Грибник или партизан поневоле - Александр Анатольевич Айзенберг

Житомир, штаб оперативной группы РСХА. 15 февраля 1942 года, 04:00.

Смена караула проходила строго по уставу — каждые два часа. Разводящий ефрейтор СС с двумя солдатами вывел смену из караульного помещения во двор особняка, намереваясь сначала сменить внешний периметр.

Подходя к калитке, ефрейтор посветил фонарем. Наружный часовой не стоял на посту — он лежал у забора, полузасыпанный свежей январской поземкой.

— Вайс! Ты что, уснул⁈ — гаркнул разводящий, подбегая к солдату.

Но Вайс не отклинулся. Его тело уже успело закоченеть на лютом морозе, а глубокий порез на шее заплыл темным льдом. Спецназовцы «леших» сняли его бесшумно, со спины, завалив в сугроб у забора.

— Тревога! — закричал ефрейтор, взводя затвор. — Пост убит!

Солдаты с оружием наперевес рванули в особняк, поднимая на ноги дежурную группу. Поднявшись на второй этаж, чтобы предупредить руководство, они споткнулись о второго мертвого часового, лежавшего прямо на паркете возле дверей кабинета начальника разведки.

Дверь выбили с ходу. Внутри стояла давящая тишина. Рабочий стол был пуст, а папки с оперативными делами, персональные шифры и сам бригадефюрер СС Вальтер Шелленберг просто исчезли.

Единственное, что обнаружили эсэсовцы на полированном столе — это аккуратно сложенный мундир Шелленберга с нацистской орлиной кокардой, к которому боевым ножом была приколота короткая фанерная табличка. На ней чернилами было выведено:

«Вальтер уехал в Москву на повышение. Не ищите. Гридень».

Берлин. Принц-Альбрехт-штрассе, 8.

Гиммлер слушал экстренный доклад из Житомира, и его руки, держащие телефонную трубку, колотила крупная, непрекращающаяся дрожь.

Мюллер — пропал. Шелленберг — эвакуирован диверсантами или сам перебежал к русским вместе со всей агентурной сетью SD в Европе и Америке. Полтора полка СС разгромлены в житомирских болотах, а фюрер дал ему всего месяц на «очистку тыла».

— Это предательство… — задыхаясь, просипел Гиммлер в пустую комнату. — Он предал Рейх. Он сбежал…

Гиммлер понимал: если Гитлер узнает, что начальник внешней разведки РСХА сейчас дает показания Берии и Судоплатову на Лубянке, то расформируют само СС, а его, рейхсфюрера, отправят под трибунал за государственную измену и халатность.

— Объявить Шелленберга пропавшим без вести в бою! — срываясь на фальцет, заорал Гиммлер в трубку житомирскому генералу. — Засекретить все его архивы! Любого, кто заговорит об его исчезновении — к стенке без суда!

Москва. Лубянка. 16 февраля 1942 года.

Спецсамолет Ли-2, приземлившийся на аэродроме под Москвой, доставил Шелленберга прямо в распоряжение Особой группы НКВД. В кабинете Берии за столом сидели сам Лаврентий Павлович и Павел Судоплатов. Рядом с Берией замер капитан НКВД — переводчик Особой группы. Напротив них, в отглаженном гражданском костюме, со стаканом горячего чая в руках, спокойно, и даже можно сказать вальяжно, сидел Вальтер Шелленберг. На столе перед Берией лежала пухлая папка с шифрами и списками агентуры SD.

— Ну что, господин Шелленберг, — Берия чуть прищурился сквозь пенсне, перелистывая страницы с немецкими фамилиями и явками в Берлине, Лондоне и Вашингтоне.

Переводчик негромко, быстро и точно перевел слова Наркома на идеальный литературный немецкий.

— Подарок вы привезли солидный, — продолжил Берия. — Известно ли вам, что ваш коллега Мюллер уже два месяца как «работает» на нас из внутренней тюрьмы?

Шелленберг легонько улыбнулся и пригубил чай, отвечая по-немецки:

— Я догадывался, Лаврентий Павлович. Генрих всегда был слишком практичным человеком, чтобы умирать за идеи фюрера. Но мой подарок… шире. Я передаю вам не просто гестапо. Я передаю вам всю архитектуру нашей внешней разведки.

Капитан мгновенно перевел ответ Берии. Лаврентий Павлович посмотрел на Судоплатова, и тот едва заметно кивнул.

— По расчетам Гридня, к весне под его методику мы формируем двадцать новых бригад, — добавил Судоплатов, обращаясь к Шелленбергу на хорошем немецком. — По его плану, этого хватит, чтобы полностью перекрыть тылы группы армий «Юг». С вашей информацией, Вальтер, мы сможем парализовать работу РСХА еще до того, как немцы поймут, откуда пришел удар.

— Я на это и рассчитываю, — ответил им Шелленберг. — Германия проиграла. Теперь вопрос лишь в том, насколько быстро и с какими минимальными жертвами закончится эта бойня.

Лондон. Даунинг-стрит, 10. Подземный военный кабинет. Март 1942 года.

Уинстон Черчилль сидел во главе стола, сжимая в зубах полуистлевшую гаванскую сигару. Перед ним лежала пухлая папка с грифом «Top Secret. For Prime Minister’s Eyes Only», подготовленная MI6 и Объединенным разведывательным комитетом.

Напротив премьер-министра замерли начальник штаба Имперской обороны генерал Брук и руководитель Секретной разведывательной службы (MI6) Стюарт Мензис.

— Стюарт, — Черчилль выпускает густое облако сигарного дыма и тяжелым взглядом смотрит на шефа разведки. — Объясните мне еще раз, потому что я, кажется, стал плохо понимать английский язык. Вы хотите сказать, что русские не просто удержали Ленинград, а полностью смели восемнадцатую армию немцев за три недели?

— Именно так, господин премьер-министр, — ответил Мензис, поправляя галстук. — Наша агентура в Берлине и Стокгольме подтверждает: немецкий фронт на Севере и под Москвой не просто отодвинут. Он разваливается изнутри. В тылу у немцев происходит нечто, не имеющее аналогов в военной истории.

Мензис открыл папку и выложил на стол аэрофотоснимки и расшифровки радиоперехватов:

— Это не партизаны в привычном понимании, Уинстон. По нашим данным, НКВД создал и поставил на конвейер дивизии специальных диверсионных сил. Они работают с хирургической точностью: заварка термитом замков тяжелых орудий, синхронное уничтожение аэродромов, ликвидация штабов. Они лишили Вермахт осадной артиллерии и авиации под Ленинградом буквально за двое суток.

Черчилль медленно опустил сигару в пепельницу. Его лицо помрачнело.

— А что слышно о немецких спецслужбах? — подал голос генерал Брук. — Разве Гиммлер и Канарис не пытаются перекрыть эти выходы?

— В том-то и дело, генерал, — хмуро усмехнулся Мензис. — В Берлине паника, граничащая с безумием. По нашим каналам прошла информация, что в Житомире без вести пропал Вальтер Шелленберг — начальник внешней разведки SD. А до этого из Берлина «испарился» Генрих Мюллер. Немцы пытаются это скрывать, но факт остается фактом: разведка и контрразведка Рейха на Восточном фронте фактически обезглавлены.

— Боже правый… — тихо пробормотал Брук. — Сталин выбивает у них зубы и мозги одновременно.

Вашингтон. Белый дом. Овальный кабинет.

Франклин Делано Рузвельт сидел в своем кресле-каталке у окна. Напротив него стоял специальный помощник Гарри Гопкинс и глава только