Министры финансов - Александр Владимирович Пачкалов

взглядов, я могу даже сказать, вообще не имеющего государственных взглядов… Что касается Ивана Павловича Шипова как человека вообще, то он, безусловно, честный и добросовестный человек; но он принадлежит к числу таких лиц, которые, как говорит французская пословица, любят есть в двух стойлах (a deux ratiliers). Шипов всегда поклоняется своему начальству, умеет ему кадить фимиам, но затем, когда это начальство несколько теряет свою силу, то он умеет от него постепенно и отходить. Государь император Николай II относился к Шипову, когда он был министром финансов, а затем министром торговли и промышленности, не особенно благосклонно. По поводу Шипова он сказал как-то раз, что он вообще не любит людей, которые не смотрят в глаза. В данном случае Его Величество ошибся, так как, хотя Шипов малый с хитрецой, но причина, почему он не смотрит в глаза, – чисто физиологическая: он не может смотреть в глаза просто вследствие недостатка в его зрении. Я, между прочим, помню такой эпизод, происшедший в Портсмуте. Когда настал критический момент и мне пришлось решать за всю Россию и потомство судьбу Портсмутского договора, то есть подписать его или не подписывать, и я его подписал, то Шипов, когда я вернулся домой, пришёл ко мне (в комнату), молча схватил мою руку, поцеловал её и ушёл. Я ужасно был этим смущён и удивился. Впоследствии, когда я спросил его об этом: что это вам вздумалось? Он мне отвечал, что не мог удержаться от восторга».

После Октябрьской революции Шипов дал указание прекратить обслуживание клиентов. Совет Государственного банка под председательством И. П. Шипова постановил не открывать в банке текущего счёта Совету народных комиссаров (СНК) как «учреждению, не пользующемуся правами юридического лица». В ответ была издана резолюция ВЦИК «О борьбе с саботажем чиновников Государственного банка», предписывавшая применить меры для немедленной ликвидации саботажа. И. П. Шипов был арестован по приказу Военно-революционного комитета в ходе «операции по овладению банками», некоторое время находился под стражей, но вскоре был отпущен. В 1917 году здоровье Шипова ослабло и у него случился сердечный приступ. По воспоминаниям прокурора В. Б. Лопухина: «…удар с ним (Шиповым) приключился после проигранного им сражения с Менжинским, прибывшим в банк с требованием передачи банка с его фондами большевистскому правительству». Саботаж сотрудников банка прекратился. Шипов переехал на юг России, где был членом Особого совещания при А. И. Деникине. В Ростове-на-Дону принимал активное участие в формировании Центрального управления Государственного банка. Точные обстоятельства смерти Шипова неизвестны. Умер он в 1919 или в 1920 году. По данным П. Л. Барка, Иван Павлович скончался от тифа в Екатеринодаре.

В своё время по поручению комитета министров И. П. Шипов подготовил книгу «Германская колонизация польских провинций Пруссии по закону 26 апреля 1886 года», также являлся автором ряда научных статей. Подпись Шипова как управляющего Государственным банком стоит на многочисленных кредитных билетах, выпущенных при Николае II и Временном правительстве.

Барк

Пётр

Львович

(Людвигович)

(1869–1937)

Пётр Львович Барк родился в Екатеринославской губернии. Дед был лютеранином, арендовал имение в Лифляндской губернии. Отец был управляющим лесничеством в Екатеринославской губернии, получил потомственное дворянство. Рос Пётр Львович в достаточно состоятельной семье, которая в 1879 году переехала в Санкт-Петербург.

Барк окончил гимназический курс в училище при лютеранской церкви, поступил на математическое отделение физико-математического факультета Санкт-Петербургского университета, но впоследствии перевёлся на юридический факультет, который успешно окончил.

После учёбы работал в Особенной канцелярии по кредитной части в Министерстве финансов. В 1890-е годы часто выезжал в командировки в европейские столицы, в том числе в Лондон, Амстердам, Берлин и др. В Германии изучал банковское дело в банкирском доме Мендельсонов, продолжительное время тесно сотрудничающем с Министерством финансов Российской империи. С. Ю. Витте впоследствии писал, что это именно он послал Барка к Мендельсону и что это «пошло Барку впрок».

Позже П. Л. Барк работал секретарём в управлении Государственного банка (у управляющего Э. Д. Плеске, к дочери которого неудачно сватался). В 1897 году был назначен директором Санкт-Петербургской конторы Государственного банка и её отделения заграничных операций.

Одновременно с этим Пётр Львович являлся председателем правления Учётно-ссудного банка в Персии. Находясь на этой должности, он инициировал переговоры о постройке дороги от русской границы в персидские города; обращал внимание на необходимость портового и дорожного строительства в Персии и др. Барк считал, что Учётно-ссудный банк Персии «служит не только для чисто банковских учреждений, но сверх того является политическим орудием».

В начале XX века был избран, с разрешения С. Ю. Витте, директором правлений общества Энзели-Тегеранской железной дороги и Персидского страхового и транспортного общества. В 1903 году по поручению С. Ю. Витте вёл переговоры с персидским шахом относительно железнодорожного строительства в Персии и предоставления ей русских займов. Также Барк совмещал свои должности с участием в правлении Русско-Китайского банка. В качестве представителя Госбанка входил в состав Особого совещания по пересмотру устава Санкт-Петербургской биржи. С 1906 году числился на службе в Министерстве внутренних дел и стал товарищем управляющего Государственным банком С. И. Тимашёва, параллельно оставался председателем Учётно-ссудного банка Персии.

В 1907 году, когда было принято решение заменить С. И. Тимашёва престарелым управляющим киевской конторой Госбанка Г. Е. Афанасьевым, Барк, опасаясь, что «вся тяжесть работ ляжет на его плечи», подал в отставку. В 1907 году избирается товарищем председателя фондового отдела Санкт-Петербургской биржи. В том же 1907 году становится директором-распорядителем и членом правления Волжско-Камского коммерческого банка, связанного с интересами императрицы.

В это время Барк поддерживает тесные отношения с французскими банкирами. Эти связи Петру Львовичу пригодились впоследствии. При нём Волжско-Камский банк возглавил консорциум из русских банков: Учётно-ссудного, Азовско-Донского, Международного, Русского для внешней торговли, Русского торгово-промышленного и Сибирского. В 1911 году П. Л. Барк принимал участие в акционировании газеты Суворина «Новое время», также вошёл в состав акционерного общества по разведению хлопка в Средней Азии.

С именем А. Л. Барка был связан скандал, произошедший в Волжско-Камском банке. Барк присвоил акции на крупную сумму, которые были записаны на имя жены бывшего товарища министра финансов П. М. Романова (по некоторым данным, она была любовницей Барка). Однако скандал был замят.

В 1911 году по приглашению П. А. Столыпина Пётр Львович вернулся на государственную службу товарищем министра торговли и промышленности С. И. Тимашёва, где занимался вопросами внешней торговли. По некоторым предположениям, эту должность Барк получил благодаря Г. Е. Распутину.

При переходе на государственную службу Пётр Львович сильно потерял в жалованье, оно сократилось