Небесный всадник. Том 7 - Кирико Кири

Такими темпами мы даже вышли к темнице, где нас застали пугающие картины. Ну как пугающие, заставляющие задуматься о последних секундах тех несчастных, кому не повезло здесь оказаться. Мы видели покончивших жизнь самоубийством людей, которые сами себя заперли в камерах от зомби. Особенно поразила картина: мужчины и женщины, оба голые, которые лежали друг на друге в одной из запертых камер с перерезанным горлом. Рядом лежал нож.

— Ну… ушли почти счастливыми, — хмыкнула Рондо. — Это даже романтично.

— Мог убить и ударом в сердце, чтобы не мучалась, — вздохнула Аэль. — А так это же ты ещё понимаешь, что умираешь…

Не менее неприятная картина нас встретила в комнате для допросов. Там к столу цепями были прикованы… руки и ноги. То, что осталось от тела: обглоданный череп, рёбра, грудина и другие кости были разбросаны по комнате. Здесь же обгладывали останки двое зомби.

Не хочу даже представлять последние минуты человека, который был прикован к столу и ничего не мог сделать, когда его начали тупо жрать, а он и сопротивляться не мог.

Но все эти открытия не приводили нас к ответу, где и как началось заражение. Мы бродил, находили винные погреба, склады, где хранились посевы, комнаты, заваленные мебелью, но ни намёка, что именно отсюда начался очаг зомбиапокалипсиса.

А значит теперь настал черёд подняться наверх.

— А зачем тебе на кухню? — спросил Флория, когда мы вышли обратно в холл. — Думаешь, всё началось с еды?

— Возможно, — пожал я плечами. — Отравленное или заражённое мясо, съеденный кусочек, после чего целая цепочка смертей, которая и привела нас к подобному. Вы же заметили? Всё выглядит так, словно мертвецы не вломились в замок, а наоборот, вышли из него на улицы.

— Ну найдёшь ты что-то, а как поймёшь, что это именно то? — спросила Рондо с усмешкой.

— Тебя покормлю и посмотрю что будет, — пообещал я. — Где тут кухня?

Наше путешествие по замку продолжалось. Я даже был не уверен, что мы успеем за сегодня всё обойти, настолько был он огромен. Не помешал бы проводник, однако те, кто мог что-то рассказать, теперь бегали и ели себе подобных или были съедены сами, так что…

Сопротивления почти не было. То, что было, и таковым назвать было невозможно. Ну от силы по пять-шесть зомби одновременно выскакивали, однако это было вообще ни о чём для четырёх всадников.

Теперь, переместившись на верхние уровни, чаще попадались зомби-слуги. Женщины, мужчины, совсем юные и почти старики, что не мешало последним бегать так же бодро, как и остальным. Хотя и не всё было столь гладко…

— Можешь поцеловать его, — оскалилась Рондо, когда я нагнулся над одним из тел. — вдруг чары снимешь и он станет нормальным человеком.

— Могу тебя поцеловать, если ревнуешь, — отозвался я.

— Избавь меня от этого…

— Ты что-то нашёл? — присела рядом со мной Флория.

Тут же рядом засуетилась Аэль, которая повторяла один и тот же вопрос: «Что там? Что там такое⁈»

На полу лежал зомби юноша. Вторичная мутация была видна невооружённым глазом: глаза пронизанные капиллярами, кривые зубы, губы, которые пожевали. Но привлекло меня не это, а его шея и пальцы на руках. На вторых фаланги будто начали меняться, становиться кривее и массивнее в то время, как когти толще и длиннее, как у какого-то зверя. Но куда интереснее выглядели изменения на теле.

Я рывком порвал его рубаху распахнув грудь. Вроде нормальная, если не считать фиолетовые оттенок и выпирающие рёбра. Нет, это не парень похудел, это рёбра стали больше, будто раздувались. Перевернул на спину и увидел, что там кожу порвали наросты, которые росли из позвоночника.

— Они мутируют… — пробормотал я.

— Всё очень плохо? — спросила негромко Флория.

— Хорошим точно это не назвать. Первая стадия — это только что ожившие мертвецы. Медленные и обычные. Вторые — это быстрые, у них уже видны изменения в глазах и во рту. А сейчас это, — кивнул я.

— Ну разросшиеся рёбра — это ведь не страшно? — поинтересовалась Аэль.

— Сами рёбра — нет, но мне что-то подсказывает, что он просто не мутировал до конца следующей стадии. Если первые медленные, вторые ускоряются и их пасть деформируется, сложно предположить, как будут выглядеть те, что на третей стадии.

— И до каких пор это будет продолжаться? — Флория потыкала пальцев в костяные выросты из кожи, хорошо что в перчатках.

— Не знаю. Пока они не станут похожи на гулей?

Тут гули были, и выглядели они не ахти как. Такие твари, которых как будто заковали в их же собственный скелет. То есть кости снаружи, и между ними натянута шкура. Выглядело отвратительно по рисункам, пусть вживую я их не видел. Может так гулями и становятся? А что, никто же не знает, откуда они берутся.

— Интересно было бы взглянуть на третью стадию во всей красе, — произнесла Рондо. — Можно отловить одного и запереть в клетке, чтобы посмотреть, что будет.

— Или спросить у Вольфгана, — предложила Аэль. — Он говорил, что эта болезнь называется «безумным голодом».

— Если бы они оставались медленными мертвяками или хотя бы быстрыми, — ответил я. — А тут полноценная гулификация, как не посмотри.

Обследование замка. Можно было, конечно, идти и по главному коридору, однако мы искали кухню, это прямо в обязательном порядке было нужно, чтобы проверить абсолютно всё. Попутно я всё больше убеждался, что заражение пошло именно с замка. Мы не встретили ни разу на своём пути ни баррикад, ни запертых дверей на верхние этажи, что было бы логично: прорвись сюда зомби, люди успели бы поднять тревогу и запереться. А значит были на правильном пути. Оставалось понять, куда он нас приведёт.

— Я нашла! Я нашла! Самсон, Флория, Рондо, я нашла! — коридоры огласил радостный голос Аэль.

Естественно, к нам тут же сбежались и зомби со всех этажей, но их истребление стало рутиной для нас. Удар за ударом, порез за порезом, и вот только трупы лежат у ног. Я даже беспокоиться перестал. Как комара прибить.

Главное, что мы вышли на кухни. Причём, учитывая, на каком этаже они расположены, работали они явно для господ, что сверху. Блин, такая кухня, что мне даже завидно стало, если честно.

Вытянутая, словно коридор, с одной из сторон окна, несколько печей, ряды столов, куча всяких кухонных принадлежностей. Здесь же бочки с водой, камера со льдом, который почти растаял, служивший морозилкой, где висели туши, на полках разные, временами достаточно редкие продукты. На столах наполовину