После развода. Курорт для бывшей герцогини - Диана Фурсова

— Марта, мы же про зимний сад договаривались.

— Сейчас ещё без пяти двенадцать.

Эстелия посмотрела на часы.

Марта оказалась права.

— Ещё пять минут, и идёте отдыхать.

— Да иду я, иду.

— Марта.

— Я же согласилась.

— Это не звучало как согласие.

— Госпожа, пять минут дайте. Последних. Потом выгоняйте.

Эстелия сдалась.

Ровно в полдень Тесса отобрала у Марты передник.

Буквально.

— Отдай.

— Не отдам. Сами развяжите, а то узел затянули.

— Тесса.

— Со мной бесполезно. Вот хозяйка, ей жалуйтесь.

Марта повернулась к Эстелии.

— Вы серьёзно?

— Мы ведь с утра всё обсудили.

— Там чужой хлеб.

— Марта, люди его едят. Всё в порядке.

— Он слишком сухой.

— Запьют. Я вас сегодня печь новый не пущу.

— И мясо нарезали толсто.

— Зато кусок виден на тарелке.

— Вы ничего не понимаете.

— Вот завтра своим и накормите. А сегодня посидите с нами.

Олдер рассмеялся так громко, что Марта немедленно повернулась к нему.

— Тебе весело?

— Мам, ну правда смешно.

— Жди ужина.

— Завтра приду первым.

Тесса повесила передник на крючок.

— Ну вот. До вечера про него забыли.

Марта посмотрела на неё с настоящим подозрением.

— И куда я теперь пойду?

— Куда гости ходят. Мы-то чем хуже?

— А что они там целый день делают?

Все вокруг замолчали.

Никто не смог ответить сразу.

Эстелия почувствовала, насколько это показательно.

Люди, которые каждый день создавали отдых для других, понятия не имели, как отдыхать сами.

— Начните с зимнего сада, — предложила она.

Марта посмотрела туда, словно Эстелия отправляла её в незнакомую страну.

— Сидеть там, что ли?

— Да. Там у окна хорошее кресло.

— Ну сяду. А дальше?

— Дальше ничего не надо.

— Просто сидеть?

— Можно ещё на снег смотреть. Как захочется.

Марта перевела взгляд на Тессу.

— Ты слышишь, что она предлагает?

— Слышу, — сказала Тесса. — Пойдёмте вместе, попробуем.

— Что попробуем?

— Сидеть. Вдруг нам понравится.

Они ушли вместе.

Эстелия смотрела вслед и чувствовала, как внутри становится удивительно легко.

Не потому, что ожидала седьмой источник.

На несколько минут она вообще о нём забыла.

Нейра попыталась спрятаться за стойкой.

Эстелия нашла её через десять минут.

— Нейра, вы почему всё ещё за стойкой?

— Я только постояла… Ничего не заполняю.

— Вы стоите за стойкой.

— Всё время сюда возвращаюсь. Сама не замечаю.

— Пойдёмте отсюда.

— А куда мне?

— К Марте и Тессе, например.

— Они в зимнем саду?

— Устроились у окна.

Нейра помедлила.

— Там господа Орсен. Я видела, они недавно сели.

— Ну и пусть сидят. Там места много.

Она опустила глаза.

Эстелия поняла не сразу.

— Нейра, вас смущает, что они вас за работой видели?

— Я же им комнаты убирала…

— А сегодня вы отдыхаете. Точно так же, как они.

— Они всё-таки за это платят.

— Им сегодня деньги за обслуживание вернули. Никто не ждёт, что вы сейчас к ним побежите.

Нейра всё равно не двигалась.

Эстелия посмотрела на стойку.

Когда-то за ней сама принимала первых гостей.

Потом место стало принадлежать Нейре почти естественно. Девушка научилась помнить имена, комнаты, даты, предпочтения людей.

И всё же в её собственной голове граница оставалась.

По одну сторону стойки — гости.

По другую — она.

— Нейра, — сказала Эстелия спокойнее, — если вам не хочется в зимний сад, не надо. Но выберите любое место, которое вам нравится. Только не рабочее.

Девушка подумала.

— Можно к пятому источнику?

Эстелия удивилась.

— Конечно. Вам там нравится?

— Я только мимо проходила. Всё торопилась, даже послушать не успела.

Пятый источник уже разрешили осматривать с верхней дорожки, хотя к самому бассейну пока не пускали.

— Идите. Хоть до вечера там сидите.

Нейра улыбнулась и ушла.

Через несколько минут со стороны перламутрового облака донёсся чистый каменный звон.

Эстелия остановилась.

Потом улыбнулась сама себе.

Нет.

Не нужно каждую секунду ждать седьмого.

Сегодня день был не для этого.

Первые приглашённые приехали после двух.

Не в парадных экипажах.

На обычных повозках.

С детьми, корзинами, тёплыми плащами и таким выражением лиц, словно до последней минуты никто не верил, что их действительно пригласили в курорт не работать и не что-нибудь привезти.

Хорвен вошёл во двор в чистой рубахе и хорошем тёмном жилете.

Эстелия едва его узнала.

Он заметил.

— Не признали, госпожа?

— На секунду — нет.

— Непривычно оделся?

— Никогда не видела вас без рабочей куртки.

— Я тоже вас с молотком не видел.

— Вы не спешите, ещё увидите.

— Лучше зовите меня. Целее будет.

За ним появились двое помощников с семьями.

Стекольщик привёз жену и взрослых сыновей.

Столяр — дочь, ту самую, которая уже приходила смотреть новые перила.

Работники лесопилки приехали целой компанией.

Потом Вердены.

Господин Верден первым делом потребовал знать, почему ему ничего не разрешают оплатить.

— Потому что сегодня вы приглашены, — ответила Эстелия.

— Я могу заплатить за семью.

— Знаю, господин Верден. Но сегодня угощаю я.

— Тогда зачем отказываетесь?

— Вы столько людей к нам отправили. Дайте мне хоть раз пригласить вас просто так.

Он посмотрел на неё.

— Так ведь они у вас и без меня деньги оставят.

— А вы сегодня оставьте кошелёк в покое.

Илона Верден улыбнулась.

— Не спорь, — сказала Илона Верден. — Сам всем говоришь, что здесь и вдвое дороже заплатил бы. А как бесплатно зовут, тебе опять не так.

— Не говорил я про «вдвое».

— Говорил. Я рядом сидела.

— И кому же я это говорил?

— Да кому только не говорил. Идём уже.

Эстелия оставила их выяснять.

Двор заполнялся.

Не так, как на балу.

Тогда люди приезжали смотреть.

Сегодня многие сначала искали глазами знакомых работников.

К Хорвену подходили показывать, как держится новая галерея.

Стекольщика позвали в зимний сад, и он первые несколько минут разглядывал собственную работу вместо гор.

Марта встретила знакомую женщину из Равенны и через четверть часа уже сидела с ней у окна, не пытаясь убежать на кухню.

Тесса устроилась напротив.

Эстелия прошла мимо и остановилась.

Перед Тессой стояла чашка.

— Тесса. Не верю глазам.

— Сижу, как приказано.

— Ну как тебе?

— Чай горячий.