Из руин - Arlenna

— Нам есть о чём поговорить, Амелия, — осклабился он. — И результат этого разговора зависит от тебя.

Эммелина Вэнс в своём углу слабо застонала.

— Авада Кедавра! — Лорд лениво взмахнул палочкой. Полыхнула зелёная вспышка, и стон оборвался. — Не хочу, чтобы нас отвлекали, — насмешливо пояснил Волдеморт.

— Повелитель, — обратился к Лорду Родольфус, — мой брат ранен. Можем ли мы забрать его и обратиться к целителю?

— Да, убирайтесь, — отмахнулся тот. — Вы своё дело сделали. Неплохо сделали, но всё равно оставили грязную работу, которую я должен был за вас доделать.

Мы снова поклонились, Родольфус обхватил Рабастана за корпус и поднял, я сняла заклятие и мы аппарировали в мэнор. Последнее, что мы слышали — исполненный страдания и боли стон Амелии Боунс.

Глава 27. Выбор

К счастью, Нарцисса перенастроила для нас параметры аппарирования. Не знаю, как Родольфус тащил бы Басти до ворот мэнора. Воспользоваться Мобиликорпусом на узкой тропе, вдоль которой то тут, то там свисали колючие ветки, было довольно проблематично.

В этот раз Родольфус наплевал на приличия и аппарировал сразу в гостиную. Нарцисса вышла на шум, увидела безжизненное тело Рабастана и прижала ладонь ко рту.

— Он… он… — с трудом выдавила она, не решаясь произнести «мёртв».

— Ранен, — укладывая брата на диван, успокоил её Родольфус. — Нарцисса, пожалуйста, свяжись с Фасмером и вызови его сюда. Срочно.

— Я не знаю, где вы были и что делали, — тон Нарциссы с испуганного сменился на отстранённо-ледяной, — но завтра это станет известно всем. Ты думаешь, авроры не догадаются, к кому и зачем среди ночи приходил целитель?

Родольфус изумлённо вскинул голову, потом медленно встал.

— Нарцисса, Басти ранен. Ему нужна помощь. Поэтому сейчас ты под любым предлогом вызовешь Фасмера. Мигрень, отравление, бессонница — мне всё равно. Через пять минут он должен быть здесь, — ровным тоном произнёс он, глядя Нарциссе в глаза.

Сестра попятилась, и было от чего.

Таким я Родольфуса ещё не видела. Это не имело ничего общего с той вспышкой гнева, которую он выдал после нашего безрассудного полёта, когда мы с Рабастаном, не желая уступить друг другу, чуть не столкнулись в воздухе. Сейчас передо мной стоял человек, готовый убивать не задумываясь, не мучаясь сомнениями, не терзаясь угрызениями совести. Вернее, даже не убивать — устранять препятствия, некстати возникшие на пути.

Нарцисса побледнела. Окинув Родольфуса ненавидящим взглядом, она привычно щёлкнула пальцами и приказала мгновенно явившемуся на зов эльфу немедленно привести целителя.

Родольфус снова сел рядом с братом и осторожно взял его за руку:

— Потерпи, Басти, всё будет хорошо. Фасмер тебе поможет.

Толстяк появился через несколько минут. Похоже, домовик поднял его с постели, поскольку мантия была накинута прямо на пижаму.

— Что произошло, леди Малфой? — спросил он. — Ваш эльф ничего не объяснил, лишь ломал руки и твердил, что дело крайне срочное. Надеюсь, что это так, потому что…

Тут он увидел нас и осёкся.

— Лорд Лестрейндж, миледи, — поприветствовал нас целитель, одновременно окидывая лежащего на диване Рабастана цепким взглядом.

— Мистер Фасмер, мой брат ранен, я прошу вас осмотреть его, — прерывающимся от волнения голосом попросил Родольфус.

