Мы друг друга не выбирали - Марина Анатольевна Кистяева

– Спасибо, – лаконично сказал он.

Большего, пожалуй, и не требовалось.

Кладбище встретило их прохладным ветром и длинными тенями от деревьев. Леша поежилась. Тишина оглушала.

Рустам шел быстро, почти не глядя по сторонам. Алексия, чуть отставая, невольно ускоряла шаг, пытаясь держаться рядом. Это выглядело странно, их несинхронные движения, будто они шли вместе, но при этом каждый по отдельности. Она то приближалась, то вдруг замечала это и слегка отдалялась, боялась нарушить его пространство.

Памятник его родителям она увидела издалека. Его невозможно было не заметить. Слишком громоздкий, из темного гранита, больше похожий на постамент, чем на обычное надгробие. На нем были высечены два профиля: мужчины и женщины. Молодые, красивые, застывшие в камне навсегда.

Рустам остановился перед ними, и Алексия замерла чуть сбоку. Хотела остаться там же, но ноги сами шагнули вперед.

Ближе…

Она украдкой смотрела на Рустама. Его лицо не дрогнуло, но в глазах что-то сместилось, стало глубже, тяжелее.

– Пришли.

Это она поняла и без слов. Кивнула, не зная, что ответить. Ветер шевельнул ее волосы, и она автоматически прижала прядь к виску, словно боялась, что даже этот легкий шорох будет неуместен.

Рустам положил цветы к подножию памятника, поправил их, чтобы они лежали ровно. Потом застыл, глядя в каменные лица.

Алексия медленно опустила свой букет рядом с его. Белые хризантемы казались слишком хрупкими на фоне массивного гранита.

– Такие молодые, Рустам, – заметила она. Молчание слишком давило. – Почти наши ровесники.

Рустам ничего не ответил. Только сжал кулаки и разжал их.

Ее взгляд снова сместился на даты рождения и смерти.

И тут ее как по голове ударили…

– У тебя же сегодня день рождения, Рустам! – выдохнула она, распахивая глаза и чувствуя, как стыд заливает щеки и грудь.

Рустам усмехнулся.

– Ну да.

– Я забыла…

– Я понял.

– Прости…

– Да ладно…

– Нет, правда, прости. – Леша порывисто тронула его за кисть.

Он почти сразу же перевел взгляд на ее руку. У Леши возник порыв дернуть руку назад, она сдержалась.

– С днем рождения, – продолжила она, опасаясь, что передумает. – Счастья тебе и всего хорошего.

Она не знала, что дальше говорить.

Воздух между ними вдруг стал густым, словно наполнился свинцовой пылью. Ее поздравление прозвучало как дурной анекдот, после которого не последовало смеха.

Рустам не ответил. Только медленно поднял взгляд.

– Поехали ко мне в гости.

– Что?

Алексия ожидала услышать, что угодно. Но не подобное предложение.

– Посидим, немного отпразднуем… Или помянем…

Рустам запустил руку в волосы, вцепился в них.

И снова в его поведении проскользнуло то, с чем раньше Леша не сталкивалась. Внутри зазвенело. Только что?

Ехать к нему – это зайти на его территорию. Она могла предложить кафе. Ресторан. Да что угодно.

– Тебе хочется побыть вне людей? – Ее вопрос прозвучал коряво.

Она цеплялась за любую возможность не ехать с ним.

– Я хочу побыть с тобой.

Сегодня он говорил до удушья просто. Никаких особых эмоций.

Лишь слова.

И они медленно затягивали ее в водоворот не то жалости, не то еще чего-то. Леше сложно было определить свои эмоции.

– Хорошо. Поехали.

На его лице не дрогнул ни один мускул.

Он лишь переместил руку, сжал ладонь Леши. Она и не заметила, как он ее перехватил.

Лишь оказавшись в машине, Леша поняла на что подписалась. Она всерьез собиралась ехать к Умарову?! Серьезно?

Он снова молчал. И это даже хорошо. Леша достала телефон и набрала сообщение маме:

«Мам, я тут опростоволосилась. У Рустама сегодня день рождения, я совсем забыла. Я побуду с ним».

Мама ответила не сразу. И ответила лаконично:

«Хорошо. Только будь осторожна, ладно?»

Алексия поджала губы.

Она поняла, про что мама.

«Хорошо».

А что она могла еще написать?

Они доехали до центра города. Леша не знала, где живет Рустам. Зачем ей была эта информация?

Теперь узнала.

Лифт с зеркальными стенами поднимался, по ее ощущениям, слишком медленно. Рустам стоял рядом, его плечо почти касалось ее плеча.

Она поймала свое отражение в стекле. Чуть растрепавшиеся волосы, слишком яркий румянец на щеках, тяжелое дыхание. Н-да уж. Что-то явно не то.

Лифт открылся прямо в холл.

Алексия нерешительно замерла на пороге. Она уверена? Уверена?

Ее встретило пространство, выточенное из мрамора, стекла и стали, без единой лишней детали. У Рустама была двухуровневая квартира с панорамными окнами от пола до потолка.

Шикарная. Что тут скажешь. Как и полагалось внуку нефтяного магната.

Минимализм, граничащий с аскетизмом. Взгляд Алексии заскользил по дивану из черной кожи, низкому стеклянному столику, на котором стоял единственный предмет – тяжелая хрустальная пепельница. На стене висела огромная абстрактная картина в темных тонах. Казалось, это просто мазки черной и бордовой краски, но, если приглядеться, угадывался силуэт волка.

– Входи, – сказал Рустам, чуть подталкивая ее в поясницу.

Она сделала шаг вперед, и ее каблуки глухо отдались в тишине, в холодной, почти брутальной роскоши.

Черный мрамор, металл, стекло. Ничего лишнего. Идеальное пространство, подстраивающееся под Рустама.

На втором уровне виднелась спальня.

– Я заказал обед. Доставят через полчаса.

– Когда ты успел?

– В лифте.

Алексия смущенно замялась с ноги на ногу.

– И успеют через полчаса?

– Ресторан на первом этаже.

– А-а, понятно. Где… – Она снова замялась. – Можно руки помыть?