Я стал рабом ведьм шестого полка морской пехоты - Михаил Николаевич Кисличкин

Например, мы можем окружить танк защитой «корсета» и послать в бой вперед себя. Погибнет — не жалко, зато танковая пушка и пулемет за несколько минут могут натворить дел. И силу «корсета» на атакующие заклятья тратить не придется, ведьмы дольше останутся боеспособными. Это же выигрыш и в безопасности, и в боевой мощи.

— Алексей дело говорит, — добавила Ария. — Танк для штурма пригодится. А еще его как тягач для сломанной техники можно использовать. Да и перед командованием плюс будет — захватить техносовский танк и бить на нем солдаток — это лихо и красиво! Такое оценят медалью, а то и орденом.

— Вот как… — задумалась Тейма. — Ладно, подруга, раз ты думаешь, что Тимофей и Леша правы, то я вам поверю. Только наших парней я за рычаги не пущу, еще чего! — скривилась ведьма. — Сделаем вот так, — моя официра залезла в один из подсумков на своей разгрузке и достала из него небольшое колечко с черным камушком. Прошептала заклятье, зачерпнув силы из «корсета» и протянула кольцо Тайке, когда камень на нем сменил цвет на алый.

— Надевай его на палец, — велела она. — И полезай в машину. Нам надо зачистить центральную улицу от площади до следующего перекрестка. Мы вас прикроем защитой, и вы начнете атаку на танке, выбивая техносов. А мы пойдем за вами. Справитесь с боевой задачей, — считайте, что вы наши, асталийки. Не справитесь — значит, вам не повезло. Но если решите повернуть оружие против нас, то это кольцо взорвется и превратит всех сидящих в башне в кровавый фарш. Вперед!

Танкистка со страхом смотрела на кольцо, не спеша брать его в руки.

— Госпожа, мы не хотели убивать, — прошептала она. — Ни вас, ни… солдаток. Мы сдались в плен. Мы не любим техносов и не хотим воевать против вас, но стрелять в тех, с кем мы только что вместе служили… пожалуйста, не заставляйте нас этого делать.

— Чистенькими хотите остаться? — зло осклабилась Тейма. — А все ваши слова про ненависть к техносам, выходит, были ложью, верно? Не-а, девочки. Не получится. И ваше «пожалуйста» не поможет. В бою есть только две стороны — или вы с нами, или вы против нас. Пленные нам сейчас не нужны, возиться некогда. Или берите кольцо и идите в бой, или… — посох ведьмы начал наливаться ядовито-зеленым светом.

— Хорошо, — поспешно кивнула Тайка. — Мы выполним ваш приказ, госпожа. Мы принимаем вашу сторону.

Штурм следующей улицы прошел как по маслу. В первый момент солдатки даже не сообразили, что появившийся посередине дороги танк перешел на сторону ведьм, и дали ему проехать мимо первых четырех домов. Но когда вслед за ним появились ведьмы нашего «корсета» и из ближайших окон и углов зданий солдатки открыли пулеметный и автоматный огонь, экипаж Тайки включился в работу, разнеся выстрелом из орудия стоявший по левую сторону улицы техносовский «БТР», а затем став подавлять пулеметные точки одну за другой. Ну, а мы под его прикрытием начали привычный штурм зданий, вместе с ведьмами из батальонов обеспечения. Ведьмы «корсета» накрывали магией огневые точки в окнах, а затем несколько укрытых магическими щитами ведьм врывалось в каждый дом, наскоро проходя этажи и подъезды. За ними следовали ведьмы из групп зачистки, которые заглядывали в каждую комнату. Впрочем, упорного сопротивления не было, техносы быстро отошли. Правда, не у всех это получилось…

Когда мы закончили с этой улицей, начало темнеть и по приказу Тании атаки прекратились. Дневная задача и без того была выполнена — техносы повсеместно перешли к обороне, о штурме города речь уже не шла. Судя по панике в эфире, конфедератки уже не хотели штурмовать Алькору, а думали, как перегруппировать или вообще вытащить из города свои застрявшие части. Слишком уж сильно мы ударили и противник потерял контроль над оперативной обстановкой. Теперь ему везде грезились ведьмы, даже там где их не было. Но и мы не могли наступать — во-первых устали, а во-вторых удерживали под контролем слишком большую площадь города для нашего куцего полка, фактически превратившегося в три боевые группы по числу «корсетов».

Ночь выдалась неприятная — отступать с захваченных позиций мы не собирались, но и оборонять их силами одних только «корсетов» не могли. Ведьмы сильно вымотались, да и мы с Петровичем тоже. У Кима дела обстояли примерно так же как у нас. А вот техносы немного отдохнули, пришли в себя и начали прощупывать нас активными ночными рейдами разведгрупп. На решительные действия это пока не походило. Скорее, противник решал тактические задачи: заново налаживал взаимодействие между оставшимися в городе подразделениями, искал наш передний край и узлы обороны, пытался понять, что вообще произошло, оценить масштаб случившегося днем и понять, что ему делать дальше.

В результате ночь превратилась в череду стычек, в которых мы потеряли больше людей, чем за весь день активных боев — восемнадцать ведьм двухсотыми и тридцать две трехсотыми. Техносы подбирались скрытно, лезли с самых разных направлений, обходили нас по улицам и переулкам, подбираясь на дистанцию кинжального огня. Дрались солдатки храбро и яростно, отходили неохотно, но, что самое плохое — «корсеты» для такой размазанной по нескольким улицам обороны использовать было нельзя. Уставшим ведьмам требовался отдых. Кроме того, никто не знал, где именно произойдет следующая атака. Перестрелки шли всю ночь — если в одном месте бой стихал, то через несколько минут он начинался снова в другом. А когда взошло солнце, стало ясно, что еще неделя таких городских боев и наш полк растает как кусок льда в жару.

— Приказ был держать позиции, — сказала на утреннем совещании Тания. — Помощь уже близка.

— Да сколько можно⁈ Где вся остальная армия! — в сердцах выпалила Тейма. — Мы уже почти неделю воюем, а никого кроме нас и гвардеек в городе нет!

Мы собрались в подвале одного из домов на Плецкой площади. Кроме Тании присутствовали Ария и Тейма, а так же официры, командующие сводными ротами поддержки, ну и мы с Петровичем.

— Скоро всё будет, — уверенно ответила «полковница». — На присутствие парней она уже не обращала особого внимания, — то ли подобрела к нам после последних боев, то ли еще чего…

— Скажу вам по секрету, официры, — продолжила Тания. — В столице сейчас репрессии. За саботаж и неготовность к войне арестовано больше