Небесный всадник. Том 7 - Кирико Кири

Доберись они до Вольфгана, и сожрут так быстро, что он даже обратиться не успеет — просто ничего не останется. Но это, если они доберутся. И если смогут прогрызть крепки металл, что очень и очень навряд ли.

К тому же Вольфган тоже умел слишком быстро бегать для своих размеров, и его поди поймай ещё.

Так он и работал, отступал и рубил, отступал и рубил. Через дома, через заборы — везде, где зомби не могли просто бежать напрямую и спотыкались, становясь лёгкой мишенью.

Женщины, мужчины, старики, кстати, очень забавно бегали: вон старуха, скрюченная в вопросительный знак бежит так, что молодые позавидуют, перепрыгивая заборы слишком добро. Но как говорится, нету ножек — нет пробежки. Самыми неприятными противниками оказались зомбированные дети — маленькие и юркие, по ним было слишком сложно попасть. Иногда приходилось топтать как тараканов.

Нормальный человек выдохся бы уже давным-давно, но Вольфган и не был технически человеком. Поэтому же сумерки опустились, уже небо окрасилось в тёмно-синие цвета, а он продолжал рубить. Закончил уже под ночь, когда только небо было единственным источником света.

Сколько он убил? Много, там речь шла на сотни, если не тысячи… Хотя тысяча точно была, вот только точно сколько? Ему было прямо-таки интересно, когда он брёл к замку, где горели факела и стояла стража, волоча за собой меч, который оставлял глубокий порез на земле.

— Я Вольфган, Небесный Всадник из столицы. Открывайте ворота! — рявкнул он, остановившись у входа. Уставший и довольный, больше всего он хотел помыться, пожрать, потрахаться и поспать. И завтра можно будет начинать заново.

Только ворота никто не открыл. За то на стене появилась серокожая особа, которую он уже видел несколько раз. Да, у парня, конечно, вкусы специфические.

— А ты что тут забыл⁈ — визгливый голос разбил тишину успокоившейся ночи.

— Твою задницу прислали охранять! Давай открывай, не испытывай моё терпение, женщина!

— Во-первых, девушка, придурок! Во-вторых, громкость убавил, здесь я командую!

— Тогда командуй, чтобы ворота открыли! — рявкнул он раздражённо. Ещё и пререкается…

— Когда скажу открыть ворота, тогда откроют!

И молчит. Просто стоит на стене, смотрит на него сверху вниз и молчит. Захотелось подняться и оторвать ей уши, а лучше надругаться, чтобы знала своё место. Мерзкое серокожее отродье совсем потеряло страх, и куда только это дрыщ смотрит? Явно не на её сиськи, которые и под лупой не разглядишь.

— Открывайте ворота! Впустите этого дуболома! — наконец крикнула со стены агадарка.

— Мразь… — фыркнул он.

Конечно, будь его воля, он бы ей шею свернул. Просто потому, что мог и она его раздражала. А лучше просто бы изнасиловал, чтобы знала своё место. Но это было бы грубо по отношению к его тупому и слабому, но тем не менее собрату по оружию. Нельзя трогать чужое, как говорится. Но выбор, конечно, странный. Вон можно было выбрать от той громкой метровки до настоящей сочной бабы, от сильной девахи до совсем леди — выбирай не хочу, а он остановился на этой… овце. Не ему осуждать, но это уже какое-то скотоложество прямо.

Ворота приоткрылись ровно настолько, чтобы он смог протиснуться мимо солдат, которые смотрели на него со страхом и трепетом. Вся площадь перед замком была забита людьми и импровизированными палатками. Необычное зрелище: чаще всего простой люд спасал сам себя.

На ходу Вольфган начал расстёгивать броню, роняя её прямо на камень. Откинул шлем, словно мусор, и когда к нему подбежала служанка, небрежно бросил:

— Отчисти доспехи и меч. И пусть приготовят ванну и пожрать, — но затем он задумчиво окинул служанку взглядом и добавил: — И пусть найдут двух женщин мне в комнату. Нет, трёх, я сегодня устал.

— Э! Это я тут приказы раздаю, слышь ты!

Они встали друг напротив друга. У агадарки аж уши подрагивали от злости. И не боится же его, видно, что хвост никто ей этот длинный не ломал — он не понаслышке знал, что если сломать его, то серокожую парализует от боли. Но делать он это воздержался.

— Тогда командуй, чтобы мне отчистили броню, дали помыться, принесли еды и женщин, — бросил Вольфган и пошёл в замок.

— Я с тобой не закончила!

А он повторял себе, что драконы не обращают внимания на лающих собак. Не обращают внимания… Сразу видно, что Самсон эту деваху не трахал, совсем одуревшая.

* * *

— Ачхи!

Я аж согнулся пополам, так пробило.

— Ты там не обращаешься? — пошутила Флория.

— Не, просто кто-то меня вспоминает.

— Вспоминает?

— Да. Я как-то слышал, что, если ты чихаешь, то тебя кто-то в этот момент вспомнил.

— Походу меня никто не вспоминает… — протянула лучница.

— И меня, — вздохнула Аэль. — Хотя оно и понятно, все давно мертвы…

— Умеешь ты, конечно, поднять настроение, — похвалил я. — Рондо, там наша мелочь раскололась уже?

— Сам ты мелочь, а это у нас Паэль, — с какой-то гордостью произнесла Рондо, заставив меня обернуться.

Мне кажется или с ней что-то не то? Просто обычно она язвительная вся, а тут как не посмотри сюсюкается с той, которую бы в лучшем случае другие всадницы просто бы там и оставили. Я с Рондо был не лучшими друзьями, конечно, многого не знал, но сейчас она заметно выделялась на общем фоне.

Мы брели по коридорам, уже попав в личные владения герцога. Нет, замок и так ему принадлежал, однако всё равно делился собой на уровни, где была административная часть, часть для приёма гостей и та, где жил сам правитель. И здесь всё заметно отличалось от остальных частей замка: стены из камня и тканей, пол из дерева и тканей, богатая мебель на каждом углу, позолоченные подсвечники, картины…

И кровь. То тут, то там. Можно было даже отследить, где случались нападения. Вот, например, лужа крови и видны следы ладоней на полу, словно умирающий пытался ещё ползти, когда его ели. А вот следы окровавленных ладоней на стене, будто кто-то облокачивался. Следы крови на дверях, перевёрнутая тележка с протухшими продуктами…

— Ого, вино Розы! — Аэль подняла бутылку. — Я слышала, таких осталось не более тридцати штук! А оно запечатано!

— Серьёзно? — покосился я на неё.

— Конечно, серьёзно, — улыбнулась Флория. — Им же это ни к чему, верно? Аэль, захвати, потом продигустируем.

Не знал, что наши всадницы ещё и мародёры. Но раз на то пошло, можно я подсвечники поотрываю со стен? Мне дизайн их нравится, и они бы отлично смотрелись у меня в поместье. И вот этот стул я бы себе тоже утащил…

Но наша