Королев. Мой отец. Книга 2 - Наталия Сергеевна Королёва

Так как мы работали ряд лет совместно с А. Г. Костиковым и нам доподлинно известна его роль в создании нового типа вооружения, то мы считаем своим долгом сообщить об этом.

В 1937–1938 гг., когда наша Родина переживала трудные дни массовых арестов советских кадров, Костиков, работавший в институте рядовым инженером, приложил большие усилия, чтобы добиться ареста и осуждения как врагов народа основного руководящего состава этого института, в том числе основного автора нового типа вооружения, талантливого ученого-конструктора, заместителя директора по научной части Г. Э. Лангемака. Таким образом Костиков оказался руководителем института и „автором“ этого нового типа вооружения, за которое и был сразу щедро награжден в начале войны.

Получив задание на другую разработку, Костиков оказался неспособным ее выполнить, в связи с чем еще во время войны был снят с работы и уволен из института.

Репрессированные ранее работники института ныне реабилитированы, часть из них, в том числе Г. Э. Лангемак, посмертно.

Просим учесть изложенное при подготовке „Биографического словаря деятелей естествознания и техники“ и следующего издания Б. С. Э.

ЧЛЕН-КОРРЕСПОНДЕНТ АН СССР

ГЕРОЙ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО ТРУДА (Королев С. П.)

ЧЛЕН-КОРРЕСПОНДЕНТ АН СССР

ГЕРОЙ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО ТРУДА (ГЛУШКО В. П.)

15.1.57».

Конечно, подписывая это письмо, отец не знал многих обстоятельств. Он не мог знать, например, что уже с июня 1937 г., за год до драматической ночи 1938‐го, «компетентные» органы негласно вели его к аресту, который с тех пор стал независим ни от него самого, ни от кого бы то ни было из сотрудников института. Не знал он, конечно, и ставших известными позднее обстоятельств разработки в институте в 1938–1941 гг. первой системы наземного реактивного вооружения. Но так или иначе письмо отца и В. П. Глушко, хотя и не было в то время опубликовано, сыграло свою роль. Фамилия Костикова надолго (до 1986 г.) исчезла из печати. А в нашей семье к ней до сих пор сохраняется настороженно-негативное отношение.

Пересмотр дела отца продолжался довольно долго. Только 18 апреля 1957 г. Военная коллегия Верховного суда СССР вынесла решение о его прекращении.

«Секретно

ВЕРХОВНЫЙ СУД СОЮЗА ССР

ОПРЕДЕЛЕНИЕ № 4н — 018811/56

ВОЕННАЯ КОЛЛЕГИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА СССР

в составе: Председательствующего полковника юстиции Цырлинского и членов: подполковников юстиции Боброва и Зверева

Рассмотрела в заседании от 18 апреля 1957 г. протест (в порядке надзора) Генерального Прокурора СССР на постановление Особого совещания при НКВД СССР от 10 июля 1940 года, коим „за участие в антисоветской троцкистской организации“ заключен в ИТЛ на 8 лет Королев Сергей Павлович, 1906 года рождения, уроженец г. Житомира, до ареста работал ст. инженером группы № 2 в Научно-исследовательском институте № 3 НКОП (Министерство оборонной промышленности). Заслушав доклад тов. Зверева и заключение пом. Главного военного прокурора подполковника юстиции Измайлова об удовлетворении протеста, Военная коллегия Верховного суда СССР

установила:

По обвинительному заключению Королев обвинялся в том, что с 1935 года являлся участником троцкистской вредительской организации, действовавшей в НИИ № 3 НКОП, по заданию которой проводил вредительство. В протесте ставится вопрос о прекращении дела в отношении Королева за отсутствием состава преступления ввиду того, что проверкой установлена необоснованность репрессии Королева.

