Боярский сын. Боец. Часть 1 - Алексей Владимирович Калинин

Она сделала крошечный глоток, покатала терпкую жидкость на языке и поморщилась. Местное пойло, даже то, что стоило как крыло от самолета, отдавало гниением. Совсем не то, что густая, горячая кровь, приправленная адреналином и животным ужасом жертвы.

Отогнав тоскливые мысли о настоящей пище, Лучезара плавной походкой направилась к массивному столу из темного дерева. Пора было делать доклад.

Она поставила бокал на столешницу и откинула крышку ультратонкого ноутбука. Разумеется, это была не обычная человеческая железка. Артефакторы здорово потрудились над начинкой, вплетя в микросхемы жилы мертвяков и завязав протоколы шифрования на энергию Опасных земель. Ни одна имперская кибер-ищейка, ни один хваленый мозголом из Тайного Дознания никогда не сможет перехватить сигнал с этого ноутбука.

Её пальцы быстро пробежались по клавиатуре. Лучезара выбрала в скрытом меню нужный, зашифрованный адрес.

Экран мигнул. По нему пошли зеленые и багровые полосы помех. А затем картинка стабилизировалась.

На экране возникло лицо. Оно было до одури похоже на лицо самой Лучезары — те же идеальные, словно высеченные изо льда черты, тот же пронзительный взгляд темных глаз, те же снежно-белые волосы. Со стороны любой непосвященный мог бы поклясться, что видит перед собой двух сестер. Правда, женщина на экране выглядела чуточку старше, да и только.

За спиной этой «старшей сестры» разворачивалась панорама локального апокалипсиса. Темнеющее небо заволакивал густой, маслянисто-черный дым. Вдалеке полыхало колоссальное огненное зарево, жадно пожирающее остовы каких-то строений. Всполохи пламени зловеще отражались на бледном лице женщины.

Лучезара мгновенно преобразилась. Вся её высокомерная расслабленность испарилась. Она подобралась, расправила плечи и нацепила на лицо самую искреннюю из своих улыбок.

— Здравствуй, матушка, — проворковала Лучезара, склонив голову в знак глубочайшего почтения. — Ты выглядишь так же великолепно, как и всегда. Этот свет… он так выгодно подчеркивает твою безупречность.

Женщина на экране даже не повела бровью. Её тонкие губы презрительно поджались.

— Не стоит распыляться на ненужные комплименты, — голос матушки прозвучал холодно, ровно и без малейших эмоций. — Тем более, что мы обе прекрасно знаем, что я выгляжу так, как сама того захочу. Оставим эти пустые человеческие расшаркивания. Что у тебя по Ярославским? Докладывай.

Лучезара внутренне подобралась, почувствовав исходящую от экрана давящую мощь. С матерью шутки плохи. Одно неверное слово, один косой взгляд — и от дочери останется лишь кучка промерзшего пепла.

— Этот идиот Долгополый… он всё испортил! — с чувством искреннего разочарования покачала головой Лучезара, позволив себе толику раздражения. — Он так кичился своими связями и ресурсами, но не смог нормально организовать даже банальное нападение на завод! Его армию наёмников и стихийников Ярославские просто размазали. Растёрли в пыль, матушка! Защитники завода были готовы. Они переиграли их тактически, словно малых детей в песочнице. Сплошной провал и пустая трата ресурсов. А Долгополый — самонадеянный кусок мяса, который возомнил себя великим стратегом.

Матушка на экране лениво перевела взгляд, словно разглядывая муху на стекле.

— А что ты сама? — её ледяной тон хлестнул Лучезару сильнее плети. — Оставь в покое никчемных смертных, они всегда разочаровывают. У них это в природе. Я спрашиваю о твоих успехах. Получилось справиться хотя бы с одним из рода Ярославских? Ты же клялась, что выпотрошишь их изнутри.

Лучезара сглотнула, чувствуя, как по спине пробежал неприятный холодок. Отчитываться о неудачах перед богиней смерти было занятием, чреватым летальным исходом.

— Увы… нет, матушка, — она виновато опустила глаза, теребя пояс шелкового халатика. — Их как будто в самом деле сам Ярило оберегает. Эти Ярославские — везучие, подлецы, просто до невозможности! Тот же Елисей… под него подложили направленную мину, а он выскочил без царапины! Но… — Лучезара вскинула голову, и в её глазах вновь заплясали дьявольские огоньки, — но я придумала новый план. План, благодаря которому Ярославские начнут убивать и уничтожать друг друга сами. Своими же руками.

Матушка слегка нахмурилась. Идея междоусобицы в стане врага была вполне в её духе, но она не любила пустых обещаний.

— Что за план? — сухо спросила старшая блондинка. — Выкладывай. И постарайся, чтобы это не звучало как очередная подростковая фантазия.

— Я влюблю в себя старшего брата… Яромира, — на губах Лучезары заиграла коварная, мстительная ухмылка. — Этот огневик горяч, самонадеян и туп, как пробка, когда дело касается женщин. Я привяжу его к себе, ослеплю, а затем… заставлю его ревновать к Елисею. Заставлю ревновать так слепо и яростно, что брат встанет на брата! Я стравлю их в смертельной схватке. Их кровная связь треснет по швам из-за банальной похоти. И знаешь, матушка… я уже попыталась сделать подобное с его друзьями, братьями Рязанцевыми и Глебом Долгополым. И у меня почти получилось! Они едва не переубивали друг друга прямо в гостиной, сожгли половину двора! Это было восхитительное зрелище…

Она ждала похвалы, ждала хотя бы легкого кивка одобрения, но лицо матушки оставалось непроницаемым.

— Почти — не считается, — покачала головой старшая блондинка, и в её словах зазвучала звенящая угроза. — В нашей войне нет слова «почти», Лучезара. Мне нужен результат. У твоих младших братьев тоже не получилось достичь результата. Один позволил загнать себя в угол в подвале, другой дал убить себя на арене! Они поплатились за свою некомпетентность. Так что не заставляй меня разочаровываться ещё и в тебе. Ты знаешь, я не прощаю слабости.

Лучезара побледнела. Упоминание о погибших братьях, которых Елисей Ярославский разделал под орех, подействовало на неё отрезвляюще. Она поспешно склонила голову.

— Не разочарую, матушка. Клянусь, Ярославские захлебнутся в собственной крови, — горячо заверила она, стараясь быстрее перевести опасную тему в другое русло. Её взгляд метнулся к экрану, за плечи богини. — А что это за чудесный фейерверк у тебя за спиной? Никак новое поселение людишек горит?

Матушка недовольно поджала губы. Она не любила, когда ею пытались манипулировать.

— Я сказала своё слово, а ты меня услышала, — не давая сбить себя с толку, отрезала старшая блондинка. — Не пытайся юлить. Но… да. Это новое пограничное поселение. Оно оказалось слишком близко к Опасным землям и попало под наше влияние. Защитники оказались жалкими слабаками. Их хваленые стихийники посыпались от первого же напора. И сейчас твои старшие братья хотят устроить охоту. Разминают кости.

— На людишек? Победная охота? — Лучезара искренне, по-детски захлопала в ладоши, её глаза загорелись