Граф Суворов. Книга 16 - Иван Шаман

— Он в полном порядке, я проверил, — спокойно сообщил я. — Его тело и душа в полной гармонии, он совершенно здоров, и ему ничего не угрожает.

— Но… я просто должна быть. Я знаю, что должна быть рядом, и тогда ему точно ничего не угрожает! — упрямо повторила девушка, но явно сдержалась, чтобы не попробовать зачаровать меня сознательно. А то, что у неё ничего не получилось бы, она не знала. Ещё один маленький плюс в её пользу.

— Мне передали видео. Интересно, как ты его получила, хотя это не принципиально. Если это то доказательство твоего расположения и преданности, боюсь, его недостаточно. Просто, потому что оно на нас почти не влияет. Но, это хороший шаг в нужном направлении. Если ответишь, почему так рвёшься к моему сыну, я подумаю, чтобы допустить тебя к нему.

— У меня было видение, — опустив голову, произнесла она. — Не смейтесь, но увидела его, как вас сейчас, и он говорил со мной, звал.

— И ты уверена, что это он? — спокойно спросил я, не чувствуя и не видя в девушке фальши. — Может, ты видела кого-то другого? Ведь вначале перепутала со мной.

— Вы очень похожи, внутренне, — улыбнулась Варвара. — И всё же я пришла к нему. Простите, я больше ничего не могу сказать, потому что не знаю. Но я верую истинно и буду помогать ему и служить.

— Помогать и служить, — я вздохнул, помассировав переносицу. — Хорошо, тебя допустят к Михаилу, но только под присмотром его мамы и других моих супруг. И при первом же признаке опасности тебя нейтрализуют. И не пытайся применить на них свои способности, даже если вдруг на одной из них получится, остальные под контроль не попадут. И тем более я.

— Всё что угодно, лишь бы быть с ним рядом, — уверенно сказала келейница.

— В таком случае — добро пожаловать, — кивнул я. — Ещё одна нянька нам не помешает. Особенно способная успокоить богатыря.

Вирджинские острова, на стыке Атлантики и Карибского моря.

— Мать земля, Атабей, дай мне сил… — тихо прошептала красавица, собираясь с силами перед дверью чудовища.

Юкаху с детства воспитывали как прислужницу чужеродных правителей. Ночью, без света и с плотно закрытыми окнами бабушка рассказывала ей сказки о гигантских парусных кораблях, что прибыли с востока и навсегда изменили жизнь воюющих племён, уничтожив и вождей, и жрецов.

Кирасы и рапиры против каменных копий, мушкеты и арбалеты против гарпунов и луков. Белые люди и их чёрные рабы навсегда опередили народы Таино. Сопротивляться им было бесполезно и опасно для жизни. Но мужчины их народа, гордые и свободолюбивые не сдавались до последнего, за что часто расплачивались, вися в петлях на деревьях или просто оказавшись заколотыми длинными гранёными штыками.

Хозяйство и быт оставались на женщинах, которым приходилось спать с убийцами мужей и братьев, чтобы сохранить жизни детям и сёстрам. Захватчики никогда не отличались миролюбием и творили что хотели. А только племена научились стрелять из мушкетов и варить порох, как в небесах появились летающие суда…

Она всегда знала, что её судьба — прислуживать и одновременно править своим племенем, своим городом и островом. Тихо, незаметно, из-под полы. И она училась, всякому, чтобы удовлетворять мужчин и усмирять женщин. Но в какой-то момент ей начало казаться, что всё это не понадобится, что прошлое не повторится.

А потом воздушные корабли рухнули, и появилось оно — чудище, пришедшее из глубин и окружившее остров плотным кольцом. Некоторые даже успели порадоваться, что больше не будет никаких захватчиков, но когда из воды вышло это…

— Чего желает мой господин и повелитель? — спросила с ослепительной улыбкой, согнутой спиной и оттопыренной попой Юкаху у того, что считало себя человеком, но давно быть им перестало.

— Твоя услужливость начинает бесить, — буркнуло принявшее вид мужчины чудовище. Но её не обманывала эта вещественная иллюзия, пусть он и выглядел сейчас как человек, возможно, на чей-то вкус даже симпатичный, она видела, как ночью, когда он теряет контроль, расползается по кровати жуткой лужей бесформенной плоти.

Такой же, что окружала их дом и не давала ни одной лодчонке отплыть от берега больше чем на двести метров. Будь то рыбацкая, прогулочная или даже надувная, они пробовали все варианты. Потому что с каждым днём и без того невеликое население стремительно сокращалось. Люди пропадали ночью и посреди дня.

— Хотите, чтобы я была капризной и самодовольной, господин и повелитель?

— Так будет проще принять решение о твоём устранении, — хмыкнуло чудовище.

— Как вам будет угодно, если это доставит вам удовольствие, я готова на всё, — ответила Юкаху, заслужив полный раздражения взгляд.

— На колени! — бросил он, указав на коврик перед собой. Только вчера поменяли, а уже опять кровавые пятна.

— Заставьте меня! — преодолевая животный страх, нагло улыбнулась она, и монстр не подвёл. И всё же, всё же она вышла от него, хоть и покачиваясь.

Каждый день, каждая жертва — это маленькая победа. Ради того, чтобы чудище не трогало большинство, её подданных, она была готова на всё. На любые унижения, на исполнение любых капризов. Потому что каждый день удерживания чудовища на одном месте — это ещё пара килограмм сваренного нитроглицерина, которым пропитывали потолки и перекрытия, под видом лака. И порох, в бочках, что составляли в служебные помещения под и над шикарными президентскими апартаментами.

— Завтрак готов? — строго спросила Юкаху, спустившись на кухню. Уже долгое время все люди, окружавшие монстра, были добровольцами, и каждый знал, зачем он это делает. Даже если придётся пожертвовать своей жизнью.

— И завтрак, и ужин, — улыбаясь подмигнул ей повар, лучший из тех, кто согласился работать на чудовище. — Сегодня привезут бочки, и закончим десерт.

— Хорошо. Тогда как закончите, можете уходить, — впервые за долгие месяцы искренне улыбнулась молодая женщина. — Остаются лишь те, кому уже нечего терять и не осталось близких. Чтобы он ничего не заподозрил.

— Мы всегда знали, на что шли, — пожал плечами шеф, которому прочили судьбу главного открытия кулинарного мира всего пару лет назад. И остальные закивали, подтверждая его слова. — А вот вы…

— Спасибо, — поблагодарила всех Юкаху. — Но я тоже давно для себя всё решила. Давайте вместе постараемся, чтобы этот день был удивительным.

—