Небесный всадник. Том 7 - Кирико Кири

находится несколько баронств и в одном из них вспыхивает, то очень быстро все оказываются заражёнными и сложно сказать, с какого началось. В то же время благодаря некоторым источникам было известно, что первые вспышки здесь произошли конкретно в столице герцогства, а не где-то на окраине. Потому логично предположить…

— Будь просто очень аккуратен, потому что на тебе три Небесных Всадницы.

— На мне?

— Ты организатор группы, тебе за них и отвечать, — кивнула Серафина. — Можешь отдохнуть и выдвигаться. Советую делать это днём, потому что ночью быстрые мертвецы особенно активны.

В этот момент я даже успел пожалеть, что не послушал Аэль. Так бы двинулись туда вдвоём, а здесь я как бы отвечаю за людей, за других, а значит моё решение — это не только моё, но и всех. И уже не прокатит отмазки, что тут каждый сам за себя решает.

— А можно я тогда возьму в помощь Вольфгана? Он всё равно особо ничем не занят, — попросил я.

— Как это, не занят? Занят. Сторожит Ози, — вернулась к документам Серафина.

— У меня в баронстве? — удивился я.

— Разве не ты просил выделить тебе силы, чтобы оборонять твоих людей? Я выделила. Причём одного из сильнейших, не будет грешно сказать. Уж кто-кто, а с ним она будет точно в безопасности.

— А она?

— Он ничего ей не сделает. Вольфган не дурак, хоть очень старается на него походить, — ответила Серафина. — И пусть он ненавидит другие расы, во вред своим он действовать не будет.

А вот Ози может! Я в ней сомневаюсь, она же там без тормозов может быть, решит показать, кто здесь хозяйка и пошло-поехало.

Но оставалось уповать на выдержку верзилы, который провёл столько лет в зазеркалье и не свихнулся. Ушастую-то он, надеюсь, сможет выдержать недельку другую.

Уже на следующее утро мы вылетели по направлению к герцогству. Оно располагалось от нас через земли графства, принявшего на себя главный удар по пути в столицу и наполовину вымершего. Мы там жгли и жгли нежить, а виверны дежурили буквально круглые сутки, постоянно отбивая группы зомби. В этом плане император не выпендривался и выделял всё, что мог выделить, чтобы удержать империю на плаву.

Но герцогство…

Его город, Тифенфельд считался одним из самых крупных в империи. Тысяч сто городских там точно было, центр ремесленных мастерских, источник новых мастеров, лучшей мебели Нарианской империи, обитель многих мыслителей и инженеров. Его ценность было нельзя переоценить. Да, может он и не был единственным, но даже десять процентов — это было огромное количество, которое аукнется империи на многие десятилетия, если не века.

Плюс близость к столице.

Так что спроси меня, куда стоит ударить, чтобы империю парализовало, я бы без сомнения в числе первых назвал бы и этот город.

Тифенфельд не располагался на склоне, как Дракархейм, и занимал обширные равнины, постоянно разрастаясь вширь, и только старые стены, идущие через город, напоминали о его первоначальных размерах. С трёх сторон его окружали леса, и только на юг тянулось широкое поле, давно приспособленное под пашни. Там дальше вообще сплошные луга начинались, а иначе его было не прокормить, однако именно рядом с городом леса оставили почему-то.

Его главный замок, семейное гнездо герцога, было видно задолго до того, как мы смогли различить сами дома. Высокий замок, пародия на Диснеевский, возвышался над равнинами. Только теперь, даже в свете солнца он вызывал скорее внутренний ужас, чем восторг. От него разило смертью и облака летающих по кругу над шпилями ворон лишь добавляли образ места, где обитает только смерть.

Что ж, не в первый раз мне с ней здороваться, так что уверен — будет страшно интересно.

Глава 177

Вольфгану было скучно. Даже можно было сказать, что он немного грустил. У него не было дракона, у него не было вылетов, у него не было сражений. Тоска становилась главным врагом, от которой не было спасения. Даже эпидемия безумного голода, и та протекала мимо…

До этих пор.

Ну а теперь он мог хоть как-то развлечься. Конечно, не те битвы, что гремели в его прошлом, но тоже неплохо. Порубить капусту было иногда так же весело, как и обычных солдат.

Поэтому он летел неспеша, лениво оглядывая землю под собой. Когда видел бродящую нежить, спрыгивал и рубил её. Один раз ему даже удалось напасть на небольшую орду из ста голов. Спрыгнуть перед ними и рубить тварей быстрыми и широкими ударами меча было отдельным видом удовольствия. Чувствовать, как каждое тело отдаётся в рукоять, когда клинок входит в плоть и рубить мышцы с костями, это приятное лёгкое сопротивление, когда меч проходит через очередное тело, разрубая его на две части.

По два, три тела, иногда сразу четверо — даже скорость не спасала мёртвых. Более того, она упрощала всё в несколько раз: не надо было догонять или ждать, когда они подойдёт. Сами прыгали на клинок. А после окидываешь взглядом дорогу или поле, заваленное трупами и залитое кровью, и на душе спокойно становится. Идёшь по телам, как по траве, чувствуя, как ломаются уже мёртвые кости и давится плоть, от чего испытываешь отдельное удовлетворение от проделанной работы.

Именно по этой причине он прилетел к баронству достаточно поздно. Только на следующий день к полднику, застав пустые дороги и деревни.

Это было непривычное зрелище. При такой тишине обычно Вольфган привык наблюдать разрушенные деревни, выжженные и разорённые, но перед ним была обычная деревня, тихая спокойная и целая, будто все жители пропали просто по щелчку.

Слишком тихо.

Но вот где было громко, так это около единственного замка на округу, вокруг стен которого собралась орда голодных тварей. Их рёв, вой, какой-то общий хор нечеловеческих звуков стоял на всю округу, привлекая всё новых и новых тварей. Они карябали когтями каменные стены, тщетно бились в крепкие стены и ворота, не в силах попасть внутрь и в то же время, не выпуская кого-либо наружу. Их было много, слишком много даже на Вольфгана, и он это прекрасно понимал. Они просто накроют его волной, сметут, не оставив шансов.

Но с другой стороны, так даже интереснее.

Деревня явно оборонялась до последнего, прежде чем отступить за каменные стены. Вокруг неё были наспех возведены деревянные стены, которые теперь местами были разрушены. То тут, то там стояли баррикады, забрызганные кровью, тела ходячих мертвецов лежали повсюду.

Идя по дороге прямиком к стенам замка, он собирал на себя отставших и бесцельно бродящих одиночек. Словно