— Разумеется, — Фасмер склонился над бездыханным телом деверя, осторожно приподнял ему веко, проверил реакцию зрачка на свет, несколько раз провёл палочкой вдоль тела, задал несколько уточняющих вопросов и в конце концов удовлетворённо кивнул.

— Спешу вас успокоить, лорд Лестрейндж, непосредственной опасности нет. Ваш брат сильно оглушён, это главная причина, по которой он без сознания. Раны поверхностны, заживут быстро, сейчас я наложу мазь, а утром пришлю вам необходимые зелья и расписание приёма. Однако проследите, чтобы мистер Лестрейндж не поднимался с постели хотя бы до конца недели.

Фасмер ловко разрезал мантию Рабастана, осторожно снял рубашку и принялся смазывать раны остро пахнущей субстанцией. От резкого неприятного запаха меня затошнило. Я покачнулась. Родольфус, до этого внимательно следивший за манипуляциями Фасмера, мгновенно поднял голову и с тревогой взглянул на меня.

— Белла, с тобой всё в порядке? Ты так побледнела.

— Всё хорошо, — успокоила я мужа. — Голова закружилась.

— Вы не ранены, леди Лестрейндж? — спросил Фасмер.

— Говорю же, нет. Со мной всё в порядке, — рассердилась я. — Всему виной отвратительный запах вашего чудо-лекарства.

— Запах действительно специфический, — согласился Фасмер. — Это листья алихоции. Но эффект мази вы увидите уже завтра.

— Спасибо, мистер Фасмер, сколько я вам должен, с учётом срочности и позднего времени? — спросил Родольфус.

— Нет-нет! — целитель вскинул руки. — Любая помощь Пожирателям Смерти оплачивается Повелителем.

Родольфус кивнул, крепко пожал Фасмеру руку, после чего целитель покинул нас, воспользовавшись камином. Муж повернулся к Нарциссе.

— Цисси, прости, если я был слишком резок.

Сестра ничего не ответила.

Родольфус приказал эльфам перенести Басти в комнату и уложить в постель.

— Я, наверное, не усну сегодня, — извиняющимся тоном сказал он мне. — Посижу в библиотеке.

— Составлю тебе компанию, — кивнула я. — Меня тоже в сон не клонит.

Родольфус благодарно улыбнулся.

Мы сидели у камина, пили вино, время от времени перебрасывались ничего не значащими фразами. Я приглядывалась к мужу. Он выглядел измученным и усталым (что неудивительно), но, слава Мерлину, его лицо оставалось обычным, не превращаясь в жуткую безжизненную маску, как после рейда к Блайтонам. И руки вроде бы он резать не собирался. Что ж, сегодня, с учётом условий Волдеморта, опыта Амелии и быстрого выхода Басти из строя бой был на равных, и мы победили в этом бою. Мы выжили, и это главное, решила я про себя. На войне как на войне.

Фасмер не ошибся — к утру Рабастан пришёл в себя. Безропотно проглотил лекарство, выразил недовольство постельным режимом, потом виновато спросил:

— Подвёл я вас, да?

— Нет, — твёрдо ответил Родольфус. — Это бой, в бою всякое может случиться. Тут скорее я виноват, не уследил.

— За мной не надо следить, я не младенец, — мгновенно набычился Басти.

— Всё обернулось к лучшему, — успокоила я деверя. — Эммелина так вдохновилась своим успехом, что потеряла голову и подставилась под заклятие. Амелия осталась одна и мы с ней справились. Считай, что ты пожертвовал собой ради нашей победы.

Рабастан недоверчиво взглянул на меня, потом улыбнулся. Родольфус взъерошил ему волосы, ещё раз напомнил о необходимости лежать, посоветовав не повторять его собственной ошибки после бегства из Азкабана, и мы оставили Басти одного.

После того, как в доме появилась кошка, Петтигрю больше не пытался лезть в нашу компанию, и мы снова стали собираться вместе за столом. Правда, взглянув на сестру, я подумала, что как раз сегодня нам стоило бы остаться у себя. Нарцисса ещё не