Неправильный - Валерий Александрович Гуров

— Хочу, товарищ полковник.

— Ты, вот, скажи мне, старшина — куда ж это ты там вляпался вдругорядь? Меня — аж оттуда! — палец его указывает куда-то вверх, — за тебя спрашивали!

— Ну, товарищ полковник, раз тут сейчас сижу — стало быть, не так-то всё и плохо!

— Шутник ты, Васин… Ох, не доведёт эта твоя привычка до добра — помяни моё слово!

Пожилой ефрейтор приносит чай, разливает его по стаканам.

— С чем сейчас-то пожаловал?

Подробно рассказываю ему о цели своего визита, умолчав, разумеется про Машу.

Дерягин качает головой.

— Ну, отряд-то, мы и сами как-нибудь сформируем, люди-то есть… И опыт уже какой-никакой наработали. А вот куда тебя лихая в очередной раз занесет? А⁈ Но, в любом случае — удачи тебе, Васин! Земля круглая — встретимся ещё. Глядишь, в следующий раз уже и петлицы у тебя другие будут!

Возвращаюсь в землянку — тут меня уже тоже ждут. Поясняю, что все нужные бумаги будут оформлены в самое ближайшее время, комполка не возражает.

Спать! И так уже ноги не держат…

За спиною остался мой полк. И пусть он был моим пристанищем не такое уж и долгое время — а к людям я привык. И расставаться с ними… тяжко…

Ну, посмотрим, что меня будет ждать на новом месте!

Глава 27

Пересадка мне предстояла на узловой станции, где следовало найти поезд до станции поменьше, а уж оттуда добираться на транспорте. В принципе, по времени я вполне успевал, так что, выяснив время отправления нужного поезда, уже по привычке заворачиваю в парикмахерскую. Благо, она тут недалеко от станции, и я не потрачу на это много времени.

Зато буду чисто выбрит и, явившись по новому месту службы, не буду выглядеть каким-то неряхой.

Стоит ли описывать весь процесс? Наверное, нет… каждый, кто хоть раз вот так брился, помнит его в деталях.

А вот на выходе меня ожидал сюрприз!

В виде комендантского патруля!

Командовавший им лейтенант, представившись, сухо требует у меня документы.

И я как в воду смотрел — он интересуется необычным текстом в командировочном предписании.

Вместо стандартного «выполнение задания командования’там написано — 'для проведения инструктажа личного состава». И естественно, всякое отклонение от установленного порядка его заинтересовало.

— Это как прикажете понимать? — интересуется лейтенант.

— Там, товарищ лейтенант, все написано… — по возможности вежливо отвечаю я.

— Что значит — инструктаж? На какую тему?

— Это, товарищ лейтенант, наверное надо спрашивать у того, кто такое написал…

Не убедил — топаем всей толпою в комендатуру.

Ну, хоть оружие не забрали… Автомат у меня в рюкзаке, разобран и завернут в чистую тряпицу. А поскольку мои вещи никто не досматривал, то и его не нашли.

В комендатуре меня усадили на лавочку… и забыли. Просидев так около часа, понимаю, что шанс опоздать на поезд достаточно велик и с каждой минутой увеличивается. Поэтому вежливо интересуюсь у помдежа — как скоро дойдёт очередь до меня?

Он некоторое время смотрит на меня малость ошалевшими от недосыпа глазами.

— В смысле? А что вы тут вообще делаете? Я думал — ждёте кого-нибудь!

Показываю ему своё командировочное предписание и объясняю причину задержания.

Младший лейтенант вздыхает: «Давайте сюда…»

Размашисто пишет на обороте — «Проверено. Замечаний нет.» Ставит подпись и шлёпает сверху печать.

— Можете быть свободны, товарищ старшина!

Да уж точно тут не задержусь и не ждите…

На поезд я успел почти вовремя — за десять минут до отхода.

Усаживаюсь на место, задвигаю рюкзак под лавку и откидываюсь на стенку. Поспать? В принципе… почему бы и нет? Проводник в курсе моего места назначения — я специально с ним на эту тему переговорил… вздремну!

Ничего интересного в дороге не произошло, и вскоре я уже стою на платформе, провожая взглядом уходящие вдаль вагоны поезда.

Всё… надо искать транспорт.

— Располагайтесь, товарищ старшина!

Сержант открывает дверь барака и указывает мне на вторую слева комнату.

— Это ваша. Туалет на улице, умывальник в конце коридора. Столовая — вперёд по дороге метров триста и налево свернуть — там уже и сами найдёте.

Комната каким-либо особым убранством не отличается. Стандартная армейская кровать, стол, два стула и шкафчик для одежды. На столе графин с водой и три стакана — вот и вся посуда, что здесь имеется.

Слева от двери — вешалка.

Сегодня я ещё могу хорошенько выспаться, а вот с завтрашнего утра всё и начинается…

Проснулся я, однако, от того, что где-то раздались выстрелы. Не одеваясь, нашариваю рукоятку пистолета и прижимаюсь к стене около окна. Тихо… притихшие на какое-то время ночные обитатели леса понемногу снова заводят свои песенки.

Хм… Что-то я даже у нас в полку (а он-то куда ближе к передовой) такого не встречал. Или у них тут учения такие?

Взгляд на лежащие на столе часы — половина третьего ночи, однако!

Первое, с чего тут вообще все началось — это с переодевания. Ещё перед завтраком боец принёс мне эту одежку и пояснил — здесь все одеваются одинаково. Свою форму я убираю в принесённый вещмешок, подписываю бирку — и провожаю взглядом. Унесли…

Завтрак… ну, он тут точно такой же, как и у всех. Так и не удивительно — с одних и тех же, наверное, складов кормимся.

— Будем знакомы — военинженер Оленев! — представляется нам пожилой преподаватель.

Никаких знаков различия у него нет. Как, впрочем, и у нас –все одеты в одинаковые серые комбинезоны. А вот оружие –тут отличия есть. Маузера, как у меня, тут ни у кого не видно. Всё больше наганы или «ТТ», но у пары человек замечаю на поясе нехарактерные очертания кобуры — у них явно что-то нетабельное. А у одного — так сразу два пистолета — почему?

— Итак, товарищи курсанты, у меня есть пока — пока! — один вопрос, — обводит взглядом класс преподаватель. — Что вы слышали ночью?

Класс — это вообще-то громко сказано. На школьный класс это непохоже совершенно. Скорее уж — на большую комнату. И парт тут не имеется — столики на одного человека. И расставлены они как-то… непривычно…

Однако ж — вопрос задан! И надо отвечать!

Поднимаю руку — кстати, не я один!

— Прошу! — кивает на кого-то преподаватель.

С места