Его враг – его жена - Ника Давыдова

в губы, заставив застыть испуганными кроликом. — Вы действительно думаете, что я здесь просто для того, чтобы отправить вас обратно в третий круг и больше никогда не видеть?

Он сжал мои пальцы чуть крепче.

— Я говорил, что хочу видеть вас.

Да, я помню, он сказал это после поцелуя в его кабинете, но… Откуда мне знать, не было ли все это под влиянием момента и думает ли он так до сих пор?

— Я хочу видеть вас рядом с собой. Вы стали мне очень, очень дороги. Но если вы хотите уйти, то, конечно… я не буду вам мешать.

Он замолчал, давая мне возможность ответить. А я смотрела на него и понимала, что мое сердце, мое собственное, настоящее сердце, сейчас просто разорвется от чувств.

— Я не хочу уходить, — прошептала я.

Аэлрик закрыл глаза и с облегченным вздохом прижался своим лбом к моему.

— Тогда решено. Мы едем домой.

* * *

Возвращение в поместье Кидраленов в собственном теле оказалось для меня куда более сложным испытанием, чем я предполагала.

Я шла по роскошным комнатам, и мне казалось, что я снова незваная гостья. Выгляжу как-то просто для этих стен, будто бы мне тут не место. Наверное, просто нужно будет заново привыкнуть, вот и все…

В какой-то момент, когда тяжесть дома стала почти невыносимой, ноги сами понесли меня в сад. Аэлрик молча следовал за мной. Я слышала его неторопливые шаги за спиной, он словно был моим личным Хранителем спокойствия.

— Здесь они чувствуют себя лучше, — негромко произнесла я, останавливаясь у клумбы с нежными белыми лилиями. — Им нужно было больше солнца, а Сэлира… она любила тень.

За время моего отсутствия некоторые цветы, к сожалению, завяли. Понятное дело, что Аэлрику некогда было ухаживать за клумбами, но, видимо, и нанятый садовник по какой-то причине не заглядывал сюда все эти дни.

— Придется сажать новые, — немного расстроено произнесла, останавливаясь около увядших бутонов бархатцев.

— Можем посадить вместе, — неожиданно предложил Аэлрик.

Я не стала отказываться. А потом, набравшись смелости, озвучила то, что мучило меня с самого момента возвращения из лечебницы:

— Аэлрик… можно мне выбрать другие покои? Я… я не могу вернуться в ту спальню. Мне кажется, если я закрою там глаза, я снова проснусь не собой.

Он серьезно кивнул, и в его взгляде мелькнуло понимание.

— Выбирайте любую комнату, которая придется вам по душе.

Мы медленно обошли второй этаж. Я открывала двери одну за другой, пока не остановилась перед небольшой угловой спальней в восточном крыле. Она была совсем не похожа на те покои, что занимала Сэлира. Здесь не было тяжелого бархата и темного дерева — лишь светлые стены, изящная мебель и огромное окно, выходящее прямо на рассветную сторону сада.

— Здесь уютно, — прошептала я.

— Прекрасный выбор, — Аэлрик едва заметно улыбнулся. — Я прикажу слугам немедленно приготовить здесь всё необходимое. Отдыхайте, Шаэри. Вам нужно восстановить силы.

Он уже развернулся, чтобы уйти, но внезапный, почти детский страх заставил меня рвануться вперед. Я нерешительно поймала его за рукав темного камзола.

— Аэлрик, постойте…

Он остановился, вопросительно глядя на мою руку, вцепившуюся в ткань.

— А что, если… если это не навсегда? — голос мой дрогнул. — Я боюсь засыпать. Вдруг Тьма просто затаилась? Вдруг, когда я потеряю контроль во сне, ритуал даст сбой, и я снова окажусь в теле Сэлиры?

Я видела, как в его глазах отразилась моя боль. Аэлрик накрыл мою ладонь своей, согревая её.

— Этого не произойдет, Шаэри. Ритуал был окончательным. Душа Сэлиры надежно запечатана в ее теле, а вскоре и… в общем, не думайте об этом, вам ничего не угрожает.

Я покачала головой, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы.

— Мне трудно в это поверить.

В карих глазах, которые я привыкла видеть строгими или печальными, вдруг вспыхнул странный, почти озорной огонек.

— Ну, раз уж вы так боитесь, лаэра Шаэри, — протянул он, — у меня есть одно надежное средство. Переночуйте сегодня в моей комнате.

Я замерла, недоуменно моргая.

Он чуть склонил голову набок, и в его взгляде промелькнуло нечто такое, от чего моё сердце пропустило удар.

— Я буду рядом. И поверьте, ни одна тень не осмелится даже приблизиться к вам.

Я не нашла в себе никакого желания спорить.

Уже позже, засыпая в его теплых объятиях, я впервые за долгое время знала совершенно точно: завтра я проснусь собой. В своем теле, в своем доме и рядом с человеком, который стал для меня всем миром. И никуда я больше не исчезну.

Эпилог

Эпилог

Звонкий колокольчик над входной дверью весело звякнул, оповещая о прибытии нового клиента.

— Добро пожаловать! Минуту, пожалуйста! — крикнула я, торопливо вытирая влажные от воды руки о рабочий передник.

Выйдя из подсобки в светлый зал цветочной лавки, я увидела посетителя. У витрины стоял высокий мужчина в простом, но элегантном темном пальто.

— Светлого вам дня, — раздался глубокий, приятный голос. — Мне нужен особенный букет. Такой, который обозначал бы очарованность и любовь — бесповоротную и окончательную.

— Хорошо.

Обойдя прилавок, я задумчиво прошлась вдоль вазонов, наполненных свежесрезанными цветами.

— Думаю, для вашего букета идеально подойдут светло-лиловые розы. Добавим к ним несколько веточек белой сирени, чтобы подчеркнуть искреннюю очарованность.

Аккуратно вытянула из воды несколько самых красивых бутонов.

— А вот для бесповоротной и окончательной любви, — продолжила я, возвращаясь к рабочему столу, — нам потребуются пионы. Как вам такой вариант?

— Звучит именно так, как мне нужно, — удовлетворенно кивнул покупатель.

Я быстро составила композицию, обернула стебли плотной бумагой и перевязала их красивой атласной лентой. Получилось ярко, свежо и невероятно нежно.

— Пожалуйста, — я протянула букет через прилавок.

Мужчина взял цветы. Несколько секунд он задумчиво вертел букет в руках, внимательно разглядывая композицию, затем осторожно, почти невесомо поправил один из лепестков лиловой розы. А потом вдруг шагнул ближе и протянул букет обратно мне.

— Это подарок для моей невесты, — негромко, бархатным тоном произнес он, и в его карих глазах заплясали смешинки. — Которая слишком увлечена своим новым магазином и совершенно не находит времени на собственного жениха.

Я рассмеялась, чувствуя, как щеки моментально заливает горячий, смущенный румянец.

— Передайте этому жениху, — с улыбкой ответила я, принимая цветы из рук