Мы друг друга не выбирали - Марина Анатольевна Кистяева

на полувздохе. Потому что губы Рустама снова коснулись ее. Он склонился к ее груди. Ее кожа в очередной раз покрылась мурашками. Леша попыталась и сама прикрыться. Но тщетно.

Рустам не позволил.

– Нет.

Просто «нет», и все.

Его руки ласкали, мяли ее грудь. Он чувствовал, как бьется ее сердце, и его дыхание становилось еще горячее.

– Доверься мне, хорошо?.. Хорошо? – В его шепоте было что-то безумное, одержимое.

Он опустил ее на диван и накрыл своим телом, его прикосновения стали почти нежными. Ладонь, скользящая по бедру, губы, целующие живот, пальцы, запутавшиеся в ее волосах. Почти…

Он не торопился.

И почти сразу срывался на другую эмоцию. Чуть прикусывал сосок Леши.

– Потрогай меня.

Она не знала, что он имел в виду.

Она его обняла. Голого… Леша от осознания накрывающей их действительности несколько раз моргнула. Она сдурела?! Она на самом деле собиралась заняться сексом с Умаровым?

Да. Да, черт побери.

Под ее пальцами жили его мышцы. Они двигались, горели. Как и он сам.

Рустам раздвинул ее ноги. Сначала нешироко. Чуть-чуть. И сразу додавил, раскрывая ее.

И ладно бы на этом все. Нет же!

Он подался назад и уставился.

Прямо туда.

Леша громко сглотнула. Во рту образовалось неимоверно много слюны. Время остановилось. Тик… Тик-так…

Рустам почти повторил ее движение. Тоже громко сглотнул. Даже более шумно.

А потом подался вперед, накрыл собой.

– Ты не возбуждена, да?

Его пальцы накрыли ее лоно. Леша не собиралась отвечать!

– Я подготовлю тебя, ладно?

Если бы она знала, что он имел в виду, она бы ни за что не согласилась. Точнее, сделала бы все, чтобы его остановить. А так она оказалась неготовой к тому, что последовало дальше.

Он опустился вниз. Съехал по ней и оказался между ее ног.

– Нет… Нет-нет. – Она честно пыталась его остановить, даже за плечи его царапнула. Но пальцы заскользили по покрытой испариной коже.

Он, в отличие от нее, был возбужден! Вены вздулись, глаза горели тьмой. Рустам хищно оскалился, обжег огнем и накрыл губами ее лоно.

Лешу точно током пронзило.

Это откровенно. Остро. А еще влажно. И невыносимо интимно. Это когда любишь… Это…

«Я люблю тебя».

Мужские слова взорвали мозг.

Губы – тело. Не то чтобы Леша возбудилась, заметалась под ним и кончила. Но она начала что-то чувствовать. Тяжелое, вязкое, тянущее. Приятное.

Его язык снова и снова касался ее. Влажно и размашисто.

А потом Рустам резко подтянулся на руках и лег на нее. Снова оскалился, по его лицу прошлась судорога.

– Не могу больше, – простонал он, впиваясь в нее губами.

И начал входить в нее. Заполнять собой. Леша натянулась, как струна.

Чувство наполненности оглушало. Ощущение чужого проникновения оглушало! Она зажмурилась. Горячее. Твердое. Чужое. В ней. Боже. Алексия не могла дышать.

Она ожидала боли, но ее не было. Было только странное, давящее наполнение, от которого сводило живот.

Рустам замер на мгновение, его пальцы впились в ее бедра, и она почувствовала, как дрожит его тело. Он тоже реагировал…

– Леш?

Его голос так же дрогнул.

И вот это – его странная, не укладывающаяся во Вселенной Леши реакция не просто выносила. Она дезориентировала, опрокидывала на лопатки.

Рустам не двигался. Он, черт побери, ждал от нее ответа! В глазах защипало. Это невыносимо! Как могут в человеке совмещаться жестокость и нежность? Объясните ей на милость.

– Все… нормально.

Рустам кивнул, а потом качнулся. Вышел и снова вошел.

Алексия ждала боли, ждала, что ее будет рвать и крутить изнутри, но вместо этого почувствовала лишь глубокое, почти пугающее проникновение, от которого мурашки побежали по спине. Боль была, но не сильнее, чем в менструацию.

Его пальцы сжимали ее бедра почти болезненно. Он двигался медленно, тягуче. Черты лица Рустама исказились. Сама Леша то закрывала глаза, то распахивала. То подавалась вперед, прижимаясь к Рустаму, то падала на диван. Ее тело отвечало ему само. Мышцы сжимались и разжимались в такт его толчкам, живот вздрагивал, а где-то в глубине, вопреки всем страхам и отторжению, начало разгораться теплое, стыдливое чувство.

Она не возбудилась. Нет-нет. Это… Другое. Просто другое.

Правда же?

Ей не было противно. Не было хорошо.

Она просто принимала Рустама.

А он брал. Снова и снова. Целовал ее. Ласкал. Трогал.

Алексия поймала себя на мысли, что это не так ужасно, как она представляла. И даже все-таки немного приятно.

Он наклонился к ее шее, задышав горячо и прерывисто.

– Тебе точно не больно? – снова спросил он, заглядывая в глаза и намеренно себя тормозя.

– Кончай, Рус, – выдохнула она.

И тут мозг пронзила мысль. Оглушила.

Алексия вцепилась в Рустама, хотела крикнуть о ней! И опоздала на какие-то доли секунды. Рустам впился в ее губы, толкнулся максимально глубоко и застыл. Застыла и Алексия.

Вот и все…

Вот и все.

И ничего не все…

– Презерватив, – выдохнула Леша с запозданием.

ГЛАВА 30

– Ты кончил в меня.

Леша не могла принять случившееся.

– Какой у тебя день цикла?

Нормальная реакция, да?!

– Месячные три дня назад закончились.

– Ну и все тогда.

Она реально с Умаровым свой цикл обсуждает?

Почему он всегда все портит? В горле забулькала обида. Она же спрашивала про презерватив! Использовать его – нормально! А он… Он намеренно кончил в нее!

– Мне надо в ванную, – прошептала Алексия, сдерживая слезы. – Пусти.