Путеводитель растерянных - Моше бен-Маймон

Нему как необходимое следствие; если же мы говорим "Деятель", мы не обязательно предполагаем тем самым существование наряду с Ним того, что Он сделал, ибо деятель может предшествовать своему действию. Более того, они не могут представить себе бытность деятеля как деятеля, если только он не предшествует своему действию. Это речи тех, кто не отличает того, что в потенции, от того, что актуально.

Ты же знай, что в этом смысле нет различия, говоришь ли ты "причина" или "деятель". А именно: даже причина, когда ты берешь ее в потенции, предшествует своему следствию во времени; если же она является актуальной причиной, то ее следствия необходимо существуют в силу ее существования как актуальной причины. Точно так же, когда деятель берется как действующий актуально, необходимо предполагается существование того, что он делает. Ибо строитель до того, как построит дом, не является строителем актуально, но только потенциально, так же как материя данного дома до того, как он был построен, являлась домом в потенции. Когда же он построит [этот дом], он будет строителем актуально, и это будет необходимо предполагать существование чего-то построенного. Таким образом, мы ничего не приобретаем, отдавая предпочтение наименованию "деятель" перед наименованиями "причина" и "основание". Наша цель здесь — показать, что эти наименования равны между собой, и как мы именуем Его деятелем даже тогда, когда деяние Его еще отсутствует, поскольку нет ничего, что мешало бы и препятствовало Ему действовать, когда Он пожелает, подобно этому, в том же самом смысле Его можно называть причиной и основанием, даже тогда, когда причиненное еще отсутствует.[1972]

А то, что побудило философов именовать Его, да превознесется Он, причиной и основой и не именовать Его деятелем, связано не с их известным воззрением об извечности мира, а с другими соображениями, которые я изложу тебе вкратце. В науке о природе разъясняется, каким образом существуют причины всего, что обладает причиной, и то, что таковых имеется четыре: материя, форма, деятель и цель,[1973] и что среди них бывают [причины] близкие и далекие[1974] и что каждая из этих четырех может именоваться основанием и причиной. И одно из их[1975] воззрений, которое я не оспариваю, состоит в том, что Бог, могучий и великий, Он и деятель, Он же и форма, и Он же — цель. Потому и говорят они, что Он, Превознесенный, — основание и причина, чтобы охватить три этих причины и выразить то, что Он и действующая причина мира, и его форма, и цель. В настоящей главе я намереваюсь разъяснить тебе, в каком смысле говорится о Нем, да превознесется Он, что Он и деятель, и форма мира, а также цель его.[1976] И не занимай здесь свой ум вопросом о том, сотворен ли мир во времени[1977] или является необходимым следствием Его, как считают они,[1978] ибо мы посвятим сему предмету подробное обсуждение, как он того заслуживает.[1979] Здесь же мы намереваемся объяснить, что Он, Превознесенный, является действующей причиной отдельных событий,[1980] происходящих в мире, так же, как Он является действующей причиной мира в целом. И посему я скажу следующее: как было разъяснено в науке о природе, для каждой причины, принадлежащей к одному из четырех упомянутых видов, подобает искать также и причину, ее [породившую].[1981] Так что у возникающей вещи [вначале] обнаруживаются четыре ближайшие причины, затем у этих причин обнаруживаются свои причины, у тех причин — другие, так что в конце концов мы приходим к первым причинам.[1982] Например, пусть данная вещь возникла при воздействии такой-то действующей причины, у этой действующей причины есть другая действующая причина, и этот [ряд] не прерывается до тех пор, пока не доходит до Перводвигателя, который есть истинная действующая причина всех этих промежуточных причин. Ибо, допустим, что [некоторый предмет, обозначаемый] буквой "алиф", приводится в движение [другим предметом, обозначаемым] буквой "ба", [предмет] "ба" — [предметом] "джим", [предмет] "джим" — [предметом] "даль", [предмет] "даль" — [предметом] "hа"; этот ряд не может продолжаться бесконечно, поэтому допустим, к примеру, что мы остановились на "hа". В этом случае, несомненно, "hа" является двигателем [предметов] "алиф", "ба", "джим" и "даль" и относительно движения "алифа" верно будет сказать, что "hа" является его действующей причиной.[1983] В этом смысле все, совершающееся[1984] среди сущего, приписывается Богу; несмотря на то, что, как мы объясним, оно порождается воздействием ближайших действующих причин, Он, как действующее начало, является отдаленнейшей причиной.

Подобно этому, когда мы рассматриваем какую-либо из природных форм, подверженных возникновению и уничтожению, мы обнаруживаем, что им непременно должна предшествовать другая форма, которая подготавливает данную материю к восприятию этой формы, а этой второй форме предшествует третья, так что в конце концов мы приходим к последней форме, являющейся необходимым условием существования этих промежуточных форм, которые, в свою очередь, являются причинами той ближайшей формы.[1985] Этой последней формой совокупности сущего является Бог, да превознесется Он.

И не думай, что называя Его последней формой мирового целого, мы подразумеваем последнюю форму, о которой Аристотель в "Метафизике" говорит, что она не возникает и не уничтожается,[1986] ибо упоминаемая там форма — природная форма, а не отделенный интеллект. Ибо мы не говорим, что Он, Превознесенный, является последней формой мироздания в таком же смысле, в каком форма, обладающая материей, является формой этой материи, ведь в этом случае Он, Превознесенный, был бы формой [некоторого] тела. Не об этом идет речь, но о том, что все сущее, обладающее формой, есть то, что оно есть, благодаря форме, и когда уничтожается эта форма, уничтожается его бытие и оно исчезает; отношение между Божеством и совокупностью отдаленных начал сущего аналогично этому отношению,[1987] поскольку в силу существования Творца существует все [сущее], и Он постоянно поддерживает[1988] его пребывание способом,[1989] который обозначается как "эманация",[1990] как мы объясним в одной из глав настоящего трактата.[1991] Поэтому, если бы было возможно отсутствие Творца, то отсутствовало бы все существующее и исчезла бы основа[1992] и отдаленных причин, и последних следствий, и того, что между ними. Таким образом, Он относится к сущему так же, как форма относится к вещи, обладающей этой формой: посредством нее вещь есть то, что она есть, и формой конституируется ее истинная реальность и чтойность. Таково же и отношение Божества к миру, и в этом смысле говорится о