Няня для дочки отца-одиночки - Олли Серж

–Можно мне ещё? – Дрожит.

Наливаю.

Зарина выпивает и обессилено ложится на спинку кресла, прикрывая глаза.

–Давай–ка, детка, в больницу, – начинаю волноваться. – Так дело не пойдёт.

–Нет, не нужно. Это от голода. Сейчас пройдет.

–Почему от голода? Ты же с корпоратива. Может быть, что–то съела не то? Шампанское?

–Да на ела я и не пила!

–Так! – Говорю решительно. – Быстро! Скорая или больница. – Выбирай.

–Больница…

–Поехали.

Упаковываю Зарину и очень медленно везу в ведомственную.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍В приемном сдаю ее уже знакомым врачам, попутно улаживая формальности, что официально она мне «не жена». Бесячая формулировка! Пользоваться услугами больницы могут только сотрудники министерства и члены их семей!

Померив Зарине давление и проведя простой осмотр, женщины бескомпромиссно и неожиданно вручают моей будущей жене коробочку с тестом на беременность.

–Сделайте и возвращайтесь.

–Этого не может быть! – Сопротивляется Зарина. – Вы понимаете? Я не могу. Нет части матки. Нет одного яичника!

Ух нифига себе!

–Идите, идите, – настаивают врачи приемного. – Матка – это же не нога. Она заживает, растягивается заново. А для беременных и одного яичника достаточно!

–Вахтанг…

–Пойдём, сделаем его, – обнимая за плечи, вывожу Зарину в коридор. – Что тебе стоит? Просто сходи в туалет…

–Я не хочу! – Истерит моя женщина. – И в туалет не хочу!

–Так, ладно, здесь посиди.

Оставляю Зарину на кушетке в коридоре.

Захожу обратно к врачам и договариваюсь на простой забор крови.

–Вы ей не говорите зачем, – прошу. – Сами возьмите на ХГЧ. – У моей жены в прошлом ребёнок погиб. Войдите в положение…

–Да поняли мы… – смягчаются женщины.

Ждем результат, который взяли под видом обычного общего анализа крови.

Я привожу Зарину в чувства при помощи кофе и булочек.

Мне звонит обеспокоенная Милла Георгиевна. Мы уже давно должны были быть дома… Объясняю ей ситуацию.

–А я то думаю, чего наша мама «зеленая» уже три дня по утрам ходит, – счастливо тараторит мне в динамик старая женщина. – Конечно, на волнение от работы списала. Но теперь все встало на свои места!

–Так, – успокаиваю ее порывы, – давайте без домыслов. Ситуация непростая. Все расскажем.

И мы снова ждём.

Результаты приходят только минут через сорок.

Нас с Зариной приглашают обратно кабинет.

–Ну что? Пришли в себя? – С улыбками смотрят на мою невесту врачи.

–В каком смысле? – Жмется она ко мне. – Чем я больна? Горите. Не тяните…

–Ну, милая, беременность – это не болезнь. Особенно с таким папой. Да, товарищ подполковник?!

–Что? – Шепчет Зарина. – Беременность? Как? Как? Мне же сказали, что никогда!

–Дурак вам это какой–то сказал.

Дверь в кабинет открывается. Заходит ещё одна женщина.

–А вот и наша Маргарита Ивановна. Очень хороший акушер–гинеколог. Сейчас она нам всем и расскажет «как»…

Маргарита Ивановна уводит нас в другое крыло больницы на УЗИ.

Мне кажется, что ложится Зарина на кушетку рядом с аппаратом в состоянии близком к обмороку.

Она без умолк пытается объяснить врачу, что в ней ребёнок не может вырасти. Что он непременно погибнет, что у неё дочка. Она не может так рисковать…

–Так! А ну тихо! – Рявкает на Зарину врач. – Или сейчас успокоительного поставлю. Разрешите мне уже посмотреть, что там у вас и как.

Мне приходится держать Зарину за плечи и постоянно держать зрительный контакт, чтобы ее на накрыло новой волной паники.

Целую ее лоб и ледяные пальцы. Бедная моя девочка. Так твари напугали!

–Ну что там? – Не выдерживая сам, тороплю врача с информацией.

–Что я вам могу сообщить…. – протяжно говорит женщина. – Хорошо все у вас, товарищи родители. И рубец на матке хороший. И ребёночек прикрепился далеко от него. А большой уже ребёночек какой…

–Какой?

–Почти на человека похож! Восемь недель!

–Восемь? – Повторяет шепотом Зарина.

–Вот, любуетесь… – разворачивает к нам женщина экран компьютера.

И застыв рядом, мы с Зариной смотрим на экран.

–Голова, животик… Видите?

–Вахтанг… – сжимает мою руку Зарина. – Там ребёнок. У нас ребёнок!

–Да, все верно.

Я так улыбаюсь, что, кажется, сейчас порвутся щеки.

–Очень люблю вас, милая.

Еще пол года назад я думал, что подобное со мной больше никогда не случится!

Зарина просто засыпает врача десятком своих невратичных вопросов.

Та терпеливо на все отвечает. Выписывает какие–то лекарства и рекомендует встать на учет в женской консультации сразу, не затягивая.

–Я не хочу никуда. Я к вам хочу, – мотает головой моя будущая жена.

–Но… – разводит врач руками.

–Мы все решим, доктор, – киваю ей. – Раз наблюдаться может только жена, значит, будем жениться. Да, милая?!

–Да! Да! – Кивает Зарина и мне, и врачу.

Я от души смеюсь.

–Вот видишь, как просто все решили… Даже жить раздельно не пришлось,

Из больницы мы выходим, держась за руки и периодически бессовестно целуясь.

–Это получается, – что–то считает в голове Зарина, – что я от тебя сразу почти! Господи… Просто чудо какое–то!

–Ты – мое чудо! – Ловлю ее а объятия и закутываю посильнее в плащ.

Вечера постепенно становятся холодными.

–А кого ты хочешь? – Заглядывает мне в глаза Зарина.

Пожимаю плечами.

–Вот вообще нет предпочтений. А ты?

–Шутишь? Как тут можно выбирать!

Я снова ее целую. И счастье затапливает душу до краев, стирая все глупые сомнения. Что мы там с ней делили?!

–А Аленке мы как расскажем? – Начинает снова волноваться Зарина. – Как думаешь, она не будет ревновать?

–Я думаю, что она будет очень рада.

–Правда?

–Ну конечно! У нас остался только один важный вопрос.

–Какой?

–Что делать со свадьбой? За неделю мы ее не соберем. Ты вообще хочешь свадьбу, детка?

Зарина задумчиво замолкает. Морщит нос и неожиданно выдает:

–Хочу! Все хочу! И платье и ресторан! И салют.

–Какой кошмар, – смеюсь. – Ладно, значит, будем решать.

У моей женщины должно быть все, как она хочет – и дети, и муж, и работа, и собака…. Да, про эту запланированную диверсию из питомника я уже тоже знаю.

А у меня должна быть семья. Вот такая вечно бодрящая кровь и бессовестно счастливая.

Эпилог 3

Эпилог 3

Зарина Добрая

–Слушается дело по статье двести тридцать пять уголовного кодекса Российской Федерации и статье двести тридцать восемь… – зачитывает судья обстоятельства дела. – Иск о нанесении