Его враг – его жена - Ника Давыдова

— Нет, просто в вашей душе настолько много Света, что вы можете эту энергию передавать другим. Но для вас это опасно, поэтому… надеюсь, больше таких ситуаций, в которой это понадобится, не произойдет.

Его большая ладонь вдруг накрыла мои руки, заставив крупно вздрогнуть от неожиданности. Я подняла на него взгляд и замерзла, увидев в карих глазах целый калейдоскоп эмоций, каждая из которых очевидно имела отношение ко мне.

— А Г-глава? Что с ней? — я быстро перевела тему разговора, потому что была пока откровенно не готова к той части, где мы решаем, что между нами теперь. — Что случилось с тем нечто в плаще? Оно уничтожено?

— Вы имеете в виду ту сущность, что напала на нас во дворе? Да, её больше нет. Судя по записям, которые мы изъяли, отступники долго искали способ придать Тьме околочеловеческую форму.

Аэлрик криво усмехнулся.

— В конце концов, людям всегда легче поклоняться чему-то, имеющему облик, не так ли? Легче идти за вождем, которого можно увидеть, даже если под его капюшоном — лишь пустота. Благодаря вашему импульсу, Шаэри, нам удалось разрушить эту оболочку. Тьма потеряла свой «рупор», свою материальную форму в нашем мире.

— Значит, мы победили? — я с надеждой заглянула ему в глаза. — Тьма исчезла навсегда?

К сожалению, ответ был не таким, как мне бы хотелось.

— Форма разрушена, Шаэри. Но сама Тьма… увы, она никуда не делась. Она — часть этого мира, его изнанка. Её нельзя выжечь до конца, как нельзя заставить солнце светить вечно, не уступая место ночи.

Я почувствовала, как по сердцу полоснуло разочарование.

— Как же так? — на глаза навернулись слезы. — За что тогда Хранители отдали свои жизни? За что боролись вы? Если всё осталось по-прежнему… Какой во всем этом был смысл?

Аэлрик крепко сжал мои ладони.

— Не говорите так, Шаэри. Тессарим в безопасности, отступники разбиты, их верхушка либо мертва, либо ждет суда в подземельях. Их тайны теперь у Хранителей, и мы знаем, как им противостоять. Тьма отброшена назад, она обескровлена и не сможет оправиться еще долгие, долгие годы. Это великая победа.

Он замолчал на секунду, подбирая слова.

— Добро в этот раз одержало верх. Но оно не может существовать без зла, как бы пафосно это ни звучало. Как день не может существовать без ночи, а свет — без тени. Весь наш мир стоит на этом хрупком балансе, который нужно постоянно поддерживать. Каждое поколение ведет свою битву, чтобы чаша весов не качнулась в бездну.

— Это кажется таким бесконечным… — прошептала я.

— Наверное, было бы здорово, если бы весь мир окончательно избавился от Тьмы раз и навсегда, — Аэлрик грустно улыбнулся, поглаживая мои пальцы. — Но я не знаю такой силы, что была бы способна на это. Во всяком случае, не в этой жизни. Но посмотрите на нас: мы живы. Мир спасен, пускай и на некоторое время. А за отвоеванное нами время люди найдут способ стать сильнее. Вырастут новые Хранители, магия Света станет сильнее… И в следующий раз мы отбросим Тьму еще дальше.

Он придвинулся ближе.

— Сейчас у нас есть время, Шаэри. Просто время. И это — самый ценный дар, который мы могли получить.

Он говорил правильные вещи, но все же мне было немного жаль. Тем не менее, тот факт, что все вернулось на круги своя, утешал. Я прикрыла глаза, наслаждаясь теплом сидящего рядом мужчину. А может, что-то даже стало гораздо лучше. Но стоило мне на мгновение сосредоточиться на своих ощущениях, как внутри шевельнулось странное, холодное беспокойство.

Раньше, когда Аэлрик был рядом, я чувствовала от него почти обжигающий жар. Его присутствие заполняло комнату физически ощутимой мощью, золотистым светом, который согревал даже на расстоянии. Сейчас же… сейчас рядом со мной сидел просто человек. Сильный, надежный, но как будто «тихий».

— Аэлрик… — я осторожно коснулась его рукава. — Вы какой-то… другой. С вами все хорошо?

Он на мгновение замер. Но взгляд остался спокойным, хотя в самой глубине зрачков промелькнуло что-то неуловимое.

— Битва была тяжелой, Шаэри, — мягко ответил он, уклоняясь от прямого ответа. — Я потратил много сил. Организму нужно время, чтобы восстановиться.

— А ритуал?.. Вам пришлось?..

— Нет, — ровно отозвался Аэлрик. По его уверенному ответу было ясно, что он не врет.

Мне хотелось расспросить еще, но Аэлрик явно не собирался продолжать эту тему. А затем серьезно посмотрел мне в глаза.

— Шаэри… Мы можем отправиться домой сегодня вечером? Если обследование не выявит никаких осложнений, я бы хотел забрать вас отсюда.

Я почувствовала, как внутри кольнула внезапная, острая грусть. Конечно. Всё закончилось. Тьма повержена, Сэлира за решеткой, ритуал завершен. Я вернулась в свое тело и теперь должна была вернуться в свою жизнь.

В ту самую жизнь, где я — всего лишь простая цветочница из третьего кольца. Наверное, это правильно. Аэлрику же тоже нужно начинать свою новую жизнь.

— Да, конечно, — постаралась, чтобы мой голос звучал твердо, хотя в горле стоял ком. — Я вполне могу идти. Думаю, Элвенн поможет мне собраться.

Я сглотнула и заставила себя улыбнуться.

— Аэлрик… Только один вопрос. Вы не могли бы распорядиться, чтобы мне вызвали экипаж до третьего кольца? Я не уверена, что у меня хватит сил на общественную карету сегодня.

Он нахмурился. Его брови сошлись у переносицы, а во взгляде отразилось искреннее, глубокое непонимание.

— О чем вы говорите, Шаэри? — спросил он, и в его тоне проскользнуло легкое недоумение. — При чем здесь третье кольцо?

Я замялась, окончательно сбитая с толку.

— Ну… я там живу. Вы же сказали — домой.

Аэлрик замер.

— Шаэри, — произнес он, и в его голосе послышалась та самая непреклонная властность, которая теперь странно сочеталась с нежностью. — Когда я говорил «домой», я имел в видумой дом. Особняк Кидраленов.

Я вскинула на него глаза, не веря своим ушам.

— Но… почему? Я же больше не ваша жена. Я вам больше… никто.

Аэлрик вдруг подался вперед. Расстояние между нашими лицами сократилось до нескольких дюймов. Я видела каждую золотинку в его глазах, каждую мелкую морщинку у глаз.

— Шаэри, — выдохнул он мне прямо