На предварительном следствии Королев вначале признал себя виновным в предъявленном обвинении, а впоследствии от своих показаний отказался, как от вымышленных, данных в результате незаконных методов ведения следствия. Не могут являться доказательством по делу показания арестованных по другим делам Лангемака, Клейменова и Глушко о якобы совместной с Королевым преступной деятельности, так как проверкой установлено, что они были осуждены неосновательно, в связи с чем Клейменов и Лангемак реабилитированы, а Глушко, как видно из материалов его архивно-следственного дела, в суде отказался от ранее данных показаний, как от ложных, и дело в отношении его представлено на прекращение по п. 5 ст. 4 УПК РСФСР.

Что касается имеющегося в деле заключения экспертной комиссии, то в нем лишь отмечены недостатки, имевшие место в работе Королева. Каких-либо данных, свидетельствующих о преступной деятельности Королева, в заключении не имеется.

Проверив материалы дела и соглашаясь с доводами заключения, Военная коллегия Верховного суда СССР

определила:

Постановление Особого совещания при НКВД СССР от 10 июля 1940 года в отношении Королева Сергея Павловича отменить и дело о нем прекратить за отсутствием состава преступления.

Председательствующий Цырлинский

Члены Бобров,

Зверев».

На основании определения Военной коллегии отцу выдали справку о прекращении дела. Так через 19 лет после ареста он был полностью реабилитирован. Справедливость восторжествовала. Но сколько времени упущено, сколько людей, находившихся в самом расцвете сил, потратили лучшие свои годы не на творчество, не на профессиональную производительную деятельность, а на поиски способов выживания в тюрьмах, лагерях и «шарашках». Сколько полезного могло быть сделано за эти годы отцом и множеством таких же, как он, безжалостно вырванных из жизни. Можно понять отца, старавшегося поскорее забыть то время. Забыть, ибо для него наступал новый, благоприятный и необычайно творчески насыщенный период, когда он смог в полной мере раскрыть свои способности, реализовать мечты и вместе с соратниками, опираясь на могучий научный и производственно-технический базис страны, открыть человечеству дорогу в космос.

Справка, выданная С. П. Королеву Военной коллегией Верховного суда СССР, о прекращении его дела за отсутствием состава преступления.

Москва, 25 апреля 1957 г.

Начало пути

Глава четырнадцатая

По праву победителей

ГЕРМАНИЯ (1945–1947)

К тому времени, когда отец приехал в Германию, там уже находились наши специалисты, прибывшие туда 23 апреля 1945 г. Летом того же года в Тюрингии, в городе Бляйхероде, был создан институт «Рабе» (в переводе с немецкого — «ворон»), где работали бок о бок советские и немецкие ракетчики. Начальником его назначили майора Б. Е. Чертока. Этот период академик РАН Б. Е. Черток подробно описал в книге «Ракеты и люди» (М., 1994, 2006). В конце сентября в институте впервые появился С. П. Королев. Кто он и зачем приехал из Берлина, Б. Е. Черток не знал, но первую встречу запомнил, по его словам, на всю жизнь.

Отец интересовался структурой и направлениями работ института, но в большей степени — техникой пуска ракет. Как оказалось, ему было поручено организовать в Бляйхероде группу «Выстрел», перед которой поставили задачу изучить технологию и организацию ракетного старта. Группу разместили в здании института «Рабе». Отец имел там небольшой кабинет, на двери которого висела табличка: «Начальник группы „Выстрел“ подполковник Королев С. П.». А. И. Эдельман отмечал: «В Германии ярко проявились организаторские способности подполковника С. П. Королева. Он стал явным неформальным лидером среди множества наших специалистов, прибывших в поверженную Германию. Королев брал на себя решение свойственных и несвойственных ему по чину вопросов — как технического характера, так и административных».

Уже в середине октября 1945 г. отец присутствовал в составе советской делегации при пусках немецких ракет дальнего действия «Фау-2» (А-4) в Куксхафене, недалеко от Гамбурга.