Я стал рабом ведьм шестого полка морской пехоты - Михаил Николаевич Кисличкин

Удивительное дело, но наш с Петровичем «мужской заговор» сразу же дал свои плоды. Когда я начал излагать свой хитрый план Тейме, то она слушала меня с некоторым недоверием. Дескать, Тании и начальству виднее, дело рискованное, во время марша мы можем втянуться в бои на окраинах, и обороняющиеся гвардейки останутся без нашей помощи. Да и что ты, Леша, вообще можешь понимать в тактике городских боев?

Однако, вскоре к нам в кабинет зашла Ария и горячо поддержала мою идею. А под влиянием подруги Тейма склонилась к тому, чтобы рискнуть. Когда же наши комбаты решили обсудить этот план с Неймой, та лишь махнула рукой — дескать, если вы это вдвоем придумали, то и я с вами спорить не буду.

В результате к Тании с планом удара по коммуникациям наступающих техносов пошли все три официры и представили его уже как свою совместную разработку. Про меня и про Петровича, как про авторов плана, благополучно забыли. Зато решение было принято и более того — Тания лично отстояла его в разговоре с командующей внутренней гвардии Алькоры. А после обеда пришла пора воплощать его в жизнь, пусть и с некоторыми коррективами.

Полку пришлось разделиться. Техносы напирали с двух направлений, и основной контрудар наносили наши с Петровичем «корсеты» и приданные им части второго и четвертого батальонов. «Корсет» Кима вместе с его батальоном и двумя ротами обеспечения наносил удар на юго-западном направлении, подрубая с тыла наступающую там штурмовую группу.

Сначала в воздух поднялись птеродоны и постарались зачистить небо от висящих там дронов противника. Им удалось сбить несколько штук, правда, мы тоже потеряли одну птичку. Впрочем, плотность дронов в этом мире пока еще была невысока, и я надеялся, что мы успеем проскользнуть по городским улицам неожиданно для противника.

А затем был автомобильный марш с севера на юг вдоль окраинных городских улиц. Несмотря на четвертый день войны, эвакуацию города никто не объявлял. Бои шли не везде, но слухи о том, что техносы расстреливают беженцев на дорогах уже распостранились. Поэтому в Алькоре оставалось еще полно народу. Однако, на улицы без нужды никто старался не выходить, так что промчались мы без помех и спешились за пару кварталов до центрального проспекта, по которому вели наступление техносы. А еще через несколько минут вступили в бой с их заслоном в одном из угловых домов.

Схватка надолго не затянулась — два объединенных «корсета» — страшная сила. За пару минут мои ведьмы подавили огненной магией автоматчиц и пулеметчиц в окнах и, оставив дом позади, вырвались на проспект, где как раз посередине дороги стояли несколько грузовиков и две техносовских машины поддержки пехоты.

Одну из них сходу уничтожила Тейма ударом заклятья дезинтеграции. Вторая успела открыть огонь, но щит «корсета» выдержал, а сама машина получила сразу три удара магией льда и один «поцелуй ведьмы», расплавивший её броню и убивший водителя со стрелком.

А дальше веселье началось по полной программе. Неожиданно для себя мы оказались почти в идеальной ситуации. Более всего «корсет» уязвим при артиллерийском ударе или сплошном огне из автоматического оружия в несколько десятков стволов одновременно, включая пулеметы. Но здесь, на проспекте, вокруг которого густо стояли дома, техносы не могли использовать это преимущество и развернуться широким фронтом. Пару заслонов в зданиях подавляли ведьмы «корсета» Арии, связав их боем и штурмуя дома, а на забитой техникой дороге маневр ограничен. Зато прикрытые магической защитой мои ведьмы могли выбирать себе любые цели.

И сейчас они утолили свою жажду разрушения до конца. Горели от ударов магии огня грузовики. Погибали от «зеленого марева» и фугасной магии, пытающиеся отстреливаться из-за углов домов и колес автомобилей конфедератки. Улицы накрывало «ледяной шрапнелью». Мы просто шли по проспекту, вынося все на своем пути. За тылы и фланги можно было не беспокоиться, — нас подстраховывал со своим «корсетом» Петрович и целых четыре роты обеспечения, которые занимались зачисткой.

Правда, продлилось это недолго. Вскоре мы нарвались на танковую группу из четырех машин, и они успели сделать несколько выстрелов, от которых мой щит чуть не рухнул.

Танкам прилетело в ответ мгновенно — по ним сразу отработали шквалом самых разных заклятий. Впрочем, файерболы и молнии помогли так себе — броню они не брали, а вот фугасные плетения порвали гусеницы, но не более того. Обездвиженные машины почему-то прекратили пушечный огонь, но поливали улицу впереди себя из пулеметов и пытались ворочать башнями до тех пор, пока зашедшие сбоку ведьмы не сожгли их кумулятивными «поцелуями ведьм» через тонкую бортовую броню. Занял весь бой несколько минут, но я запросил у Теймы передышки.

— Как скажешь, Леша, — сразу согласилась она. — Отдыхаем. И так хорошо получилось. Пусть пока поработает поддержка и зачистит проспект.

Я устало присел на лавочку у подъезда в один из домов, восстанавливая сбившееся дыхание и глядя на дело рук своих. Рядом застыли со светящимися посохами наготове Вайма и Ульда — вроде как личная охрана. Тейма в нескольких шагах от меня разговаривала с кем-то по магической связи.

Улицу всё гуще затягивало дымом. Горели разбитые грузовики и танки. Пахло гарью, порохом и озоном. Валялись трупы конфедераток, асфальт проспекта обильно засыпало битое стекло, каменная и кирпичная крошка с разбитых пулями и заклятьями фасадов домов. Повернув голову налево, я увидел убитую женщину из гражданских — одетая в красную кофту и серые штаны, она лежала с хозяйственной сумкой в руках в луже собственной крови, нелепо подогнув ноги. Кто её убил, я вспомнить не мог, в бою всё внимание уходило на то, чтобы держать корсет и синхронизировать заклятья. Какого хрена её вообще в такое время на улицу понесло?

Удивительное дело — ни после боя на пляже, ни потом, я особенно не рефлексировал и не переживал — некогда было. А тут, при виде мертвой женщины, на меня вдруг накатило что-то вроде панической атаки — словно что-то в голове внезапно сорвалось с резьбы. Я почувствовал, как трясутся мелкой дрожью руки и к горлу подступает тошнота, а в горле резко пересохло. Страх вдруг ударил в голову, и захотелось немедленно бежать отсюда, плевать куда — лишь бы подальше. Усилием воли я удержал себя в руках, но сердце колотилось как бешеное.

— Разведка докладывает, что у техносов в эфире полный бедлам, — закончившая разговор и подошедшая ко