Библиотека Данталиона - Дмитрий Геннадьевич Мазуров

— Фух, — выдохнул Ренар, вытирая пот со лба. — Надеюсь, в этот раз это точно всё.

— Но ты справился, — заметил я.

— Благодаря тебе, — он посмотрел на меня с благодарностью. — Твои слова… они помогли.

— Ты справился сам, — отмахнулся я. — А если бы и нет, то я бы помог. Сейчас мы все в одной лодке.

— В одной лодке, — повторила Солани, и в её голосе послышалась усмешка. — Интересно, сколько нас ещё осталось?

— Катарос, Голд, Сэнд, Флюмен, Сефаро, — перечислил Ренар, загибая пальцы. — Адам где-то там.

— Много, — констатировал я. — Но до конца дойдут не все.

— Это точно, — кивнул Ренар. — Данталион не зря устроил эту бойню. Он хочет, чтобы к финалу осталось как можно меньше претендентов.

— И что нам делать? — спросила Солани.

— Идти дальше, — ответил я, глядя на дверь, которая проявилась в стене. — И не оглядываться.

Мы подошли к двери. Я положил руку на холодный металл, чувствуя, как мана пульсирует за ней.

— Готовы? — спросил я.

— Всегда готов, — усмехнулся Ренар.

— Готова, — кивнула Солани.

Я открыл дверь, и мы шагнули в новый коридор. Впереди было что-то новое. И я рад был принять новый вызов.

Глава 24

Мы шли уже около получаса. После выхода из прошлого зала библиотека преподнесла очередной сюрприз — вместо привычных коридоров и залов мы оказались в настоящем лесу. Высокие, древние деревья тянулись к небу, которого не было видно — только густая, плотная листва, сквозь которую с трудом пробивался серебристый свет, такой же, как и везде в библиотеке. Корни деревьев переплетались, создавая причудливые арки и тоннели, а кора источала слабый свет, отбрасывая странные, движущиеся тени.

— Мне это не нравится, — тихо сказал Ренар, идя чуть впереди и оглядываясь по сторонам. Его рыжая шевелюра была взъерошена больше обычного. — Слишком тихо. Даже насекомых не слышно. В нормальном лесу всегда кто-то шуршит, стрекочет, ползает. А здесь — ничего. Будто всё живое разбежалось или было съедено.

— А мне больше интересно, откуда тут вообще лес? И главное — зачем? — задала резонный вопрос Сильвия.

— Может его используют для выделки бумаги, из которой и создают книги. А вообще, я тут уже ничему не удивляюсь. Библиотека создаёт то, что хочет, — пожал я плечами. — Сейчас она хочет лес. Значит, здесь есть что-то, что должно нас проверить.

— Или кто-то, — мрачно добавила Солани.

Я чувствовал её напряжение — оно было почти осязаемым, как натянутая струна. Девушка не привыкла к открытым пространствам. Её стихией были тени, узкие коридоры, города, где можно спрятаться, раствориться, стать незаметной. Лес же давил на неё, заставлял нервничать, потому что здесь опасность могла прийти с любой стороны — сверху, снизу, из-за каждого ствола. Её рука лежала на рукояти клинка, и я видел, как её пальцы чуть заметно подрагивают.

— Чувствуешь? — спросил я, когда мы остановились на небольшой поляне, окружённой особенно толстыми деревьями.

— Магию? — она нахмурилась, прикрывая глаза. — Да. Она здесь другая. Более… живая, что ли. Будто сам лес дышит. И у этого дыхания есть пульс.

— Не только лес.

Я указал вперёд, туда, где деревья росли особенно густо, переплетаясь ветвями, словно старались закрыть проход. Между стволами, в туманной дымке, висевшей над самой землёй, виднелись странные очертания. Сначала я подумал, что это просто гнилая листва или грибница, но, присмотревшись, понял — паутина. Огромная, плотная, она оплетала стволы деревьев, создавая настоящие стены из серебристо-белых нитей. Каждая нить пульсировала слабой магией, и чем дальше мы смотрели, тем больше паутины становилось. Она свисала с ветвей, стелилась по земле, обвивала поваленные стволы, превращая лес в гигантское, зловещее логово.

— Чья-то территория, — прокомментировал Ренар, присвистнув и почесав затылок. — И хозяин явно не хочет гостей. Или, наоборот, очень хочет — но в качестве обеда.

— Значит, это проблема паука, а не наша, — ответил я, делая шаг вперёд, стараясь ступать так, чтобы не задеть ни одну из нитей, лежащих на земле.

Мы двинулись в обход самых густых зарослей паутины, но лес сгущался, и с каждым шагом обойти препятствия становилось всё сложнее. Нити тянулись над головой, под ногами, между стволами, создавая настоящий лабиринт, в котором легко было заблудиться. Я то и дело останавливался, проверяя направление, но ориентиров здесь почти не было — только бесконечные деревья и бесконечная паутина.

— Фауст, — позвал Ренар, остановившись и подняв руку, призывая нас замереть. — Смотри.

Я подошёл ближе, стараясь ступать бесшумно. Впереди, на небольшом возвышении, куче из переплетённых корней и упавших веток, среди особенно плотного переплетения паутины висело нечто, напоминающее кокон. Огромный, почти в рост человека, он был сплетён из плотных, многослойных нитей. Внутри что-то двигалось — я видел слабые, ритмичные подёргивания.

— Там кто-то есть, — сказала Солани, и её голос стал тише, почти шёпотом. Её глаза, привыкшие работать в полумраке, вглядывались в кокон. — Я чувствую магию.

Три лезвия бесшумно выскользнули и застыли в воздухе рядом со мной, готовые к немедленным действиям.

— Стоит проверить. Если там пленник — мы не можем пройти мимо. Не то чтобы я беспокоился о конкурентах, но если там окажется наш знакомый, жаль будет его потерять…

Я осторожно приблизился к кокону, стараясь не касаться паутины, которая покрывала всё вокруг. Нити были липкими — я почувствовал это, когда рукав куртки едва задел одну из них, и ткань противно заскрипела, натягиваясь. Если бы я зацепился сильнее, меня бы приклеило. Внутри кокона действительно кто-то был — я видел очертания тела, слышал слабое, прерывистое дыхание, похожее на всхлипы.

— Помогите, — раздался тихий, едва различимый голос. Он был хриплым, будто человек долго кричал или пил очень мало воды.