Мы друг друга не выбирали - Марина Анатольевна Кистяева

– Пошли.

Его рука снова легла ей на поясницу.

Алексия приказала себе не реагировать.

– Я впервые в гостях у парня, – внезапно сказала она, запрокидывая голову и глядя прямо в лицо Рустама.

Его глаза чуть смягчились.

– Я в курсе, Федорова.

– Ну да, конечно. Сталкеризм – наше все.

– Иди уже.

Ванная оказалась такой же большой.

– Ого.

Душевая, отдельно стоящая ванна… И тоже почти стерильная чистота.

– У тебя домработница, да? – Леша встала у раковины. Рустам не спешил оставлять ее одну.

– Да. Приходит два или три раза в неделю.

– Ты даже не знаешь точно?

– Мне это не интересно.

Он сделал к ней шаг. Потом еще один. Подошел, встал за спиной Леши. Близко… Слишком близко! Их бедра почти соприкасались. А-а, нет, соприкасались. Руки он положил на раковину, тем самым заключив девушку в плен.

Алексия сделала вид, что ничего сверхнормы не происходит. И что сердце не подпрыгнуло к горлу.

Она включила кран и принялась мыть руки.

Рустам тоже протянул руки вперед, еще сильнее прижавшись к ней. Пульс зашпарил по крови. Быстрее. Еще быстрее.

Их руки несколько раз переплетались.

В какой-то момент Алексия снова посмотрела в зеркало.

И Рустам. Его глаза потемнели.

– Я люблю тебя.

Взрыв… Где-то там внутри…

Лешка даже не успела никак отреагировать, когда последовало продолжение.

– Ничего не говори, – почти прорычал он, морщась.

Она видела эту эмоции в зеркале. И она давила, давила!..

На нее, на него. На их обоих.

Леша прикрыла глаза. Это же невыносимо! Он мучается, она мучается, и нет конца этому замкнутому кругу. Правильно… Потому что круг это. Не прямая…

Они перебрались в гостиную. Как раз вовремя. В домофон позвонили. Рустам пошел встречать доставку. Леша еще раз огляделась по сторонам. Красиво и… холодно.

Она обхватила себя за плечи.

– Ты замерзла? Что-то не так?

Рустам метнул на нее взгляд, сам же принялся раскладывать продукты.

Леша подошла к нему.

– Где тарелки?

– Там. – По его лицу снова пробежала тень.

Сожалел ли он о признании?

Оно звучало в голове Леши, как бы она ни пыталась абстрагироваться.

Одно дело предполагать, о чем-то размышлять. И тут услышать…

Они пообедали. Леша порывалась что-то сказать о родителях Рустама, каждый раз слова застревали в горле. В конечном итоге она негромко произнесла:

– Еще раз с днем рождения тебя.

После этих слов Рустам встал и достал вино.

– Туплю. Надо было сразу.

– Обед же. – Она попыталась возразить.

Он поставил перед ней бокал. Плеснул в него вина. То же самое повторил со своим. Потом приподнял, отсалютовал и выпил.

Тревожный колокольчик задребезжал в сознании Алексии.

Потом не предъявишь ничего Рустаму. Она сама пришла…

ГЛАВА 29

Они уснули. Да-да, оба. Как так получилось – хороший вопрос. Но факт оставался фактом.

Негромко работала плазма. Было тепло и уютно. Алексия еще дремала. Сознание возвращалось медленно, нехотя. Проснется – надо будет что-то делать, о чем-то думать. А так… Хорошо было.

Она помнила, что уснула на груди Рустама. В какой-то момент глаза закрылись сами. Помнила мысль – ну и что, пусть. После обеда и сладкого вина они перебрались на огромный диван. Почти не разговаривая.

Просто легли. Включили плазму и оба уснули.

Рустам не лез к ней, наверное, это и подкупило. Усыпило ее спокойствие.

А сейчас… Он проснулся первым. Она отчего-то это знала. Сначала Алексия почувствовала его руку, крепко обхватившую ее талию, потом ровное дыхание у самого виска. Губы Рустама почти касались ее шеи.

Она затаилась, прислушиваясь к себе. Отторжения не было. Страха, как ни странно, тоже.

Было легкое покалывание по коже. И тепло.

Алексия осторожно приподняла взгляд и наткнулась на его глаза.

Темные. Горячие. Одержимые. Вот какие у него были глаза. Вот, что плескалось в них.

Точно. Одержимые. Как она раньше не поняла. Он одержим ею… Это не любовь. Совсем не то.

Он смотрел на нее так, будто хотел прожечь насквозь. Будто за эти часы что-то внутри него окончательно сорвалось с цепи.

Она молчала. Смотрела и лихорадочно думала.

Думала… думала…

Он тоже сначала молчал.

А потом грубовато выдал:

– Хочу тебя. Пиздец…

И перевернул ее на спину, прижал к дивану всем весом. Масштаб происходящего обрушивался на Алексию, придавил.

Но она не оттолкнула Рустама. Нет. Продолжала смотреть.

И он каким-то шестым чувством, едва ли не звериным, почувствовал ее изменения. Глухо застонал и начал целовать. Впился в нее теплыми губами и сразу языком толкнулся внутрь.

Леша позволила. Она приказала себе расслабиться. Так надо. Кровь в венах нагрелась до максимума

Его губы жгли. Зубы слегка царапали ее нижнюю губу, язык настойчиво ласкал ее. Нет – брал. Это более точная характеристика.

Алексия попыталась отстраниться, но он лишь сильнее впился пальцами в ее кожу. Его рука легла ей на живот, пальцы распластались, захватывая больше территории.

Это когда-нибудь должно произойти. От этого ей не уйти. Так почему не сегодня?

День рождения… память… Его лицо, там, на кладбище… В висках Леши застучало.

Алексия лежала на спине, ее руки беспомощно сжимали кожаную обивку дивана, когда Рустам всей тяжестью своего тела пригвоздил ее к месту.

Его губы скользили по ее лицу, как раскаленный шелк – сначала легкое, едва ощутимое прикосновение к виску, затем влажный след по скуле, к уголку рта. Он специально не