкладывал в покупку и строительство доходных домов.

В 1850-х годах Китнер становится владельцем нескольких земельных участков. Участок № 18 по Офицерской улице